Кинжал дракона - Роберт Энтони Сальваторе

Гэри не замедлил этим воспользоваться. Влепив затрещину по левой скуле, Гэри тут же хлестнул его справа.

Это был уличный мордобой в чистом виде, не имеющий ничего общего с культурным боксированием. Гэри бил не примериваясь, лишь продолжая лупить слева и справа, слева и справа, заглушая стук удара собственными возгласами при каждом очередном соприкосновении костяшек его пальцев со скулой противника.

Тот уже отвалился в сторону, а Гэри все продолжал размахивать кулаками. Еще четыре удара встретили лишь пустоту, прежде чем Гэри осознал, что послал противника в глубокий нокаут. Когда он восстановил контроль над собой, то увидел врага распростертым на полу, пытающимся отползти, встать и, по всей видимости, припомнить, кто он такой и на каком свете находится. В конце концов ему удалось подняться на четвереньки, и Гэри хотел было пнуть его, но тот уже сам перекатился в сторону. Теперь он лежал неподвижно и лишь постанывал.

Гэри приложил руку к боку повыше бедра и вздрогнул, увидев на ладони изрядное количество крови. Все произошло в течение нескольких секунд – те трое, сваленные в кучу, не успели даже очухаться. Гэри потянулся за копьем, ноющими руками ухватился за древко и изо всей силы потянул его на себя.

Теперь копье сидело в полу менее крепко, и Гэри удалось сравнительно легко выдернуть его. С копьем в руке Гэри сделал нетвердый шаг назад. А затем, перекувырнувшись в обратном сальто-мортале, головой вперед выпрыгнул в окно. По пути он разбил плечом стекла и высадил нижнюю часть оконной рамы, а затем тяжело бухнулся в розовый куст.

– Проклятье! – воскликнул он, взглянув вверх и увидев, что один из противников приближается к окну. Однако тот с быстротой молнии вылетел из окна, поскольку молот аккуратно угодил ему прямо в лоб.

– А ты появился почти вовремя, парень, – раздался откуда-то из-за плеча Гэри голос Микки. Он попытался повернуть голову, чтобы взглянуть на лепрекона, но шипы роз весьма ощутимо воткнулись ему в шею и заставили переменить планы.

В мгновение ока рядом очутились барон Пвилл и Джербил. Они вытянули его из куста, в то время как Джербил дополнил ряд выстроившихся напротив окна молотов еще одним готовым снарядом.

– Живее, живее! – умоляюще взывал Микки. – Нам еще надо встретить Кэлси на южной дороге, а эльф нынче не потерпит опоздания!

За спиной у лепрекона два коня тихонько ржали от нетерпения, но продолжали стоять на месте. К спине одного из них, принадлежащего Гэри, был прикручен ремнями большой мешок, из которого выпирали острые углы металлических доспехов Донигартена.

В конце концов Пвиллу и Джербилу удалось выцарапать Гэри из куста – Джено тем временем запустил в комнату еще один молот, чтобы отбить охоту высовываться у двух упорно продолжающих предпринимать такие попытки противников, – и все отправились за лошадьми. Пвилл подсадил Джербила, явно не приходившего в восторг от перспективы поездки на таком высоком жеребце.

Но не успел малютка гном перебросить ногу через спину лошади, как что-то привлекло его внимание. Он указал пальцем на дорогу и прошептал: – Беда, о да.

– О да, – эхом откликнулся Гэри, посмотрев в указанном направлении. В нескольких шагах от таверны вдоль дороги выстроилось полдюжины всадников. Они рассматривали друзей в упор и, кажется, почти забавлялись этим зрелищем. Один из всадников был облачен в похожие на доспехи Донигартена латы и вооружен длинной пикой, увенчанной гербом с изображением льва и клевера, эмблемой Коннахта. К спине крепился огромный меч – тот самый, который Микки и барон Пвилл видели раньше.

– Сдавайтесь или умрите! – провозгласил рыцарь.

– Пять или шесть, – бандитски пробормотал Джено. – Если явится Кэлси, то счет равный.

– Думаю, что Кэлси уже по уши ввязался в другую драку, – ответил Микки.

– Да, ну что ж, – без тени колебания откликнулся дворф. – Тогда Кэлси пропустит самую развлекуху.

– Не так быстро, – прошептал в ответ Микки, сидящий на своем месте перед Гэри. – Этот рыцарь мне знаком, и я знаю, что, когда он въезжал в город (а это было совсем недавно), доспехов на нем не было.

– Ну так? – в вопросе Джено не прозвучало ни сомнений, ни страхов.

– У него есть друзья в городе, – продолжал рассуждать Микки. – И можете не сомневаться, их больше, чем мы видели.

– За изгородью прячутся стрелки, – прошептал Гэри, кивком указывая по правую руку от себя. Он еще не закончил говорить, как все услышали у себя за спиной голоса – это их противники в комнате вновь приготовились к бою.

Барон Пвилл застонал.

– У тебя есть для них какой-нибудь трюк? – осведомился Гэри у Микки.

Лепрекон пожал плечами.

– Моя магия сейчас не на высоте, – честно ответил он. – И рыцарь-то уж распознает иллюзию, даже если и удастся обмануть всех остальных.

Гэри все больше склонялся к мысли, что им остается сдаться, другого варианта нет. Но сдаться – означает смертный приговор для барона Пвилла. Гэри перевел взгляд на драгоценное копье, которое он сжимал в руке. Он подумал о том, что цена сдачи может быть еще гораздо выше.

– Сдавайтесь – или узнаете, как колет моя пика! – зарокотал рыцарь. – И не тяните: у меня нет ни времени, ни терпения.

Гэри припомнил все, что он знал о кавалерии и кодексе поведения. Ясно, что этот человек в своих поступках должен руководствоваться понятием чести, каким бы искаженным и изуродованным оно ни было. Гэри широко улыбнулся: чтобы у его друзей появилась возможность уйти, – нужен отвлекающий маневр. Он ссадил Микки с коня и поставил его на землю.

– Будь рядом с Джено, – тихонько объяснил он. – Вы поймете, когда пора будет ехать.

– Что у тебя на уме? – не слишком довольный таким обращением, осведомился Микки.

Но Гэри уже усаживался обратно и не обратил на слова лепрекона особого внимания.

– Мои друзья сдадутся! – прокричал Гэри рыцарю.

– Ага, когда гномы полетят, – буркнул Джено, но Джербил предостерегающе зыркнул на него. Протест не должен был принимать открытую форму.

– Но только в том случае, если ты сможешь поразить меня в честном поединке, – заключил Гэри. Забрало мешало разглядеть лицо рыцаря. Но не требовалось особого воображения, чтобы представить себе, какая улыбка зазмеилась под металлической решеткой.

– Мой дорогой Гэри Леджер из Бритэйна, – начал рыцарь, перемежая каждое слово смешком и медленно поднимая вверх решетчатое забрало.

– От этих ребят ничто не укроется, – шепнул, обращаясь к Микки, Гэри. Он был удивлен тем, с какой легкостью его опознали.

– Тебя ослепила гордыня, – продолжал рыцарь. – Или ты забыл, что на тебе нет доспехов?

Его спутники разразились хохотом – неестественно громким, заметил про себя Гэри, показывающим, каким уважением пользуется этот рыцарь. Тут один из них рысью подъехал к облаченному в доспехи рыцарю и что-то прошептал ему на ухо – что-то, что тому явно не понравилось.