Отщепенцы Перна - Энн Маккефри

— Но куда же мы пойдем, господин? — с отчаянием воскликнула женщина, лихорадочно собирая кухонную утварь. Один из котелков выпал из ее дрожащих рук и со звоном покатился по полу.

— Куда хотите, — лорд повернулся на каблуке, отшвырнул ногой крышку котла, и вышел, жестом велев управляющему проследить за выселением. Раздался дробный топот копыт, и лорд Геденейс уехал.

— Но мы всегда жили под рукой Лемоса, — захныкал Феллек, скорчив жалобную мину.

— Это не значит, что Лемос готов вечно вас кормить, — бесстрастно заявил управляющий. — Каждый холдер должен обеспечивать свою семью и платить лорду десятину. — Он посмотрел на песочные часы. — Осталось двадцать пять минут. Затем — убирайтесь!

Громко всхлипывая, женщина заткнула уши, чтобы не слышать этот неумолимый приговор; собранная в передник посуда с грохотом рухнула на каменный пол. Феллек ударил жену, прорычав:

— Тащи мешки, дура! Сворачивай постель! Да пошевеливайся!

Выселение завершилось вовремя; Феллек с женой, шатаясь под тяжестью ноши, двинулись вниз по узкой дороге, прочь от холда. У поворота Феллек обернулся, бросив взгляд на место, где прожил немало Оборотов. Он увидел, что у хлева — его бывшего хлева, давно опустевшего, — стоит чужая повозка; в ней — женщина с младенцем на руках, рядом, на сиденье — старший ребенок. Он увидел аккуратно упакованные вещи, сильных тягловых скакунов, запряженных в постромки, крошечное стадо из трех голов молочного скота — животные были чистыми, ухоженными. Феллек выругался — грубо, яростно; потом толкнул семенившую впереди жену.

Шепотом он поклялся отомстить лорду Геденейсу — и всем остальным обитателям холда Лемос — за свое унижение. Они еще пожалеют! Он заставит их пожалеть — всех и каждого!

* * *

Владения Фэкса росли с каждым Оборотом; силой меча или с помощью выгодного брака он присоединил к Плоскогорью холды Кром, Набол, Кеог, Бален, Излучину. Наконец, настал черед древнего, богатого и процветающего Руата. Устрашенные владетели Тиллека, Болла и Форта, призвав к оружию всех крепких мужчин, готовились к обороне. На скалистых вершинах были сложены груды горючего камня для сигнальных костров, и быстроногие гонцы дежурили у каждого перевала, чтобы вовремя доставить весть о вторжении захватчиков. Постепенно все более и более отдаленные холды узнавали о нависшей над ними угрозе…

Грохот копыт, отраженный стенами ущелья, по дну которого вилась дорога, всегда предупреждал Доуэла о гостях.

— Скачет гонец, Барла! — крикнул он жене, отложив рубанок. Машинально поглаживая деревянный брусок, которому предстояло стать ножкой парадном кресла лорда Кэйла из Руата, Доуэл прислушивался к звукам, доносившимся с нижней дороги. Затем он недоуменно нахмурил брови — к его маленькому горному холду поднималась целая группа всадников — и быстро! Пожав плечами, Доуэл посмотрел на жену. Посетители из долины Руата бывали у них нечасто, а Барла любила гостей; и, хотя она не жаловалась, Доуэл иногда чувствовал себя виноватым из-за того, что увез ее в эту горную глушь.

— У меня есть свежий хлеб и ягоды, — Барла шагнула к коридорчику, что вел в кухню. Доуэл молча кивнул и направился к выходу. Наконец-то у них появилось достойное жилище, просторное и удобное — три зала, выбитых в скале на первом уровне, и пять комнат поменьше — на втором. Мастера из Руата вырубили и отличный хлев для его бегунов и двух тяжеловозов — с помощью этой запряжки он возил бревна из леса. Пришельцы — человек десять, — резко осадили своих скакунов на площадке перед дверьми холда. Один взгляд на их потные злые физиономии — и Барла инстинктивно спряталась за спиной мужа, от всей души желая, чтобы ее собственное лицо в этот миг оказалось перепачканным мукой или сажей.

