Магия дружбы - Ирина Лазаренко

– Ну ты и жук.

– А еще нахал и мерзавец. Так что у тебя случилось, Эррен?

* * *

Двое приятелей Шадека отсели за соседний стол, увидев там знакомых. Разговор мага и Эррена показался им удручающе скучным, а вот у Шадека, напротив, глаза загорались тем сильнее, чем дальше говорил новый знакомец.

– Мой поселок зовется Фонком, это в пяти переходах западнее Килара. В последний год происходит у нас там много странного.

Маг хмыкнул. Эррен, словно не замечая, продолжал:

– То бывает – долгим-долго все тихо, и мы уж думаем, что так оно и останется. А потом начинаются чудеса, и хоть бы одно хорошее! То у бочкаря в закрытом сарае поленья полыхнули – хорошо, ему той ночью не спалось, да еще и дождь шел. А если б в сухое время пыхнуло, да не увидел никто? Все подворье б выгорело начисто! То молочник поутру корову доить примется, а молоко уже кислым в подойник прыскает! Ну, продал пекарю в полцены для пирогов, да только разве ж такое дело мыслимо? У головы нашего попортился цепной кобель: уж до чего лютая зверюга была, а летом как полыхнуло у нее над башкой что-то белое – так теперь кобеля кошкам в няньки записать, ластиться стал ко всем подряд. И еще временами подвывает что-то и скребется – на чердаках, в амбарах, в сараях. А заглянут туда – никовошеньки!

Шадек переплел пальцы, покивал чему-то.

– А десять дней назад молния в пруд шарахнула! Ранним ясным утром, представляешь?

– Что за пруд?

– Да есть у нас три семейства, в складчину рыбу разводят. За селом большой пруд заложен, еще дедами их. А весной они еще малый вот затеяли, прям за околицей. Так туда и бахнуло, да как! Весь лед кусками по берегу, вся рыба кверху брюхами! Ну, собрали, засолили, а что делать-то? Ладно еще, не в большой пруд шарахнуло!

Маг долил эля в кружку, но не отпил. Загреб сухариков, но есть не стал. Сидел какое-то время молча, задумчиво надув щеки, потом уточнил:

– Магов у вас нет в поселке?

– Конечно, нет. Часто видишь в поселках гласников?

– А тут и не нужен обученный маг, сгодится и сильный самоучка. Он сумел бы ощутить магические колебания, понять их природу…

– Нет у нас магов. Зато есть грусть и перепуг. Ну так, не поверх всего, а временами накатывает, сам понимаешь.

– Понимаю. – Шадек помолчал. – Что-нибудь делать пытались?

– Обязательно! – заверил Эррен. – Жрец каждый десяток дней обходит весь поселок, ромашку жжет, от бдыщевых велений окуривает.

– Полезно. А те люди, у которых попортились поленья, рыба и прочие коровы, ничего не делали? Не пытались последить за шорохами на чердаках? Или наместнику нажаловаться?

– Да все как-то… – Эррен развел руками.

– Словом, теперь ты хочешь, чтобы я нашел причину.

– Нет, – Эррен мотнул головой.

Маг вскинул брови.

– То есть да, – поправился мужчина. – То есть, тьфу. Отыщется – хорошо, но нарочно искать не прошу. Мне надо, чтоб ты жену мою берег.

Шадек, вернувшийся все-таки к элю, поперхнулся и зашелся кашлем.

– Ей рожать вскорости, меньше месяца осталось, – Эррен перегнулся через стол, заколотил мага по спине. – И она у меня с характером баба, а с тех пор, как дите носит, тот характер у нее вовсе даже не мягче стал, я тебе скажу. Если моя Гавель что вобьет себе в голову, так нипочем того не выбить и телегой ее не сдвинуть! Решила она, что это наше лихо опасно для нее и для младенца. Всего боится после той молнии, во двор не выйдет лишний раз, чуть стук да грюк какой – белеет вся. Ну что взять с нее – женщина, да на сносях… А только мне за нее тревожно. Так я подумал: хорошо бы мага нанять, чтоб в доме жил да следил за всяким непонятным! Я б ему полсеребрушки в день платил!

Шадек наконец продышался, вытер лоб.

– Знаешь, всякое со мной бывало, но чтоб чужих жен охранять… Ну а после того, как дите родится? Ей же в два раза страшнее станет! И ты начнешь упрашивать, чтоб я поселился в доме навечно!

– Да там уже вразумлю ее как-нибудь, – без особой уверенности протянул Эррен. – Всю жизнь мага в доме держать – это я быстро по миру пойду. Но вот что я заметил: это лихо – оно ведь большого вреда не чинило. Убытки, конечно, были. Но никто всерьез не страдал. Кобель цепной подобрел – так от того ему хуже не стало, рыба и вовсе тварь бессловесная, ей все равно дорога одна, на засолку. Так вот, не верю я, что лихо станет на младенца нападать. А с другой стороны – все-таки тревожно.

– Но, я смотрю, вы там спокойные ребята, – заметил Шадек. – И что, ты поехал в Килар в надежде встретить переезжего мага? Или созрел на гласного?

– Да не. В Килар я не потому приехал, мне на рынок надо было по своим нуждам, за тканями и всяким прочим. Я швец.

– С ума свихнуться, – невежливо отреагировал Шадек.

– На тебя мне один знакомец указал, как раз когда ты в таверну входил. А к гласнику я не хочу.

– Это почему? Он отказывать не станет, поедет проверит и что-нибудь присоветует, отмахиваться побоится. Ты ж знаешь: гласники подчиняются Школе, и, если случается кому-то оплошать, ректор его быстренько карает со всей строгостью и не только в привычных положениях!

Эррен махнул рукой.

– Какой гласник станет сидеть в моем доме месяц? Если начать разбираться, что за лихо завелось (а разобраться давно бы надо!), так то голова должен письма писать и все по порядку делать. А мне просто жену успокоить надо, чтоб маг при ней сидел. Мало ли что! Да мало ли когда! К тому же в Киларе не маг, а магичка. И в Хофоре, ближнем городе, тоже магичка.

– И что?

– Так магичку я уже нанял! Молодую девку, толковую. И успокоить жену умеет, и поболтать есть с кем. А только вот подумалось мне: делать – так с толком! Мало ли чего там вылезти может – а ну как что-нибудь здоровенное? Что девица сделает, если это здоровенное попросту свалится на нее? Нет, я так подумал: вдобавок к магичке нужен маг, молодой, сильный – ну вот как ты!

Шадек доцедил эль. Его светлые глаза уже изрядно остекленели, но голос звучал ровно.

– Значит, жить в твоем доме и приглядывать, что к чему, пока твоя жена не разродится. На всем готовом с кормежкой, да еще половина серебрушки в день, да еще молоденькая магичка в напарниках. Ха!

Шадек приложил пальцы правой руки к левому плечу, и швец облегченно разулыбался.

– Ну вот и ладушки, тогда утром в путь. В ночь кататься нечего, дорога снежная, холодина зверская. Так что встречаемся у городской конюшни на рассвете. И вот еще!

– Что?

– Кормежка кормежкой, а никакого эля и прочего – ни капли, понял? Не хватало, чтоб ты дрых беспробудно или с похмелья маялся, когда лихо будет крушить мой дом!

– И в мыслях не было, – маг смешно выпятил нижнюю губу.

– Вот и славно, – закруглил тему Эррен.