Я клянусь тебе в вечной ненависти - Яна Фроми

Хотя счастьем это было весьма условным. Ведь хозяйка бала отвечала и за подготовку этого долгожданного события, и за его безупречное проведение. Конечно, у нее были помощники, но всё равно можно было с ног сбиться в этом водовороте бесконечных приготовлений. Так что в чем-чем, а в этом я Оливии точно не завидовала.

— Кухарки жаловались, что Оливия их совсем загоняла за сегодняшнее утро, — шепнула Вита, которая вечно была в курсе всего происходящего в школе. — И лакеи их поддержали, заявив, что ни за что не согласились бы работать в ее доме.

— Ну и напрасно, — пожала плечами рассудительная Катрина. — Говорят, некромонги хорошо платят своей прислуге. Особенно той, что не болтает лишнего, а занимается работой.

— Перед кем она так краснеет? — Я с изумлением наблюдала, как всегда невозмутимая брюнетка заливалась нежным румянцем, приветствуя очередного гостя.

— Это же Арланд Ангэлер! — ахнула Вита, не отрывая глаз от темноволосого мужчины, галантно склонившегося к девичьей руке. — Я до последнего сомневалась, что лорд-попечитель будет присутствовать на балу.

— Постой-ка, разве совет попечителей возглавляет не леди Ангэлер?

— В светских кругах говорят, что Маргарет Ангэлер с супругом уехали отдыхать на побережье, а обязанности попечителя временно взял на себя ее сын Арланд, — с видом знатока пояснила Виктория и мечтательно вздохнула: — Он такой загадочный… Может пригласить его на танец?..

Шатенка суетливо пролистала свою бальную книжечку, раздумывая, каким бы танцем осчастливить ничего не подозревающего лорда.

— Вставай в очередь, — усмехнулась Катрина, оглядев бальную залу. — Кажется, все воспитанницы планируют сегодня с ним потанцевать!

— Никого не смущает, что он некромонг? — удивилась я, с интересом разглядывая предмет девичьих мечтаний. Высокий молодой мужчина в элегантном темном костюме тихо беседовал с директором Хоулем. Сдержанная вежливая улыбка на гладко выбритом аристократичном лице, равнодушно скользящий по собеседнику взгляд. Да, у такого в кабинете к стене вместо трофеев прибиты трепещущие сердца влюбленных женщин.

— Ты что, это как вишенка на торте! — подмигнула мне Катрина. — Выйти замуж за некромонга все девушки мечтают чуть ли не сильнее, чем стать избранницей наследного принца.

— Ну уж точно не все, — натянуто улыбнулась я, внутренне поежившись от подобной перспективы. — Ходят слухи, что они одним взглядом могут убить…

— А ты думала, их за красивые глаза на службе короны держат? Большинство некромонгов служат карателями Ее Величества. Очень обеспеченные люди, кстати, помимо прочих достоинств, — Виктория многозначительно замолчала и снова мечтательно уставилась на темноволосого лорда.

— Их долголетие — не достоинство, а дар Смерти, — с умным видом поправила ее Кати. — Первые некромонги…

— Ну хоть на балу давай обойдемся без лекций! — перебив подругу, простонала Вита и театрально закатила глазки.

В пояснениях Катрины и впрямь не было нужды, ведь легенду о некромонгах знали все жители нашего королевства, а уж воспитанницы Сен-Грейс и подавно…

В стародавние времена, когда династия Меровингов только заняла престол, в Лидегории было неспокойно. Агрессивные соседи то и дело проверяли на прочность границы, а внутренние конфликты между правящим кланами грозились низвергнуть королевство в пучину переворотов и кровавой вражды. Король Ангус прилагал все силы, чтобы закрепиться на троне и передать власть прямому наследнику. Вот только с последним возникали сложности. Первенец королевы умер от болезни в детском возрасте. Безутешная мать молила Всеединого, чтобы ее второй ребенок рос здоровым и принял венец правления от отца. Но боги остались глухи к ее мольбам: во время одного из приемов юного наследника отравили, и королевство вновь погрузилось в траур.

Родив в третий раз, королева Аурелия больше не молилась Всеединому. В отчаянии и страхе она взывала к Смерти, моля не забирать ее дитя, отвести беду, укрыть темным саваном от предателей и врагов. И Смерть откликнулась на ее призыв. Девять темных ангелов явились во дворец защищать кронпринца днем и ночью, пока он не достигнет совершеннолетия. В качестве платы за эту помощь королева должна была построить храм, где будут поклоняться Смерти, и отдать в жрицы свою дочь, когда та появится на свет.

Так в Лидегории с легкой руки правительницы зародился культ Смерти. Но королева Аурелия была не только заботливой матерью, но мудрой и прозорливой женщиной. Предвидя, что в момент совершеннолетия, как и предвещала Смерть, принц лишится своих защитников, она придумала, как этого избежать. Девять прекрасных юных фрейлин были отданы ангелам смерти в жены. От этих союзов родились дети с особым даром, которых стали называть некромонги. Дети ангелов смерти росли рядом с принцем и, когда пришло время, стали его преданными защитниками.

И по сей день потомки темнокрылых ангелов защищают королевскую кровь. Меровинги стали бессменными правителями на престоле Лидегории, которым удалось приручить смерть. Хотя вернее было бы сказать — договориться со смертью. И договор этот короли и королевы добросовестно исполняли из века в век. Одна из королевских дочерей становилась жрицей в храме Темнейшей, а культ Смерти приобрел статус официальной религии, за что церковники осыпали королевство проклятиями. Чтобы примирить церковь и монархию, король всегда исповедовал веру во Всеединого, в то время как королева хранила древние заветы и принимала клятвы некромонгов.

Само собой, такие ценные защитники не остались не обласканы короной. У всех них уже давно были дворянские титулы и впечатляющие состояния. Но богатство было не главной причиной, по которой юные леди желали некромонгов в женихи. Те, как правило, были весьма хороши собой и долго сохраняли красоту, делясь молодостью со своими избранницами. В общем, мечта, а не мужчина!

Вот только мне казалось, что эти слухи сильно преувеличены, и распускали их сами некромонги. Цену себе набивали: приятно же, когда можно придирчиво выбирать из сотен восторженных претенденток.

— Согласитесь, девочки, что-то в нем есть, — уверенно изрекла Виктория, разглядывая лорда-попечителя, как картинку в модном журнале. По ее тону было понятно, чтобы наше с Кати согласие вовсе и не требуется.

— Убийственная харизма? — хмыкнула я, не согласная показывать заинтересованность некромонгом.

— Смертоносное очарование? — не упустила шанса подразнить подругу Катрина.

— Да ну вас! Ничего вы не понимаете в мужчинах…

— А тебе не приходило в голову, что перед нами шестидесятилетний старик с юношеским лицом, — не отступала я, уже и сама не в силах оторвать взгляд от темной фигуры. — Говорят, у мужчин с возрастом очень портится характер…

— Нет, это же младший Ангэлер. Ему не может быть больше тридцати пяти, — тотчас выдала кудрявая всезнайка.

— А ты хорошо подготовилась, — изумилась Катрина, прищурив серо-голубые глаза на кокетливо игравшую веером шатенку. — И как только всё разузнала?