Чернокнижник - Марина Суржевская

— Меняй!

— Я не понимаю, чего вы от меня хотите!

— Лекс!

— Меняй свой поганый облик! — заорал я.

— Чтоб вы провалились, — с ненавистью выдохнула она. Ее тело дрогнуло, изменяясь, черты лица поплыли, как воск горящей свечи. Расплавились, становясь безликой маской, а потом сложились в новую форму и застыли. Ничего не осталось от личины пожилой женщины. Я сжимал горло молодой девушки — пухлогубой, с высокими скулами и дымчатыми глазами, радужка обрисована розовой каемкой. Пегие волосы посветлели до цвета золота и стали значительно длиннее.

Армон тихо присвистнул рядом.

— Ого.

— Кто ты такая?

— Одрианна Ллойд, — она потерла шею, на которой уже расплывались пятна синяков от моих пальцев. — Я рассказала вам правду! И ничего не знаю об Изнанке!

— Врешь! — я шагнул к ней, но Армон встал между нами, загораживая девушку.

— Лекс, угомонись. Дай ей сказать.

— Отрежу ей пару пальцев, и ее ответы станут в разы правдивее!

— Убийца!

— Лекс!

Устал я как-то резко и упал в кресло, стараясь не морщиться от боли. Комната выглядела как место бойни, впрочем, так оно и было. Туша кабана все так же валялась на полу, голова лежала как раз рядом, так что я поставил на нее ногу. Очень удобно, кстати. Приложил ладонь к бедру, стягивая края рваной раны и останавливая кровь.

Одрианна смотрела на меня со смесью ужаса и злости, но мне было плевать, как обычно.

— Рассказывай о своем друге, Дориане. Кто такой, чем занимается?

— Мы выросли по соседству, — хмуро выдавила она. — Когда-то даже собирались пожениться, но не сложилось, и остались друзьями. У него аптека в Хельмуте и небольшая чайная…

— Он маг?

— Совсем слабый! У Дориана дар нюха, он различает запахи лучше, чем оборотни. — Серые глаза остановились на Армоне, и девушка сглотнула. — Послушайте, я ничего не знаю! Я не понимаю, что произошло и чего вы от меня хотите! Я лишь желала найти Дориана!

— Нет, все-таки придется тебе личико подпортить, — протянул я.

— Прекратите мне угрожать! — она гневно сверкнула глазами, но попятилась. — Вы не имеете права!

— Да плевал я на права.

— Мерзавец!

— Угомонитесь оба! — рыкнул Армон. — Лекс, что произошло в грани? Я лишь почувствовал твою боль, но не увидел портала. Откуда там появилась эта тварь? — он кивнул на кабана.

— В жертву вселился демон-страж с Изнанки, — поморщился я. — И все потому, что ваш друг аптекарь открыл портал. Понимаете? Прямой портал из вашего дома!

— Но это невозможно! — воскликнула девушка. — У Дориана никогда не было таких способностей! Никогда! Его даже в академию не приняли из-за низкого уровня! Он умел лишь различать запахи, не более!

— Вы уверены, что к вам приехал ваш друг? Может, кто-то под его личиной? С наложенной иллюзией? — спросил Армон.

— Это исключено! Мы разговаривали целый день, вспоминали прошлое… некоторые вещи не знает никто, кроме нас двоих, вы ведь понимаете! Я бы почувствовала подлог. Нет, это точно был Дориан.

Я задумался. Если бы не видел собственными глазами, сам не поверил бы. Открыть в одиночку портал на Изнанку, это же какой силой надо обладать? Причем в обычном доме, а не в храме или круге! Просто немыслимо! Но я видел это, а в своем разуме и зрении я пока не сомневаюсь.

— Ты говорила, что слышала голоса и песнопения, где это было?

— Не помню, чтобы мы с вами переходили на ты! — возмутилась девушка, но я лишь отмахнулся. И она сдалась: — Я слышала их здесь, на втором этаже. Тут располагаются спальни. На первом — общие комнаты и помещения для прислуги.

— И что это были за песни? Какие слова?

— Я не разобрала, — она поджала губы.

— Но хоть на что это похоже? Молитвы? Заклинания? Что?

— Колыбельная, — задумчиво протянула она. — Это было похоже на колыбельную. И в ту ночь, когда пропал Дориан, я тоже ее слышала. Колыбельная. И голос такой… Нежный.

— Певунья? — обернулся ко мне Армон и оскалился. Мы уже сталкивались с такими особами, пару лет назад, и повторения не хотелось. Песня певуньи способна усыпить любого.

— Возможно, — задумчиво протянула Одрианна, — и как я сама не догадалась? Ведь каждый раз, когда я слышала песню, я начинала зевать и засыпала, едва упав на постель!

— Вы знаете о Певуньях? — удивился Армон.

— Ну да.

— Одри, — вкрадчиво начал я. — А кем вам приходится Толстяк Гнидос? А?

— Меня зовут Одрианна! И прошу не сокращать!

— Так все же, Одри?

— Дядюшкой, — смутилась она.

— Воспитанница Гнидоса, иллюзион, — кисло резюмировал я. — Я так и знал, что не стоит с вами связываться!

— И кстати, вам не сойдет с рук, что вы пытались меня задушить! — вспомнила она и потерла шею с лиловыми синяками. — Я все расскажу дяде!

— Да рассказывайте вы хоть императору! Можете накатать официальную жалобу, пусть они тоже посмеются! А потом тихо упекут вас в подвалы Круга, а в доме устроят засаду, ожидая возвращения вашего дружка!

— Что вы такое говорите? — она снова побелела. — Вы пытаетесь меня запугать?

— К сожалению, нет. — Армон оглянулся, но второго кресла в комнате не было, и он остался стоять. — Порталы на Изнанку запрещены. Как и любые ритуалы, способные привлечь демонов с той стороны. Это очень опасно, Одрианна. Неужели вы не знаете?

— Но я ни в чем не виновата!

— Ловцы не станут разбираться. Если они увидят то, что видел Лекс, то… Скорее всего, вам не сможет помочь никто.

— О, Богиня… — прошептала она.

Я напряженно размышлял, пальцами выстукивая на подлокотнике дробь. И чем больше думал, тем яснее понимал, что мы влипли.

— Лекс, что с тобой? — напарник хорошо меня знал.

— Пошли вторые сутки после открытия портала, — я сделал в голове быстрый расчет. — Вторые сутки… вот же гадство! Уходим, быстро!

— Да что случилось?

Я вскочил, с шумом втянул воздух из-за боли в ноге и торопливо кинул в мешок свои ритуальные предметы. Рубашку скомкал и засунул туда же, сдул с ладони белую пыль. Пентаграмма вспыхнула и растворилась.

— Тащи ведро с водой, Армон! Живо!

— В чем дело?

— Остаточный след, мой недогадливый друг! От портала! По истечению двух суток любой портал выбрасывает след!

Армон мигнул и с бешеной скоростью рванул за водой. Понял, видимо. Я же торопливо проводил ритуал сокрытия и почти стонал, осознавая, что в этой комнате полно моей крови. Вот же смрадная гниль!