Герцогиня. Право крови - Галина Долгова

— Это за какие?

— Неважно, — удивительно, но лорд смутился, — идем, не стоит заставлять императора ждать.

Амилеста только улыбнулась на это, предпочтя промолчать, но ее улыбка померкла, как только они с Кайларом вошли в императорский кабинет. Здесь было слишком многолюдно для этого места в это время. Лес даже не сразу разглядела все действующие лица, зато когда разглядела…

Кроме ближнего круга Ауриана и принца, по всему кабинету была расставлена стража из личной гвардии императора, а двое из них держали за руки изрядно избитого мужчину. Лес напрягла память, но нет, лично с этим господином она точно не была знакома, но догадаться о причине его пребывания здесь и в таком виде было нетрудно. Особенно после того, как герцогиня поймала торжествующий взгляд главного Ворона.

— А вот и наши маги пожаловали, — радостно оскалился Керт.

— Вот и хорошо, — прорычал император, не сводя взгляда с окровавленного мужчины, — а теперь я хочу наконец-то получить ответы на свои вопросы!

— Ваше величество, — быстро оценив обстановку и подойдя к Ауриану поближе, произнесла Лес, — если вы не против, то пока он не начал, я наложу на него заклятие правды.

— Не стоит утруждаться, миледи, — перебил ее Зорас, — мои маги уже поработали над этим, — и он кивнул в сторону парочки бледных теней у стены.

— Очень предусмотрительно, лорд, — кивнула Лес, — но, думаю, тогда мое заклинание просто усилит воздействие. Заодно я смогу отслеживать, и когда наш уважаемый господин подозреваемый решит о чем-то умолчать или скажет то, что ему могли внушить магически. Вы ведь понимаете, что есть вероятность того, что это просто очередная уловка? — Лес говорила тихо, но за накинутым пологом тишины все равно бы никто не услышал ничего, кроме тех, кому нужно, даже если бы она кричала и обернулась к подчиненным Керта. — Думаю, господа маги не будут возражать.

Господа маги возразить хотели, это было видно по их глазам, но не рискнули, заметив, как сверкнул на них взглядом император. Конечно, Лес понимала, что так она проявляет недоверие к их работе, но и причин безоговорочно верить им у нее не было. Особенно зная, как Керт мечтал поймать хоть кого-то, чтобы реабилитироваться за свои неудачи.

— Все? — недовольно поинтересовался Ауриан, но Лес прекрасно чувствовала, что злится он не на нее, а на ситуацию в целом. И, дождавшись кивка герцогини, продолжил: — Тогда я хочу знать, кто это такой, демон побери!

— Ваше величество, — снова взял слово Ворон, — позвольте вам представить — Саалим Родос, внебрачный сын леди Вианты диол Тарос и… — тут он сделал драматическую паузу, — барона Лазора диол Вайне.

— Это бред! — выкрикнул мужчина. — Я лорд Кевер диол Сами, барон Старида!

— Молчать! — прикрикнул один из магов, и пленник вынужденно замолчал.

— Керт? — Император покосился на главу тайной канцелярии, ожидая ответа.

— Почти сорок лет назад у Лазора была связь с леди Тарос. Как вы все помните, ее супруг был отправлен в дипломатическую миссию, а сама леди по состоянию здоровья поехать с ним не могла. В итоге через положенное время появился ребенок — Саалим. А еще через полгода возвращался супруг леди. Оставить дитя леди не могла и не придумала ничего лучше, как отправить его подальше в баронство Старида. Это, как вы помните, на другом конце от собственного поместья леди.

— И? К чему ты это все ведешь?

— А к тому, что двенадцать лет назад леди серьезно заболела и перед смертью решила облегчить свою душу и нашла оставленного ребенка. Что она ему наплела, мы не знаем, но, судя по свидетельствам приемной семьи Саалима, леди обвинила конкретно вас, милорд, что вы не посодействовали в убеждении барона в женитьбе. Опять же, по словам госпожи Родос, леди Вианта сообщила сыну, что сперва барон диол Вайне отказался жениться на леди, а потом вы сообщили ей в довольно грубой форме, что ничего предпринимать по этому поводу не будете, и посоветовали избавиться от ребенка. Именно после ваших угроз и угроз со стороны вашего мага леди решилась на такой поступок.

На несколько минут в комнате повисла тишина. Взгляды присутствующих метались от мужчины… Саалима или Кевера, кто он там, к ушедшему куда-то в глубь себя императору. Под конец Ауриан устало вздохнул, покачал головой и тихо произнес:

— Не помню. Меньше сорока лет назад… Тогда было слишком много всего, — словно для себя произнес он. — Но я не помню, чтобы ко мне подходила какая-то леди… и о связях Вайне я не в курсе. Он скрытный был.

— Да, милорд, — согласно кивнул Гевор, — но роман с леди Тарос был. И муж у нее был — очень ревнивый. Виконт Лавойский. Сейчас женат второй раз. От леди Тарос у него одна-единственная дочь, замужем. От второй жены — девочки-близняшки. Им сейчас по восемь, нет, кажется, по девять лет.

— Быстро он, — присвистнул, кажется, Астимиан.

Ломас, словно бы извиняясь, добавил:

— Говорят, причины ревности были в том, что он сам был неверен.

— Допустим, — покачал головой Ауриан. — Допустим, я отказался принуждать Лазора к свадьбе. Что дальше?

— А дальше, — снова заговорил Керт, — Саалим Родос посчитал именно вас и барона виновными в том, что он, аристократ по крови, не признан и жил не так, как достоин.

— И решил мстить? — тихо поинтересовалась Лес.

— Именно! Насколько мы узнали, леди Тарос перед смертью отвезла сыну немаленькую сумму денег, которые тот большей частью потратил на личных учителей по магии. Понимаете, куда я веду?

— В принципе да, — кивнул Кайлар, — отец — маг, неудивительно, что сыну передались способности. На момент встречи с матерью ему было, я так понимаю, чуть меньше тридцати. В принципе неплохой возраст для обучения. Человек уже сам понимает, что ему надо, и учится не по принуждению. Года за три при интенсивных нагрузках можно узнать многое. Вот только я не понимаю, при чем здесь то, что он называется бароном Сгарида?

— А вот это интересный момент. Как я уже говорил, Саалим проживал именно в его баронстве и, будучи образованным, работал в городской управе. Возможно, лорд Сами был даже в курсе, чьим ребенком является Саалим изначально, или же сам Саалим проболтался, но мы нашли в одном из тайников барона небольшой дневник, где была прописана напротив его имени сумма в три тысячи золотых.

— Шантаж?

— Похоже. К тому же, насколько мы успели узнать, барон… кхм… отличался нездоровой любовью к… маленьким мальчикам. И жестокостью. Народ его не любил, но боялся.

— Вы хотите сказать, — раздался мрачный голос секретаря, — что находящийся в состоянии гнева и обиды Саалим Родос, который недавно узнал о своем происхождении и что ничем не уступает по положению извращенцу-барону, возможно, когда-то подвергшийся тоже насилию и получивший вдобавок попытку шантажа, взял и убил барона, а потом занял его место? И никто не догадался?

— Во-первых, догадываться особенно было некому. Из-за своих пристрастий у барона не было семьи. А те немногие слуги либо просто боялись, либо вздохнули от облегчения. К тому же у Саалима Родоса была не просто магия, а талант к иллюзиям.