Искушение - Елена Усачева

Ага, незабудки в октябре. Или альпийские маки ранней весной. Удивлять, так удивлять.

Я с удовольствием посмотрела на любимого. Он успел переодеться. Брюки, ботинки, черная рубашка с еще не расправившимися складочками от упаковки. В воротнике торчит булавка — не заметил, когда распаковывал.

— Дорогая, нам пора уходить, — Макс галантно обнял меня за талию. — В следующий раз с меня букет, — напомнил, кивая Маркеловой.

Лерка обиженно поджала губы.

— Карты собери, — попросила я Лерку и, пока она наклонялась, воткнула булавку, вынутую из рубашки Макса, в верхний левый угол дверного косяка.

Черта на кухне, иголка в комнате. Небольшие неприятности тем, кто захочет навредить Лерке, гарантированы.

Мы вышли в коридор. У родителей было тихо. Сколько же сейчас времени?

— Пока! — послала я Маркеловой воздушный поцелуй, выходя за порог. Лерка в ответ поднесла к уху руку с оттопыренным мизинцем и большим пальцем. Просила позвонить. Я согласно закивала.

— Врать нехорошо. — Фраза была выговорена со знакомой интонацией. Сколько раз я ее уже произносила в адрес Макса. Пришло время этим словам вернуться, но уже в мой адрес.

— Дурные примеры заразительны, — ехидно ответила я.

— Машка! — окликнули меня, как только я шагнула из-под козырька подъезда. — Здесь нет водосточной трубы!

Я посмотрела на третий этаж, с балкона которого свешивалась жизнерадостная Маркелова. Она старательно изгибалась, чтобы увидеть хоть что-то.

С трубой Макс оплошал. Да и балкончик у Лерки застеклен, так просто не залезешь.

— Я с крыши! — махнул ей в ответ Макс.

— А ты у меня акробат! — фыркнула я, прикидывая, как сама бы могла забраться на балкон. Выходило — никак. — Букет где прятал?

— В зубах держал, — ответил Макс, улыбаясь.

Я еще раз повернулась, чтобы помахать Лерке. Она все еще висела на балконе. Макс ее впечатлил, и, если Сергей вновь не постарается, этот визит моя подруга никогда не забудет.

— Что сказал Сергей?

— Просил передавать тебе привет.

Макс подхватил меня под руку. Он торопился. Я это видела. А вот мне надоел вечный бег. В спешке мы постоянно что-то не замечали.

— От кого бежим? — Я осторожно высвободилась из его рук. Он тоже остановился. Как робот. Стоял и смотрел перед собой.

На секунду во мне вспыхнуло давно забытое чувство. Оно огненным колесом прошло по моему сознанию, пришлось помотать головой, чтобы прогнать видение комнаты, метлы в руке, давящей на душу ненависти.

— Скажи, я когда-нибудь смогу жить так, как нравится мне?

— Это как?

— Чтобы не бежать. Чтобы утром не бояться выйти из дома. Чтобы не ожидать от каждого встречного подвоха.

— Ты можешь остаться.

— Не могу. Моя жизнь перестала быть обыкновенной. Школа, институт, друзья — все, что раньше было нормальным, не для меня.

Теперь Макс смотрел на звезды. Хочет, как Маленький Принц, раствориться в ночном небе? Неужели он думает, что я откажусь от него? Или настоящая любовь действительно допускает разлуку? Нет, нет, любовь — это свободный выбор, а не чье-то желание. Я сама выбираю именно этого вампира, столь отрешенно стоящего рядом. И это не жалость, не боязнь остаться одной, не попытка продемонстрировать кому-то, что у меня самый крутой парень на свете. Это и есть ЛЮБОВЬ. Вот почему Мельник ничего не смог со мной сделать — я выбрала Макса и жизнь с ним. Сама. Отказавшись от всего другого. И лишь судьба все еще подбрасывает мне дьявольские искушения. Выбрать еще раз. Выбрать по-другому. Но теперь я разгадала эту игру. Меня больше не обманешь.

Я глубоко вдохнула, оглядываясь. Странно, мой родной город стал чужим, незнакомым. Здесь даже пахнуть стало как-то по-другому. Горьковатый запах костра, словно дворники все разом договорились в эту ночь жечь прошлогодние листья. Дым стелился по земле, вяз в ногах, от этого небо, казалось, заволокло пеплом. После долгого дождя оно не спешило проясняться, звезды прятались. Город придавила пасмурная дымка. Деревья застыли, не желая рождать ветер, способный снять с города оцепенение. Они соглашались ждать, когда я вернусь. Вернусь другой.

От осознания того, что я здесь лишняя, что мой город, если и нуждается в защите от кого-то, так в первую очередь от меня, стало зябко. Я сложила руки на груди, пытаясь удержать то мимолетное тепло, что осталось.

— Тебе надо отдохнуть. — Макс возник передо мной, как призрак из тумана, провел рукой по волосам. Обнимать не стал. Мне и так было холодно. — Уже поздно.

— Час волка? — ухмыльнулась я, вспоминая давний разговор в забытой всеми богами избушке рыбака, которой теперь тоже нет, как нет мельницы, нет того города, что я знала с детства.

— Час быка. Время рождения Земли,

— Я бы хотела уйти далеко-далеко, чтобы нас никто не нашел, — прошептала, закрывая глаза.

— Не в этой жизни.

Не в этой… А пока что?

— Со мной трудно?

Макс отвел глаза. На мгновение мне стало страшно.

— Скорее тебе трудно со мной. — Любимый притянул меня к себе. — Вампир — это колоссальная зависимость. Лишь ты одна среди нас обладаешь полной свободой. Я сохраню ее для тебя.

Макс осторожно коснулся губами моего лба. Отстранился, словно проверял реакцию на свой жест. Нормальная у меня была реакция. Я его тоже очень любила. И, конечно же, вдвоем мы преодолеем все.