Дарующая жизнь - Денис Чекалов

– Знаешь ли ты, что произошло, когда я впервые встретил тебя? – начал я.

Девушка откинула назад голову и уперлась руками в ветви низко растущего дерева.

– Конечно, – сказала она. – Ты прорвал членом штаны, насквозь прослюнявил рубашку и потерял последние мозги.

При обычных обстоятельствах за подобные слова следовало бы надавать девушке пощечин, а потом сослать на остров Игуан, на женскую каторгу.

Но в устах Френки это почти комплимент, поэтому я не стал заострять на нем внимания.

– Я говорю о том, – продолжал я, пока мои пальцы бережно ласкали нежную кожу девушки, – что в тот момент понял – сейчас я взойду на дорогу, с которой уже никогда не смогу сойти. И я…

Франсуаз резко развернулась, и два ее сложенных пальца впились мне в горло.

– Иными словами, щеночек, – процедила она тоном, который даже енот не назвал бы ласковым, – ты раздумал ехать к Иль-Заднице и все пытаешься придумать, как сказать об этом идиотке Френки.

– Ну, – я поправил отвороты камзола. – Сформулировать можно и так.

Девушка встряхнула головой и оправила волосы.

– Почему ты передумал?

Алиса Шталь смогла наконец восстановить равновесие и теперь сидела в пролетке, всем своим видом давая понять, что ей нет ни малейшего дела до того, о чем мы здесь говорим и какие же мы с Френки сволочи.

Я бросил взгляд в сторону экипажа.

– Ты ее видела?

– Если тебя интересует, захотела бы я покувыркаться с ней на троих, сделав из тебя сандвич, – то нет.

– А теперь представь себе мудреца Иль-Закира.

– Майкл, я же его никогда не видела.

– Френки. У тебя же должна быть женская интуиция, помимо инстинкта убийства. Взгляни на Алису Шталь. А теперь подумай, что представляет собой тип, за которым она стряхивает крошки со стола.

Франсуаз закрыла глаза и так глубоко вздохнула словно ее трахали, по крайней мере, с четырех сторон.

– Ладно. Он тиран, самодур и носит длинные черные усы.

– Согласен.

– Которые помадит.

– Спорно, но не суть. Он посылал за нами?

Демонесса помедлила.

– Нет.

– Наш приезд – инициатива Алисы, так?

– Верно.

– Что он сделает с нами, когда увидит?

Девушка хмыкнула.

– Пошлет в задницу, да еще и вантуз захватит, чтоб нас протолкнуть поглубже.

– Верно. Так какого ж черта мы туда едем?

* * *

Франсуаз стояла, уперев руки в бока. Девушка смотрела на меня, как тореадор на быка, которому собирается вонзить шпагу в голову.

– Майкл, – сказала она.

– Меня так зовут, – не стал спорить я.

– Этот человек нуждается в нашей помощи. Пусть он ее не хочет. Пусть пока не готов ее принять. Но мы ему нужны.

Я вздохнул – и совсем не так, как если бы меня трахали с четырех сторон.

– Мы нужны ему для того, чтобы с позором выгнать. И тем самым утвердиться в роли тирана и самодура. Ты сама говорила. Приехав туда, мы поставим себя просто в идиотское положение.

– Можешь не ехать.

– Ага!

Я снова развернул девушку спиной к себе и начал массировать ей плечи.

– Расстегни свои брюки, – томно посоветовала она.

– Зачем?

– Когда ты так делаешь, у тебя всегда встает член. Так зачем же доставлять себе неудобства.

На мгновение мне показалось, что в этом имелась определенная логика, но я тут же отмел недостойные мысли в сторону.

– Краткий курс идеальных отношений, – сказал я.

– Поводок для парня короткий, а хлыст крепкий.

– И еще ошейник с шипами, Френки. Будь серьезней. Я пытаюсь объяснить тебе, почему мы не поедем к мудрецу Иль-Закиру в гости. А ведь нам еще предстоит решить, как отделаться от Алисы Шталь.

– Я предложу ей переспать, и она убежит сама, Майкл. А почему ты говоришь, что ошейник с шипами? Он должен быть с застежками, треугольной формы, чтобы можно было пристегнуть к чему-нибудь, например…

– Френки.

Я легко хлопнул ее по ягодице.

– А теперь слушай. Бесплатное пособие на тему: «Как сохранить семью, нервы…»

– «…и яйца в целости». Я слушаю.

– Вариант первый. Мы идем на компромисс. Это значит, что нам уже крышка. Все хорошие отношения начинают портиться с того, что люди идут на компромисс. Итак, я не хочу ехать к мудрецу, но отправляюсь с тобой за компанию. Он прогоняет нас, и мы попадаем в идиотское положение. Кого я в этом обвиню?

– Меня.

– Верно. Еще пара-тройка таких компромиссов, и мы станем ненавидеть друг друга.

– Это не вариант. Ладно. Дальше.

– План второй. Ты едешь одна. Это называется! «Предательство». Поскольку меня рядом не окажется для поддержки, тебя не просто выставят, но еще и с грязью смешают. Кого ты в этом обвинишь?

– Тебя, конечно. Срублю по дороге пару веток, и ты у меня неделю сидеть не сможешь.

– Значит, план «Предательство» тоже не подходит. Можно пойти на обратный компромисс. Ты согласишься не ехать к мудрецу. Но потом же ты просто меня раздавишь.

– В этом можешь не сомневаться.

– Тогда у нас остается только один вариант. Прости за челюсть.

– Что?

Девушка повернулась, и я ударил ее в зубы.