Глаза предводителя прищурились, на губах заиграла плотоядная ухмылка.

— Ты — Доуэл? — не ожидая ответа, он спрыгнул на землю, бросив через плечо спутникам: — Осмотрите-ка тут все!

Сильные пальцы Доуэла сжались, словно в них была рукоятка топора. Он расправил плечи и, отыскав руку жены, сказал:

— Я — Доуэл. Кто вы?

— Мы из Руата. Теперь ваш повелитель — Фэкс.

Услышав быстрый вздох Барлы, Доуэл крепче стиснул ее ладонь.

— Не слышал я о том, чтобы лорд Кэйл умер. И я уверен…

— Ни в чем нельзя быть уверенным в этом мире, плотник, — пришедший направился к замершей на пороге холда паре, не спуская глаз с Барлы. Невольно ей захотелось уткнуться лицом в плечо мужа, чтобы избежать похотливого взгляда незнакомца.

Вдруг он резко рванул ее за плечо, оттащил от Доуэла и, загототав, начал вертеть и кружить то туда, то сюда, пока у Барлы не помутилось в голове; чтобы устоять на ногах, ей пришлось ухватиться за тунику чужака. К ужасу женщины, он тут же притянул ее к себе. Пальцы Барлы скользили по рукаву кожаной туники, покрытой пылью; обшлаг был в пятнах засохшей крови. Затем над ней склонилось небритое грубое лицо и, едва ощутив гнилостный запах из полуоткрытого рта, Барла вздрогнула и попыталась отвернуть голову.

— Я бы на твоем месте этого не делал, Таггер, — произнес чей-то басистый голос. — Приказы Фэкса тебе известны… К тому же, в этот Оборот ей еще предстоит потрудиться…

— Больше здесь никого нет, Таггер, — другой солдат выскочил из хлева, зубы сверкнули на потном загорелом лице. — Они одни. Предводитель снова закружил Барлу; потеряв равновесие, она со сдавленным криком осела на землю.

— Я бы этого не делал, Таггер, — предостерегающе повторил все тот же бас.

Барла взглянула вверх — Доуэл рвался из рук солдат, чтобы добраться до ее мучителя. «Нет, нет!» — в ужасе закричала она, пытаясь встать на колени. Этих людей ничто не остановит, даже убийство… И если Доуэл умрет, кто защитит ее — теперь, после гибели лорда Кэйла, ее родича?

Приподнявшись, она уцепилась за Доуэла; державшие его солдаты отступили в сторону. Таггер кивнул своим людям в сторону скакунов и вскочил в седло. Развернув своего жеребца и прищурив глаза, он бросил взгляд на женщину; зубы его ощерились в злой ухмылке. Затем отряд поскакал вниз по дороге от горного холда, оставив его, пораженных злой вестью, хозяев. — С тобой все в порядке, Барла? — с тревогой спросил Доуэл, нежно поддерживая жену за талию.

— Я уже пришла в себя, — Барла приложила ладонь к своему отяжелевшему чреву, словно хотела успокоить еще нерожденное дитя. — Да, все в порядке… пока! — последнее слово повисло в тяжком молчании.

— Фэкс — повелитель Руата? — пробормотал, наконец, Доуэл. — Лорд Кэйл был в отличном здравии, когда… — он остановился, качая головой.

— Они его убили, я знала… Фэкс! Слышала я про этого выскочку с Плоскогорья! Он женился на леди Гемме… чуть ли не силой, как говорили арфисты. И еще они шепчутся, что Фэкс — слишком жестокий и честолюбивый человек… — Барла вздрогнула. — Неужели он убил всех в Руате? Лорда Кэйла и его леди? Лессу и ее братьев? — Ее испуганный взгляд метнулся к лицу мужа; оно было мрачным.

— Если он перерезал всех руатанцев… — Доуэл запнулся, его пальцы осторожно легли на живот Барлы, — тогда ты, племянница лорда Кэйла, последняя в этом благородном роду. И наш ребенок…