Магацитлы - Василий Головачев

Тарас кашлянул, борясь с сомнениями.

– Захватить – это уже слишком…

– Вовсе не слишком, мы вежливо попросим его ответить на наши вопросы и отпустим на все четыре стороны. Кстати, я захватила лингвер.

– Где мы будем их искать?

– Не надо их искать. Зенитная установка неподалеку. Незаметно приблизимся, напугаем солдатиков и захватим в плен офицера.

Тарас подумал.

– Ладно, давай.

Они еще раз кинули взгляд на кабину аппарата и вылезли наружу. Но прежде, чем сесть в «голем», прошлись по залам здания, разглядывая ряды сидений, фрески на стенах, стоящие в нишах или поваленные статуи марсиан, разбитые и кое-где целые экраны во всю стену. Все вызывало живой интерес, каждая деталь интерьера будила разнообразные эмоции, а мысль, что здание и его содержимое представляют огромную научную, этическую и культурную ценность, только увеличивала желание узнать об этом мире побольше.

Наконец Настя удовлетворилась экскурсией по огромному полуразрушенному строению, и они вернулись к «голему». Стартовали.

Над городом в густо-синем небе сияло солнце, однако весь он был накрыт сероватой мглой – словно смогом, и поэтому казалось, что наступил вечер.

Аппаратура «голема» быстро отыскала уступчатое здание с зенитной установкой. Поднялись повыше, зависли над крышей здания.

Марсиане в коричневой униформе, бестолково суетясь, укладывали на рельсообразные направляющие блестящие сигары ракет. Руководил процессом зарядки толстяк с красно-золотым аксельбантом и хлыстом в правой руке. Ему было жарко, и он то и дело снимал головной убор, напоминающий немецкие каски времен Первой мировой войны, протирал платком лысину.

– Вот его и возьмем, – решила Настя.

Тараса несколько покоробило это «возьмем», но и он почувствовал странный азарт, охвативший душу, заставляющий действовать без оглядки на последствия.

«Голем» снизился и по команде Насти вылупился из-под кокона невидимости. Засиял, как осколок солнца, загремел раскатом грома.

Солдаты-марсиане попадали от испуга на крышу дома, поползли с воем в укрытия. Попытался это сделать и толстяк-командир, но не успел. Из упавшего с неба солнечного осколка выбрался гигант в сверкающих доспехах и что-то прорычал на незнакомом языке, протянув к офицеру огромную руку. Тот закрыл глаза, сжался, бормоча:

– Я не виноват, Сын Неба… мне приказали, Сын Неба… я не хотел причинить вам вреда… мне приказали…

– Молчать! – заревел Сын Неба (Настя использовала лингвер, быстро разобравшийся в речи марсианина, и многодиапазонный динамик уника). – Вы недавно сбили летающий экипаж Сынов Неба, упавший в городе! Кто приказал стрелять?!

– Первый двухленточный полковник, Сын Неба…

– А ему?!

– Второй звездный генерал, Сын Неба…

– Ну, а ему?!

– Великий кормчий Хусан, Сын Неба…

– Все вы за это достойны самого страшного наказания – смерти!

Тарас поморщился и улыбнулся, слушая речь Насти, но вмешиваться не стал.

– Как прикажете, Сын Неба, – покорно согласился офицер.

– Скажешь, куда полетели Сыны Неба на летающей лодке, я тебя пощажу!

Обливающийся потом толстяк открыл один глаз, с недоверием глянул на гиганта, нависшего над ним.

– Я не знаю, Сын Неба…

– Тогда ты умрешь!

– Но я могу спросить у глаз-капитана, – заторопился марсианин, – который смотрит за небом через зеркало. Его служебный бункер рядом.

– Спроси!

Марсианин подхватился, резво засеменил ножками, собираясь нырнуть в открытый люк на крыше, но сверкающий Сын Неба подхватил его под мышки, взмыл в воздух.

– Показывай, где резиденция глаз-капитана!

Зажмурившийся от ужаса толстяк снова открыл глаза, ткнул дрожащим пальцем в башню:

– Там… внутри…

Гигант свернул к покосившейся решетчатой башне.

– За ними! – приказал Тарас инку «голема».

Настя в унике, принявшем форму рыцарских доспехов, с марсианином в руках, спикировала к подножию башни, охранявшемуся подразделением коричневомундирных солдат. Стрелять по ней они не стали, разбежались, как только она предстала перед ними во всем великолепии наряда Сына Неба.

Толстяк-офицер, приседая от страха, повел ее внутрь башни.

– Мне идти за тобой? – спросил Тарас.

– Не надо, жди снаружи, – отозвалась девушка. – Они все трусы, никто не осмелится выстрелить в Сына Неба.

– Будь осторожнее.

– Не беспокойся, я быстро.

Прошла минута, другая, третья…

Марсиане стали робко выглядывать из-за камней кладки и рухнувших стен рядом стоящих зданий. Неподвижность погасшего «осколка солнца» придавала им уверенности. Один из солдат, самый смелый, на карачках приблизился к «голему», вытягивая шею. В его выпуклых бесцветных глазках светилось детское любопытство.

Тарас шутки ради включил на секунду сирену.

Солдат подскочил, упал на землю и замер, закрыв уши руками. Остальные снова попрятались.

– Что случилось? – произнесла рация голосом Насти.

Тарас, ругая себя за мальчишескую выходку, виновато кашлянул:

– Солдаты осмелели, пришлось пугнуть. Скоро ты там?

– Беседую с локаторщиками.

Она появилась через несколько минут, уже без проводника. Мельком глянула на вжавшегося в россыпь мелких камней марсианина, залезла в «голем».

– Старт!

Аппарат накрылся силовым экраном, стал невидимым, скачком прыгнул в небо.

– Узнала что-нибудь? – не выдержал молодой человек.

– У них здесь существует целая система контроля за атмосферой и ближним космосом, – сказала Настя важно. – Их главный марсианин Хусан решил не допускать на Марс флот Сынов Неба и приказал сбивать все прибывающие космические аппараты.

– Не путаешь? Может быть, Тускуб? У Толстого владыкой Марса-Тумы был Тускуб, отец Аэлиты.

– Тускуб, насколько я поняла, свергнут, его место занял король юга Хусан.

– Вот те раз! Еще одна революция?

– Началось это еще во время первой экспедиции Лося, если ты помнишь. И вот чем закончилось. Тускуб бежал с остатками своей гвардии на север, за Ламбрекен… или как там еще называются эти горные хребты. Марсиане толковали о какой-то Божьей Ране, о Посохе Хао – я не поняла. Но он где-то там.

– Мы никого здесь не найдем, – огорчился Тарас.

– Подожди, еще не вечер. Оказывается, локаторщики засекли полет лодки Лося. Наши подопечные уничтожили сбившую их зенитную установку и улетели к Священному Порогу.