Академия четырех стихий - Лора Рэй

Девушка запрыгнула на свою кровать, подмяв ноги под себя и похлопала по матрасу перед собой.

— Садись, расскажи нам о себе.

Немного замявшись, медленно дошла до ее кровати и опустилась на свободное место. Я понятия не знала, что о себе говорить. Точнее не знала, что им можно рассказать. С другой стороны, я больше не храню в тайне свое происхождение, так почему бы и нет?

Только я решилась рассказать о своей недолгой свободной жизни вне подвала, как в разговор вступила Ханна.

— Чарли, отстань от девушки! — усмехулась брюнетка. — Да у тебя же просто рот не закрывается! Разве не видишь, что она неуютно себя чувствует?

— Неуютно? — выпучила глаза воздушница. — Тебе с нами жить еще три года, поэтому давай скорее привыкай!

Благодарно улыбнулась земляной стихийнице, проигнорировав слова Шарлотты. Но не прошло и двух минут, как та вновь испытующе уставилась на меня.

— Ну что, ты уже привыкла? — совершенно серьезно спросила она. — Я могу дать тебе еще пару минут!

Я не смогла сдержать широкой улыбки, чем вызвала ответную у девушек.

— Кажется, уже привыкла, — продолжая улыбаться, ответила я, поскольку понимала, что девушка от меня не отстанет.

— Давай сначала мы расскажем ей о себе, а уже потом она решит, рассказывать ли нам что-то? — обратилась к Шарлотте Ханна.

Чарли пожала плечами и повернулась ко мне.

— Ну…с чего бы начать… — воздушница задумчиво подняла глаза вверх. — Когда мне было полгода, мои родители погибли от зубов своих фамильяров…

Ужаснувшись, прикрыла рот рукой и шумно вдохнула воздух. Я была полностью уверена, что фамильяр не может причинить вред хозяину. Но если такая вероятность есть, неужели это значит, что мне стоит опасаться моего Тедди?

— Ты чего? — удивленно посмотрела на меня Лотта и я предпочла сразу высказать ей свои опасения.

— Тебе достался тигр? Это редкость! — Ханна посмотрела на меня с некоторым уважением. — Но не переживай, фамильяр по своей воле никогда не причинит боли хозяину. И мы нашли способ, как обезопасить наших защитников от чужого влияния.

— Давай я продолжу, чтобы ты не пугалась, — улыбнулась Чарли. — Как оказалось, за мной охотилась жрица темного лжебога. Она пыталась убить меня еще тогда, в детстве, но брат спас меня. Меня и себя. Реальной целью была только я, по неизвестным мне причинам, а родителей она погубила для собственного развлечения, заставив фамильяров напасть на них и растерзать. В голову к Чаку она тоже влезла, заставить копать могилу для родителей и для нас.

Все, что она говорила до боли напоминало то, что происходило со мной. Не совсем так, конечно, но жрица… Зачем ей понадобилось убивать ребенка? Моя роль в играх жриц мне уже известна: моя кровь должна вернуть Краха в этот мир и именно я должна править рядом с ним. А вот что насчет Шарлотты? Какая роль во всем этом у нее?

— С тех пор все королевство считало, что вся наша семья погибла, но мы с Чарльзом укрывались у всех под носом — жили в своем же замке, только статус имели иной.

Я недоуменно посмотрела на нее, на что она улыбнулась.

— Трон занял наш дядя, не очень благонадежный пьюр, но другого варианта тогда не было. А нас он представил королевству, как своих бастардов. Так что, думаю, ты понимаешь, как мы жили все эти годы…

Виновато посмотрела на девушку и вновь отрицательно качнула головой. В очередной раз мне стало стыдно о том, что я элементарных порядков нашего мира не знаю.

— Хочешь сказать, ты не знаешь, кто такие бастарды? — удивленно посмотрела на меня Чарли. — Ты с какого дерева свалилась?

— Похоже, мне надо было рассказать о себе первой, — неуверенно начала я. — Тогда бы у тебя не возникло такого вопроса.

Девушка согласно кивнула и, махнув рукой, предоставила мне слово. В процессе рассказа о себе, поняла, что мне становится намного легче дышать, когда я делюсь с кем-то трудностями своей жизни. Лица девушек вытягивались, а на моем расползалась улыбка. Для меня все это позади, и я уже не та Дикарка, коей была в самом начале своего пути.

— То есть, ты хочешь сказать, что жрица Краха держала тебя пятнадцать лет взаперти? — удивленно воскликнула эмоциональная Шарлотта.

— Бедняжка… — сочувственно покачала головой Ханна. — Однако теперь мне становиться по-настоящему жутко.

Мы обе недоуменно уставились на нее.

— Чарли, разве ты не видишь, что мы трое связаны? Нас настигла одна беда.

Кажется, Шарлотта поняла, о чем ей сказала брюнетка, поскольку понимающе хмыкнула. А вот я переводила взгляд с одной на другую в надежде, что хоть кто-то из них мне пояснит, что происходит.

— Давай по порядку, — Шарлотта стала более серьезной. — Все эти годы мне не хватало общения, поэтому не обращай внимания на то, что я болтаю без умолку. Просто одергивай меня, если стану чересчур назойливой, ладно?

Я кивнула девушке, и она продолжила свой рассказ:

— В общем, бастарды — дети, рожденные вне брака. Точнее даже не так, это дети, рожденные от другой женщины, когда мужчина уже женат. У бастардов почти столько же прав, сколько и у скритов. Даже немного меньше. Поэтому все относились ко мне с презрением, как к грязи, а я, стиснув зубы, терпела, мечтая о том, как они изменятся в лице, узнав, что я наследница истинного правителя.

— Твой отец тоже был отмечен шиали? — заинтересовано посмотрела на Чарли.

— Да, был, но после его смерти шиали избрали меня, после чего узор появился уже на моем запястье.

— Рассказать тебе о метке? — спросила Ханна, а я энергично закивала в ответ. — Главное, что эта метка не передается по наследству. Шиали могут отметить любого, а могут вообще никого не отмечать. Во втором случае, власть передается по ветви правящей династии, которая была избрана прежде.

— То есть, если бы у меня не было метки, я все равно была бы принцессой? — уточнила я.

— Да, но ровно до тех пор, пока шиали не отметили бы кого-то другого, назначив его истинным правителем. Бывает, что они не отмечают пьюров поколениями, а затем метка проявляется у кого-то из детей той же династии, либо вообще у кого-то другого. В этом случае, власть передается той семье, кто имеет отмеченного наследника.

— Это происходит беспрекословно?

— Не всегда, — странно усмехнулась Шарлотта. — Те, кто чтит традиции и покоряется воле богов, передает все права на трон, а есть такие, как мой дражайший дядя — постарается сохранить власть, отвоевав трон силой. Далеко не все верят в правильность выбора шиали, поэтому всегда находятся такие, кто поддержит таких, как мой дядя.

Переваривая сказанное, состроила умное выражение лица.

— То есть, наличие метки не является обязательным условием для передачи власти? Но тем не менее, многие, следуя этой традиции, все еще признают отмеченных, истинными правителями?