Воин Яровита - Василий Сахаров

– Это через пару дней. Каждый воин, кто не передумает идти со мной, получит плату за месяц вперёд. Вы, естественно, втрое больше.

– Добро. А что с расшивами?

– Скоро будут.

– В Новгороде стоянка намечается?

– Нет, там сейчас слишком беспокойно и соблазнов много. Зато в Ладоге два дня простоим. Ещё что-то спросить желаешь?

– Да. Что нам на Руяне придётся делать?

– На Руяне ничего, а вот в Зеландии работы хватит. Станем по морям шастать и береговых данов на клинки насаживать. Подробнее об этом позже поговорим.

– Ага.

Киевляне покинули костёр и пошли к своим людям, которые тоже ждали новостей и какой-то определённости. У палатки остались только варяги, и Самород спросил:

– Вадим, а ты уверен, что прокормишь столько народа? Тысяча гривен, которые Ольговичи передали, – это много. Но ты сейчас долги вернёшь, задаток воинам выдашь, нашим варягам за поход кое-что дать придётся. А дальше-то что? Два-три месяца покуражишься, большим боярином себя почувствуешь, и всё?

Ранко, конечно, был прав. Серебра мне надолго не хватит. Однако он знал обо мне далеко не всё, поэтому судил поверхностно. Раньше я ситуацию не прояснял, а теперь можно.

– Всё продумано, друже. Мастеров останется не больше пятидесяти человек, да и то в основном строители, углежоги и кузнецы, а остальных мы отдадим жрецам, и за это мне неплохо заплатят. Это раз. С воинами проще, на них охрана замка и походы, я же не зря киевлянам об этом сказал. Только на месте осядем, как сразу в море выйдем. Впереди ещё лето и осень, так что не один замок взять успеем. Это два. Кроме того, есть производство бумаги. Это три. А ещё за меня жрецы Яровита, которые в случае большой нужды всегда ссудят серебро, хотя я этого и не хочу. Это четыре.

– Теперь понятно, – ухмыльнулся Ранко. – Но есть иной вопрос.

– Слушаю.

– Как быть с добычей? Всё по-прежнему, хабар делим по старым законам?

– Об этом я хотел в Рароге поговорить. Но ты ведь не лично от себя спрашиваешь, а от всех варягов?

– Да, это вопрос от всей ватаги, – подтвердил капитан.

– Раз так, то можно ответить сейчас. Нет, по-прежнему не будет. Всё, что захвачено, принадлежит только мне, а воинам серебро или дополнительная награда за заслуги.

– Значит, хочешь предложить нам плату, как наёмникам?

– Хочу.

– Точно такую же, как и киевлянам?

– Да.

– Не всем это понравится.

– Я знаю. Но для меня главное, чтобы это подошло вам. Платить стану вдвое больше, чем пятидесятникам, потому что на вас управление кораблями.

– По шесть гривен?

– Точно так.

– Эх! – Ранко кинул быстрый взгляд на Корнея и осуждающе покачал головой. – Странный ты человек, Вадим. Но мы будем с тобой, больно условия у тебя хорошие. Лето отходим, а там посмотрим, что из твоей затеи выйдет.

– Я рад, что вы меня поддержали, варяги.

Неожиданно по спине пробежали мурашки. Показалось, что из леса за мной кто-то наблюдает, и взгляд у этого человека недобрый и колючий, будто снайпер целится. Рядом была опасность, и я едва не бросился от костра в сторону, в спасительную тьму. Капитаны моё беспокойство заметили и замолчали, а я снова прислушался к своим чувствам. Нет. Всё в норме. Взгляд был, но пропал, а значит, уходить подальше от леса, до которого не больше пятидесяти метров, не надо, а вот секрет на опушке посадить придётся.

