Дама Пик - Макс Мах

— Почему ты спрашиваешь?

— Значит, все-таки странный…

— Ну, да, пожалуй, — пожала плечами женщина.

— Возможно, это птичье зрение, — осторожно высказал предположение Август. — Или кошачье. Некоторые волшебники могут смотреть глазами зверей. Чаще птиц. Но это редкая способность, которую к тому же надо развивать. Да, и колдовство непростое…

— А я ничему такому не обучена и даже не знала, что такое возможно, — женщина задумчиво посмотрела в окно кареты, за которым мелькали темные силуэты деревьев. — Да, похоже, это птица. Точно не кошка!

— Откуда тебе знать?

— Просто знаю, — снова пожала плечами женщина. — Не могу объяснить. И знаешь, что еще! Это был подарок. Ну, что-то вроде подарка. Жест доброй воли?

— Теа, я про такое даже не слышал никогда, — честно признал Август, он был заинтригован ее рассказом и не собирался этого скрывать.

— Буду искать, — пообещал он. — Если в книгах что-нибудь есть, я найду.

— Ну, ладно тогда, — кивнула женщина. — Ищи. И заодно… Впрочем, сначала послушай. Я ведь даже не знаю, как это назвать.

— Рассказывай, — Август уже взял себя в руки и был готов слушать дальше, тем более, что от рассказа Теа у него вовсю разыгралось любопытство.

— Я вошла в комнату, дверь за мной закрылась, и тогда мужчина вышел из тени. Высокий, худой, не старый, но и немолодой. Напудренный парик, лицо тоже припудрено, модный камзол, шпага на перевязи… Поздоровался со мной. Вежливо, с уважением. Я спросила, как мне к нему обращаться. Он ответил, что можно попросту «сударь», но он, как ты понимаешь на простого человека никак не похож. Я так и подумала, и сама себе удивилась. Ну, какой же он простой человек, если целый князь.

— Князь? — переспросил Август. — С чего ты взяла, что он князь.

— Вот то-то и оно! — усмехнулась в ответ Теа. — Я сначала удивилась, а потом как раз и сообразила, что я этого знать никак не могу. Но, Август, я с ним двух фраз сказать не успела, а уже знала, что он князь Ганс Ульрих фон Эггенберг — президент тайного совета Священной Римской империи и еще много чего вдогон.

— Фон Эггенберг… — как эхо, повторил за Теа хорошо известное ему имя Август. — Фактический глава правительства. Что ему от тебя нужно?

— Да, вот, понимаешь, интересуется князь, могу ли я снять с человека проклятье.

— Что ты ему ответила?

— Ответила, что не практикую. А он предложил за работу пятьсот тысяч талеров.

— Серьезный, надо полагать, клиент, если за него просит сам глава тайного совета, да и сумма впечатляющая.

— Ну, да, — кивнула женщина. — Но я же не побираюсь!

— То есть, ты отказалась?

— Да. Но он, Август, продолжал настаивать и довел сумму гонорара до восьмисот тысяч. Я ему сказала, что мне денег на жизнь вполне хватает. А он не выдержал, и говорит что-то типа, сама поставила, сама и снять должна!

— Вот как!

— Вот так, — согласилась Теа. — Тогда я ему объяснила, что в свое время отличалась непозволительной гневливостью, не говоря уже о мстительности, и много кого прокляла. Иногда успешно, иногда — нет, но, в любом случае, тех, кого я прокляла, давно нет в живых.

— Что он тебе на это ответил?

— Сказал, что прокляла я того человека вместе со всеми его потомками до седьмого колена. Это, к слову, вообще-то возможно, проклясть до седьмого колена?

— Некоторым удается, — осторожно подтвердил Август.

— Ну вот он мне об этом типа все время и твердил: сама прокляла, сама проклятие и снимай. А как же я его сниму, если я в проклятиях ничего не понимаю?

— А имя он назвал?

— В том-то и дело, что не назвал. Очень нервничал по этому поводу. И знаешь, Август, в тот момент это случилось со мной во второй раз. Вдруг в памяти всплыло имя, но я даже не знаю кто он такой.

— Леопольд Бабенберг, — пожала она плечами в ответ на вопросительный взгляд Августа.

— Бебенберг, — кивнул Август, — ну надо же!

— Ты его знаешь?

— Знаю, и, кажется, понял, о каком проклятье говорил князь. Леопольд Бабенберг, душа моя, эрцгерцог Свещенной Римской империи, но может в ближайшее время стать кронпринцем.

— Эрцгерцог? — нахмурилась Теа. — Я знаю титул герцог, а что такое эрцгерцог? Хотя нет! Постой! Все я знаю! Эрцгерцог — это член императорской фамилии, так?

— Так, — кивнул Август. — А по нынешним обстоятельствам может сменить титул и стать наследником престола…

— А я, тогда, кого прокляла?

— А ты, душа моя, прокляла эрцгерцога Альбрехта — прадеда нынешнего Леопольда.

— Вот chert!

— Не знаю точно, что ты имеешь в виду, — ухмыльнулся Август, — но я с тобой согласен. Хотя и понимаю, что ты была права, но правящая династия… Похоже, нам придется согласиться.

— Но я ничего не умею! — вскинулась Теа. — Что я могу теперь с этим сделать?

— Я сниму, — отмахнулся Август. — Но сделаем вид, что я тебе только ассистирую.

— А ты умеешь? — прищурилась Теа.

— Умею, — успокоил ее Август, который действительно умел, хотя и предполагал, что просто не будет.

— Ну, ладно тогда, — не стала упрямиться она. — Пошлем завтра письмо герцогу д’Эсте.

— Не так быстро! — усмехнулся Август. — Во-первых, тебе некуда торопиться. Это они спешат, а не ты. А, во-вторых, ты должна высказать свои требования.

— А какие у меня требования?

— Мы едем вдвоем, это раз.

— Ну, да! — согласилась Теа. — Без тебя, любимый мой,!

лететь с одним крылом

— Любимый? — улыбнулся Август.

— Вообще-то, это песня у нас там такая была, — растерялась Теа. — Я только перевела и чуть переделала… А какое второе условие?

— Заговариваешь мне зубы?

— Скользкая тема, не находишь?

— Ну, когда-то же все равно придется расставить все точки над «i».

— Прямо сейчас? — чувствовалось, Теа растерялась по-настоящему и не знает, как поступить.

— А чего тянуть? — он смотрел ей прямо в глаза и не отводил взгляд. — Я тебе уже все сказал. Могу повторить. Я тебя люблю! И да, Теа, тебе нечего боятся. Я тебя не оставлю в любом случае. Мое слово крепко. Но одно дело дружба и совсем другое — любовь!

— Давай все-таки не будем спешить, — взяла себя в руки Теа. — Не обижайся, но я чувствую, еще не время.

— Не смею настаивать, — отвел взгляд Август.

— Обиделся…

— Расстроился… Продолжаем разговор…