Хроники Домового. 2019 - Евгений ЧеширКо

Верка расхохоталась, и по ногам тут же пронесся легкий ветерок. Рядом с креслом проявился Гоша – большой, лохматый и улыбчивый, как Чеширский кот.

– И чего мы тут хихикаем? – промурлыкал он.

– Да так, – смутилась Верка, – думаю о своей незавидной судьбе, если экзамен завалю.

– Так давай учи! – распорядился Гоша. – А потом вчерашний ужин повторим. А тапочки у тебя обалденные, – добавил он и подул на пушистые помпоны как на одуванчики.

Верка открыла тетрадку и зашептала:

– Содержание лигатуры в сплаве определяется пробой. Тоска.

– Проба? – встрепенулся Гоша. – Это где такому учат?

– На историческом факультете. Весь год грузят монетными типами, а я на раскопки хочу, как прошлым летом.

– Это в земле ковыряться, что ли?

– Это значит прикоснуться к вечности. – Веркины глаза засияли. – Обнаружить древние памятники и захоронения, узнать, как жили люди.

– Точнее, умирали, – Соныч кружил под потолком, сложив руки на груди.

– И умирали! Я год назад столько костей сохранившихся нашла, вам даже не снилось!

– К счастью, нам такое и не снится…

– Между прочим, поздний бронзовый век! Столько вокруг всего изменилось, совсем другая жизнь, а они лежат там как ни в чем не бывало и о стольком могут рассказать!

– Этой девушке скучно считать деньги, вы только посмотрите! – воскликнул Гоша. – Зато она обожает ковыряться в грязи и чужих костях.

– Романтика, – пропел Соныч и спланировал на диван.

– Ничего вы не понимаете, – насупилась Верка. – Давайте я вам лучше фотки покажу.

Она водрузила ноутбук на колени и защелкала мышкой. Соныч и Гоша припали к ней с обеих сторон – почти неощущаемые, немного прохладные.

Через несколько кликов Верка замелькала на мониторе во всей красе. Растрепанная, с обгоревшим носом, в коротеньких шортах и красной футболке, щеки в грязи, в руке – лопата, глаза – блестят!

– Какая милая, – еле слышно прошептал Гоша. – И совершенно точно счастливая.

– Вот здесь мы снимаем первый слой земли, тяжеленный! – зачастила Верка. – А здесь нашли керамические осколки. Тут я с нивелиром, это такой геодезический прибор. А тут – у вечернего костра, очень хорошо было… Песни под гитару, жареные сосиски.

– А что за паренек рядом ошивается? И здесь он. И вон на той фотке тоже. Может, сердце твое уже занято? – осведомился Соныч деловито.

– Не занято! Это просто Мишка, он даже не из нашего института. И копает плохо! – Верка поскорей пролистнула «неинтересные» фотографии. – Зато вот здесь наше посвящение в археологи. Так весело было. В земле все извозились и голос сорвали.

* * *

Глаза слипались, но Верка стоически вызубрила шкалу Шелдона и была в состоянии узнать любую античную монету в «лицо». Очень хотелось поделиться успехами, поэтому она сползла с дивана, чтобы достать из холодильника банку соленых огурцов.

– Где мои тапочки? – изумилась она, шаря ногами по полу.

– Кхе-кхе-кхе…

Гоша материализовался в кресле. Скорченный, с ног до головы укутанный в плед, с красными слезящимися глазами – ну совершенно несчастный. На его ногах внушительного размера красовались тапочки с пушистыми помпонами.

– Эй! Ты мне тапки разносишь! – завопила Верка.

– Не разношу, я умею… ужиматься. И вообще, я заболел. Подогрей молочка с медом, а? Как в детстве…

– И правда, горячий, – потрогала его лоб Верка.

Молоко, куриный бульон, малиновое варенье – пока Верка крутилась на кухне, телефон запиликал уведомлением.

«В ваш аккаунт выполнен вход с устройства «Хата3000». Если это были не вы, обратитесь в сервисный центр».

Гоша свернулся в кресле с ноутбуком и мурлыкал какую-то глупую мелодию. Ноутбук был такой же, как и он сам, – призрачный. Но Веркина страница на мониторе явственно просматривалась.

– Ты чего в моих соцсетях шаришься?! – завизжала Верка во всю глотку. – Ты мои сообщения читаешь?

Так бы и огреть его подносом со всеми лекарствами!

– Соцсети, они же для всех, общественные, – тихонько заметил откуда-то Соныч.

– Еще один! Сейчас оба у меня получите!

– Все-все-все, – заверещал Гоша. – Просто маленькая формальность, больше не буду.

Он перехватил у Верки поднос и набросился на угощение.

– А что ты на моих конспектах поначеркал? Не видно же теперь ничего!

– Это просто страницы всяких симпатичных девиц, твою больше не трону, точно-точно!

– Р-р-р! – оскалилась Верка.

– Ну не дуйся, – миролюбиво протянул он, болтая ногами в тапочках. – Я просто очень любопытный. И ревнивый. Но больше ни-ни, клянусь! Не злись, давай лучше в настоящее путешествие в пространстве отправимся.

– Ты же болеешь, – напыжилась Верка. – Но звучит соблазнительно.

– Мне уже гораздо лучше, спасибо тебе! Так рванем в путешествие? Только путевой лист заполню, минутное дело.

На полупрозрачном мониторе возник бланк с кучей непонятных вопросов. Верка поняла только про адрес и фамилии путешественников. Гоша бойко застучал по клавишам.

– Улыбочку, фотографирую.

Фотография двух лохматых существ – одного испуганного с округлившимися глазами, другого раскрасневшегося после молока с медом – мгновенно загрузилась на сайт.

«Путешествие одобрено» – высветилось на экране. Потом что-то внутри «Хаты3000» защелкало и из отверстия сбоку полезли бумажки, похожие на чеки.

– Хватай билеты, – распорядился Гоша, и мир тут же закрутился.

– Где это мы?

Верка обнаружила себя в Гошиных руках в темном коридоре.

– Догадайся!

Верка выглянула в окно и увидела дом, свои светящиеся окна и любимый кактус на подоконнике.

– Мы в офисе у Трудоголика! – сообразила она. – То есть у тебя.

– Точно! Добро пожаловать в гости, – Гоша глухо щелкнул пальцами и потянул на себя ближайшую дверь.

В тесном кабинете тускло горела лампа. За большим столом, заваленным бумагами и оргтехникой, подложив руки под голову, спал черноволосый парень.

– Это… ты? – удивилась Верка, подкрадываясь поближе. – Точно? Не очень-то похож… Ты потолще, постарше, и борода у тебя, как у лесника, и вообще он какой-то более ухоженный, приятный.

– Могу я хоть во сне расслабиться?! – взвился Гоша. – Могу я хоть по ночам во время бессознательных путешествий не бриться и выглядеть как хочу?

– Можешь, можешь, – примирительно погладила его по волосатой руке Верка.

Парень завозился, черные ресницы затрепетали.