Ольга. Наследие богов - Александра Гром

Простой «футляр» светло-лимонного цвета с круглым вырезом, короткими узкими рукавчиками и чёрным пояском удовлетворил её полностью, а меня заставил вздрогнуть. Я представила, в каком жутко пафосном месте будут проходить смотрины. Не знаю, как другие, но я предпочитаю уделять внимание беседе, а не заморачиваться с выбором правильной вилки, когда подают соте из пятки носорога с павлиньим пером и ягодами годжи.

Справедливости ради, должна признать: некоторые плюсы в длительном выборе одежды имелись. Алла успела довольно подробно рассказать о том, что представляют собой будущие родственнички.

Отец семейства — владелец очень крупной строительной компании с филиалами во всех значимых регионах. На мой взгляд, этой характеристики более чем достаточно, поэтому дальнейший рассказ о нём я не слушала.

Его сын — красавец и спортсмен — помощник папеньки в семейном деле. Для себя я отметила, что про ум не было сказано ни слова. Алла получила один балл за честность.

Мать красавца-спортсмена, со слов моей феи, слыла женщиной доброй и лёгкой. Её основную заботу составляла организация разнообразных мероприятий для трёх благотворительных фондов, куда она заманивала толстосумов, — ох! простите! — достойных и уважаемых людей!

После выбора платья процесс подготовки пошёл легче. Цвет пояса и фасон платья помогли определиться с обувью, а получившийся в итоге ансамбль подсказал причёску и макияж: низкий узел и минимум косметики.

Чувствуя себя куклой, выставленной в витрине, я захожу в холл одного из самых престижных ресторанов города. Алла идёт рядом и со скоростью пулемёта выдаёт последние наставления, но я не особо вникаю в смысл слов. Я даже пропускаю момент, когда она переключается на администратора, требуя проводить до нужного места, из-за чего складывается впечатление, что молодой человек оказывается перед нами как по волшебству. Мы следуем за ним.

Семейство Воронцовых занимает угловой столик возле окна. Я с жадностью всматриваюсь в лица незнакомых людей, пытаясь составить о них первое впечатление, опираясь исключительно на внешность, но мадам Воронцова путает планы.

— Толя, ты говоришь, у девочки фамилия Серебрякова? — спрашивает она мягким голосом.

— Да, Тома, — сдержанно отвечает её супруг, после чего отпивает из стакана, форма которого позволяет предположить, что содержимым является вода, а не горячительный напиток.

— Так её родители владеют сетью аптек! — по голосу кажется, что женщина радуется собственной сообразительности.

— Нет, Тома, — огорчает её благоверный, — она не из тех Серебряковых.

Однако огорчаться Тамара Викторовна не спешит, находит, чем себя занять.

— Влад! Перестать теребить галстук! — поучает она сына.

— Тут душно, — глухо произносит парень лет двадцати пяти и в очередной раз оттягивает узел, сдавливающий перекаченную шею. — И вообще, я не собирался надевать эту удавку. Их давно никто не носит.

— Как ты можешь такое говорить?! — с искренним ужасом восклицает она, подтверждая принадлежность к касте Настоящих Блондинок. — Нужно ведь произвести хорошее впечатление!

— На кого? — сын обжигает её взглядом.

Это было грубо, но настрой Влада мне импонирует!

Тамара Викторовна не находится с ответом и обращает умоляющий взор голубых глаз на мужа. Тот хмурит брови и произносит со значением:

— Влад…

Парень раздражённо дёргает плечом, а потом берётся за растрепавшийся узел галстука.

Анатолий Аркадьевич первыми замечает меня и Аллу.

— А вот и наши гостьи! — он поднимается с места и нацепляет на лицо приветливую улыбку. — Очень рад новой встрече, Алла Витальевна!

Пока эти двое обмениваются рукопожатиями, я наблюдаю, как мать семейства подпихивает своё чадо в бок, поскольку оно не собирается вставать.

— Знакомьтесь! Это Ольга!

Представление Аллы вынуждает оторваться от недовольной физиономии Влада. Парень, к слову сказать, оказывается выше меня на целых две головы!

— Приятно познакомиться, — выдавливаю из себя и протягиваю руку Воронцову-старшему. Взгляд его чёрных глаз не то чтобы пугает, но основательно сбивает с мысли.

— И мы очень рады знакомству! — подхватывает стандартный ритуал Тамара Викторовна. — Вы такая хорошенькая! — искренне восхищается она, поглядывая в сторону сына, и смеётся: — Почему молчишь? Язык от такой красоты проглотил?

Надо отметить: парень даже не посмотрел в мою сторону! Ни разу!

— Типа того, — выдыхает «сынок», протягивая ладонь. — Влад, — представляется он, — он вам это должно быть уже известно.

На его губах появляется кривая усмешка, а голубые глаза обжигают ледяным холодом.

— Типа того, — отвечаю в тон на откровенное хамство. Можно подумать, я получаю удовольствие от происходящего!

Алла глядит на нас с лёгким беспокойством, а Анатолий Аркадьевич лишь понимающе улыбается. Единственная, кто видит в происходящем что-то позитивное, это Тамара Викторовна:

— О! Они уже общий язык!

— Давайте присядем, — Воронцов-старший тактично игнорирует заявление супруги.

После того, как мы рассаживаемся по местам, глава семейства предлагает сделать заказ. Официант появляется возле стола так же внезапно, как и администратор до него.

Я изучаю разворот с горячим в поисках пятки носорога, приготовленной изысканным образом, по мнению местного шеф-повара, естественно. Ничего похожего не находится. Ассортимент довольно обыденный. Это радует!

— А вы что будете, Ольга?

Поднимаю взгляд на Анатолия Аркадьевича.

— Аперитив, — поясняет он.

— О! Минералку без газа, — отвечаю на автомате и возвращаюсь к списку блюд.

На самом деле хочется вина, но после того, чем угощали на свадьбе Васьки… не думаю, что смогу сделать удачный выбор, а портить воспоминания об одном из немногих удачных случаев возлияний нет желания.

— Оленька, а чем вы занимаетесь? — Тамара Викторовна идёт в наступление, стоит только сообщить свой заказ вернувшемуся официанту и отдать ему папку.

Началось!

* * *

Еда на тарелке безвозвратно остыла, а вторая бутылка минералки моими стараниями почти опустела. Зато все вокруг — за исключением, Влада, конечно! — выглядят вполне довольными. «Взрослые» сыты и счастливы моими ответами.

— Влад, а ты почему молчишь? Неужели тебе не интересна наша новая знакомая? — мадам Воронцова вновь пытается заинтересовать сына.

— Вы на Ривьере были? — спрашивает он, лишь на пару секунд отвлекаясь от шницеля.

С трудом удерживаюсь от вопроса «Что это?». Вряд ли он имеет в виду французскую. Скорее, речь идёт о каком-нибудь заведении, где предпочитает проводить время золотая молодёжь.