Тем временем поспела уха. Мы поели, поговорили о текущих делах, и капитаны ушли на свои корабли. Спать не хотелось, и я остался у костра. Дрова быстро прогорели, и крупные багровые уголья мерцали неярким светом. Порыв ветра от Волхова – и они ярче. Всё стихает, и они притухают. Красиво и завораживающе. Лагерь затихает, и слышно, как неподалёку ходят караульные варяги, которым предстоит всю ночь охранять стоянку. Тишина и покой.

Из темноты вынырнул Немой, который после полудня исчез в лесу. Вагр сел напротив, зрачки его глаз в отблесках потухающего костра блеснули, словно он был волком, а затем Ястреб бросил мне под ноги что-то тяжёлое и продолговатое. Сапогом я подвинул предмет поближе к огню и увидел, что это короткий меч, который был испачкан кровью. По идее, следовало бы волноваться, увидев такое, и начать суетиться. Однако внутри меня ничто даже не ворохнулось, и, прислушавшись к эмоциям вагра, я уловил его удовлетворение от хорошо проделанной работы.

– Ты кого-то убил? – спросил я воина, кивнув на клинок.

Утвердительный кивок – да.

– Это был враг?

– Да.

– Мой?

– Да.

– Одиночка?

– Да.

– Убийца от Ольговичей?

Он пожал плечами, мол, не знаю. После чего знаками, которые я стал неплохо понимать, показал мне, что произошло. Высадка на причал. Я направился в лагерь, а он заметил уходящего в лес человека. Вагр пошёл за ним. Следил. Стало смеркаться. Человек достал мощный боевой лук и тул со стрелами, а затем подкрался к лагерю и хотел выстрелить. Расстояние небольшое. Целился в меня. Это точно. Поэтому Немой кинулся на него. Убийца человеком оказался резким и выхватил меч. Однако Ястреб его убил и пришёл доложить. Всё просто.

– Благодарю, – сказал я вагру.

Он снова пожал плечами – не стоит.

Я повернулся в сторону ближайшего пятидесятника, который находился у соседнего костра, и позвал его:

– Илья! Горобец!

– Чего?! – Киевлянин привстал.

– В лесу на опушке убийца! Мёртвый! Мой человек его сделал! Пошли воинов труп проверить и оружие подобрать!

Горобец поднял своих людей и направился к деревьям. Было бы мне лет двадцать, наверняка я рванул бы лично разбираться, кто такой неудачливый киллер-лучник и кто его заказчик. Но я уже давно не мальчик, чтобы играть в средневекового сыщика. За мной дружина и люди, а значит, я не могу потратить три-четыре дня на беготню по Новгороду и окрестностям в поисках врагов. Кому следует, а это офицеры моего наёмного войска, сами во всём разберутся. Хотя чего тут разбираться? Игорь Ольгович обещал мне смерть, и это первый его привет. Жаль, конечно, что не последний, но ничего, недолго черниговскому князю воздух коптить. Пусть подёргается и позлится, а я отправлюсь на Зеландию, и там он меня не достанет. Конечно, он может по мою душу специальную команду выслать или к наёмникам пару ухорезов внедрить, но я ведь тоже не баран и способности ведуна использовать не стесняюсь, так что противника вычислю сразу.

– Ястреб, – снова обратился я к вагру, – мы с тобой вместе уже давно и без слов друг друга понимаем. Но ты всё время один. Почему без женщины?

Немой приложил правую ладонь к груди в области сердца. По любви хочет. Это правильно и достойно уважения. Мне повезло, с Нерейд всё по взаимному согласию. Однако общество вокруг таково, что можно и двух, и трёх жён в семье иметь. Здесь всё от статуса человека зависит и от желания женщин, разумеется, если они не холопки и не наложницы, а ещё среди варягов и новгородцев практикуются разводы. Вышли двое в круг, сказали слово и развелись… Впрочем, напрягать вагра не стоит. Ждёт чего-то, вот и ладно. Главное, что, несмотря на всё горе, выпавшее ему, он не оскотинился и надеется на лучшее.