Затмение - Кейт Тирнан

«Творю заклинание это ради защиты от зла,

С целью придать ему силу помощь мне Ваша нужна.

Объединимся сегодня, ранение чтоб исцелить,

А после счастливою песней мой голос пускай зазвучит.

Надежду свою я питаю мудростью древних времен.

Задача, которую ставлю, спасти чистоту и добро.

Слугою я Вашей являюсь и снова прошу всей душой,

Магию Света свершите, уняв наконец нашу боль».

Такими простыми словами я напела песню силы, которая должна была увеличить имеющиеся у меня, какие бы то ни было, возможности, а также призвать Богиню и Бога. Когда бы я ни практиковала это с Хантером, то в результате вызывала разрушение какого-нибудь предмета, так что я не была уверена, что этого не случится сейчас.

Голос Морган послышался в моей голове: «Алиса, ты всё делаешь так замечательно».

Я изобразила еще несколько сигилов в пространстве и на земле. Как ранее объяснял Мистер Найэлль, они представляли собой что-то вроде истории, в которой кратко описывается, кто он и кто я, а также всё, что он знает об источнике силы. Затем я опустилась на колени. Первый этап завершен.

Я услышала, как Морган сказала, что первый этап прошел прекрасно, и приступила ко второму. Я встала и еще раз вдохнула, держа руки по бокам. Я почувствовала, как холодный, влажный ветер закружил мои волосы, я знала, что это новая стадия темной волны, но преимущественно мое внимание было сконцентрировано на совершенной, восхитительной форме заклинания, которую создал Магач. В моем сознании я могла видеть ее полностью законченной, завершенной, слои за слоями. Мне требовалось сосредоточиться, чтобы воспроизвести ее шаг за шагом.

Второй этап самый долгий и самый трудный. Что-то во мне встревожилось, словно я не успевала за временем. Это была либо Морган, либо мистер Найэлль. Быстро я погрузилась во второй этап, «ограничения».

«Это заклинание совершается, чтобы повлечь воспламенение на тридцатый день первого весеннего месяца», — начала я, мой голос гремел против ветра, — «Когда луна станет полной и окажется на грани убывания. Длительность заклинания не должна превысить пяти минут после воспламенения. Она должна быть заключенной в эти барьеры».

Я опустилась на колени и нарисовала на земле сигилы, затем руны, которые дополнительно определяли точное место зарождения заклинания, расположенное не дальше чем в ста футах отсюда (~30 м). Я ощутила настойчивую просьбу поспешить и стала рисовать быстрее. Внезапно мой разум опустел, и я в удивлении уставилась на землю, моя рука застыла. Еще один сигил? Еще одна руна? На земле? В воздухе? Должна ли я встать сейчас? Ледяной шарик пота потек по моей спине, в то время как адреналин захлестывал мое тело. О, нет, о, нет, о, нет.

«Тир», — раздался спокойный и уверенный голос Морган в моей голове.

Я почти заплакала от облегчения. Я нарисовала руну Тир на земле отточенными движениями. «Ур», — продолжала она терпеливо, — «Торн. Затем Ир. После них сигил битвы в воздухе».

«Да, да», — думала я, следуя ее указаниям.

«Сигилы лунной фазы», — инструктировала она мягко.

«Да, сейчас я знаю», — подумала я в ответ, снова понимая, что делать дальше. Я прошла по кругу, повторяя форму луны, затем изобразила в воздухе идентифицирующие ее знаки.

«У заклинания не будет иной цели, чем та, что описана здесь» — продолжила я, — «Оно не нанесет вреда ничему другому, за исключением того, что описано здесь. Оно не появится и не воспламенится снова никогда, кроме времени, которое описано здесь. Это заклинание предназначено только для добра, безопасности, защиты от зла. Моя цель чиста. Я действую не от ярости, не от ненависти, не от мести».

Не останавливаясь, я продолжала. Установление ограничений заклинания — самый важный его этап, особенно для такого, как это.

Этот этап занял почти тридцать минут. Я двигалась так быстро, как могла, одновременно оставаясь аккуратной и точной, не пропуская ничего. Более трех раз я забывала, что делать, и каждый раз меня охватывала паника до тех пор, пока Морган не подсказывала следующий шаг. Ее голос звучал деформировано, но невероятно спокойно и обнадеживающе. Я больше не осознавала, где Хантер и что он делает. Я ощущала неясные черты Магача в моей голове. Иногда я чувствовала холодный ветер или тяжелое давление на себя или понимала, что вокруг кружатся листья. Я оставалась в кругу и накладывала заклинание.

По завершении второго этапа я хотела упасть и разрыдаться. Воздух стал ужасным, причинял мне боль, словно я вдыхала ядовитый газ. Я была измотана, меня тошнило, голова раскалывалась на мелкие кусочки. Третий этап предназначался для придания заклинанию конкретной формы. Четвертая часть будет быстрой: воспламенить его.

«Продолжай, Алиса», — сказала Морган, тонкий слой льда лежал в основе ее спокойного голоса, — «Не сдавайся. Ты способна это сделать. Ты сильная. Ты знаешь это. Сейчас сформируй заклинание».

Я вытерла пот со лба и повернулась на восток. «Этим заклинанием я создаю отверстие «бит деарк» между миром живых и миром потусторонним», — начала я дрожащим голосом, — «Я создаю неестественный разрыв между жизнью и смертью, между светом и тьмой, между избавлением и преследованием». И так далее: иногда на английском, иногда на современном гаэльском, для заучивания слов на котором я проделала огромную работу, и иногда на древнем гаэльском, слова на котором Морган и Магачу пришлось напоминать мне практически одно за другим. Я передвигалась по кругу, создавая образы, слои образов, слои намерения. Я рисовала сигилы в воздухе и на земле. Внезапно я застыла, глядя на движущееся маслянистое черное облако, ревущее нам навстречу. Оно выглядело тошнотворно с примесью зеленого, и оно было уже так близко. Я почувствовала, как вдыхаемый воздух сбивает меня с ног. О, мой Бог, оно было настоящим, и оно было здесь, и я действительно скоро умру. Мы все умрем.

Морган начала разговаривать со мной, но я не могла пошевелиться. Оно было здесь, мне было плохо, и голос Морган звучал все более вымученным и слабым. Я больше почти не чувствовала Магача.

Все кончено, думала я. Я не успею закончить вовремя. Я ошарашенно оглянулась в поисках Хантера и увидела его согнувшегося пополам рядом с надгробным камнем. Когда он посмотрел на меня, он выглядел как тридцатилетний.

Я должна была продолжать, а черное облако разрушения было почти над нами. Голос Морган в моей голове убеждал меня продолжать, и словно робот я начала производить последнюю часть третьего этапа, двигаясь как можно быстрее. Я вся тряслась: я думала, что меня может вырвать в любую секунду, и, в основном, я ощущала, будто нахожусь здесь в ожидании смерти.

Самый страшный источник смерти и тьмы находился едва ли не в двадцати ярдах отсюда (~18,5 м).

Мои руки тряслись, я изобразила перевернутую пентаграмму в пространстве перед собой. Я завершила третий этап заклинания.

«Воспламени его!» — задыхаясь прокричал Хантер.