Запах Cумрака - Валерий Пылаев

– А у меня есть выбор?

Я еще раз посмотрел в окно. Несмотря на солнечную погоду, вылезать на улицу, наверняка уже кишащую вервольфами, не очень-то и хотелось.

– Не особо, – согласился шеф. – Постарайся дожить хотя бы до вечера – для начала.

– Постараюсь, Петр Валентинович, – ответил я. – Очень постараюсь.

* * *

За всю свою – и человеческую, и уже Иную – жизнь я никогда не жаловался на чрезмерную впечатлительность. И все же шагать по городу, захваченному Темными, было, мягко говоря, некомфортно. По пути мне не попалось ни одного оборотня, но все равно что-то в Таллине неуловимо изменилось. Над залитыми солнечным светом улицами постепенно копилась неосязаемое. И все же это не так уж сложно было почувствовать. Не только мне – даже обычным людям. Лица тех, кто шел мне навстречу, выглядели хмурыми и озабоченными. Или наоборот – неестественно веселыми. Кто-то пытался спрятать неведомо откуда взявшееся гнетущее и тяжелое предчувствие за картонной улыбкой, но от завышенной концентрации Темных на единицу площади нервы понемногу сдавали у всех. Водители превышали скорость, потом тормозили – до упора, до дымящихся черных полос на асфальте, остервенело сигналили друг другу и снова мчались дальше, подгоняемые нерациональным, но оттого только усиливающимся страхом.

Понемногу отпускать меня стало, только когда я свернул с широкой улицы направо и зашагал по брусчатке к каменным воротам Старого города. Здесь, в окружении бесчисленных цветочных, кондитерских и – куда же без них в таком месте – сувенирных лавок, даже дышалось легче. Если до этого мне казалось, что кто-то подложил мне в рюкзак десятка полтора кирпичей, то теперь с каждым шагом из рюкзака по кирпичу вынимали. Свинцовая тяжесть постепенно переставала давить на плечи, а у самых ворот и вовсе почти исчезла. Когда я вступал в Старый город, кто-то, а скорее, что-то аккуратно коснулось меня Силой, проверяя, есть ли у меня право войти туда, где Свет еще не сдал позиций. Шаг или два дались не без труда, но потом невидимый полог растаял и расступился, пропуская меня. То ли какая-то особо сложная охранная магия… то ли то, что иногда называют душой. В данном случае – душой города. Светлой, не терпящей Тьмы и в трудный момент вставшей на защиту тех, кто в ней особенно нуждался. Не случайно Ночной Дозор Таллина выбрал для штаб-квартиры именно это место. Старый город вполне мог и сам за себя постоять. И хотелось верить, что его силы хватит еще хотя бы ненадолго.

Через полсотни шагов я оглянулся. И почему-то сразу – обычным зрением, не через Сумрак – увидел их.

Мужчина и женщина остановились прямо перед воротами. Он – рослый, плечистый, в джинсах и легкой серой куртке, с бритой головой. Она – коротко стриженная, крохотная, едва ли по грудь своему спутнику, в балахоне кислотно-зеленого цвета, короткой клетчатой юбке и шнурованных ботинках чуть ли не по колено. Такие разные – и одновременно похожие, как брат и сестра. Люди вокруг них спокойно проходили и туда, и обратно, а они просто стояли. Поймав мой взгляд, мужчина чуть склонил голову. Вряд ли он по-настоящему боялся переступить незримую черту и войти в Старый город. Просто не торопился – знал, что отсюда бежать мне уже некуда. Я пожал плечами, отвернулся и зашагал дальше.

Здесь люди улыбались уже по-настоящему. И местные, и туристы, табунами валившие вверх по мощеной улице – туда, где над зданиями возвышался шпиль. Кажется, ратуши – мои познания о Таллине ограничивались статьей в «Википедии», которую я не поленился дочитать только до середины. Я пристроился к какой-то разношерстной толпе с флажками и неторопливо поплыл в бесконечном людском потоке. Спешить мне было уже некуда. Старый город принял меня, и правила хорошего тона требовали встречного жеста. Я выдохнул и потянулся в Сумрак.

Силы здесь было много. Не совсем Светлой, но и не Темной. Особенной, заключенной в древних камнях и в стенах домов, разменявших не одно столетие. Ее вряд ли получилось бы забрать, выкачать напрямую – Сила города имела какое-то качественно иное агрегатное состояние, была совсем не такой, как моя собственная. И все же через полминуты кончики пальцев начало покалывать. Старый Таллин умел делиться накопленным. Крупицы, крохи для города. Очень много для обычного мага. Я остановился и присел на корточки.

– Спасибо, – тихо сказал я, касаясь ладонью теплых камней мостовой. – Мне больше не нужно.

– Это точно, – буркнул какой-то усатый мужик, обходя меня справа. – С самого утра уже начал. Позорище.

Мне почему-то вдруг стало смешно. Наверное, я действительно выглядел так, будто успел с утра опрокинуть несколько стаканов и теперь спешил продолжить начатое в одном из многочисленных местных заведений. В каком-то смысле так оно и было.

Стилизованная под старину вывеска появилась над головами прохожих уже через полминуты. «Олд Ханса», «Старый Союз», в котором меня ожидал Борис Сергеевич Гросс. Странное, но при этом закономерное совпадение. В этой войне я и таллинский Дозор – лишь союзники, каждый со своими целями. Впрочем, враг у нас сейчас общий.