Жена для Верховного мага - Оксана Гринберга

Отец не хотел, чтобы я имела какое-либо дело с магией, несмотря на то, что я унаследовала от мамы довольно сильный Огненный Дар. Потому что этот самый Дар однажды ее и сгубил — один из экспериментов в лаборатории «Высоких Сосен» вышел из-под контроля, и она не справилась с Первозданной Стихией.

Но, несмотря на папин запрет, я очень хотела обучаться этой самой магии. Чувствовала ее с раннего детства, ощущала, как она льнет к моим рукам — послушная, угодливая, ждущая моих приказаний. Но не могла его ослушаться, пока…

Выход из этой ситуации мне подсказал Никлас.

Именно с его подачи я начала вести двойную жизнь — одну как дочь генерала Нейтона, с младенчества помолвленную с Тайлором Бростоном, иногда приезжавшую на праздники в имения своих соседей, где я чувствовала себя не в своей тарелке.

Вторую — как Оливия Штефан, дочь Лавинии Штефан. Тетушка охотно восстановила мне документы взамен «утерянных», так ничего и не поняв, а в столичной ратуше никто копаться в архивах не стал. Стрясли приличную сумму, пожурили за утерю, и я получила новый паспорт!.. Затем под чужим именем четыре года назад вполне уверенно поступила в столичную Академию Магии, расположенную в Скоборо — университетском городке в паре часов езды от "Высоких Сосен". Столько же было, если повернуть в другую сторону, и от столицы.

Правда, ежедневно посещать занятия у меня не выходило — было слишком много дел в поместье. Но декан факультета Стихийной Магии оказался несказанно добр. Впечатленный то ли моим магическим даром, то ли жалостливой историей о больной матушке — причем, я не особо-то и врала, тетушка Лавиния приходилась родной матерью Оливии Штефан, — разрешил посещать мне лишь часть занятий. Но заявил, что на экзаменах с меня спросят вдвойне.

Спрашивали, но это не помешало мне с отличием закончить три курса, а сейчас пытаться сдать экзамены за четвертый, чтобы перейти к изучению Высшей Магии.

И Никлас старательно поддерживал меня все эти годы; был моим лучшим другом, советчиком и защитником. Тем, на чьем плече могла поплакать, когда становилось совсем невмоготу, или же спросить совета, потому что давно уволила проворовавшегося управляющего и занималась делами сама. Тем, кто научил меня скакать на лошади без седла и всегда носить с собой кинжал, не полагаясь только на свой магический Дар…

Правда, перед самой моей свадьбой у нас с ним вышел крайне неприятный разговор. Придя в мой дом, он заявил, что никому меня не отдаст. И уж тем более спесивому лорду Бростону, брату нового министра финансов, мерзкому богачу из столицы!..

Я принадлежу ему, и ни о какой свадьбе речи идти не может.

На это я лишь покачала головой. Похожий разговор у нас с ним возникал много раз, и Никласа порой заносило на поворотах. Он даже пытался меня поцеловать, несмотря на то, что я постоянно ему твердила, что из этого ничего не выйдет. Но сдаваться на этот раз он собирался, заявив, что мы должны бежать. Покинуть Валор и отправиться в Эгру. Он — Темный Маг, я — Светлая, Огненная, и вместе мы найдем свое место под солнцем.

Мы будем счастливы вместе.

Но я отказалась. Сказала ему, что собираюсь выполнить дочерний долг и не опозорю свою семью, нарушив обязательства. Тогда Никлас снова набросился на меня с поцелуями, но я не далась. Заявила ему, что он забывается. Он должен помнить, кто я, а кто он!..

И пусть в тот момент я ненавидела себя за подобные слова, но мне нужно было охладить его пыл.

— Ах, значит вот так! — произнес Никлас, сверкнув черными глазами. Он был донельзя привлекателен. Тоже учился в Академии — правда, выходило так себе, — и по нему сохли как Темные, так и Светлые адептки. Черноволосый, плечистый, и его мужская красота была властной, тяжелой. — Подобное притягивает подобное, не так ли? — заявил мне, давя взглядом. — И юная леди Нейтон решила выйти за лорда Бростона, потому что он для нее ровня. А я… Кто я для тебя, Одри?!

Я смотрела на своего друга детства, на его добротную, но поношенную одежду. Чувствовала, как пульсирует, змеится в нем Темная Магия, видела, как он сжимает натруженные работой в поле кулаки — Никлас не только пытался учиться, но еще и помогал отцу на ферме.

Глядела на него и чувствовала, что мое сердце разрывается.

Нет, не от любви — я всегда относилась к нему как другу, а от понимания того, что прежняя наша жизнь уходила безвозвратно. Мы с ним безнадежно выросли, пора детских игр и забав прошла, и пришло время платить по своим счетам.

— Завтра я выхожу замуж за Тайлора Бростона, — сказала ему твердо. — Этого уже не изменить.

— Как ты не понимаешь, Одри?! Он получит тебя в полное свое распоряжение! — заявил Никлас с едва сдерживаемой ненавистью. — Думаешь, он будет любить тебя так же сильно, как я? Желать тебя так безудержно, как желаю я? Будет ли он с тобой так нежен, как я, согласись ты бежать со мной из страны?

— Никлас, прекрати! — покачала я головой. — Ты мучаешь и себя, и меня. Поверь, мне тоже тошно, но я ничего не могу с этим поделать.

Но он и не думал прекращать.

— Или же ты думаешь, по ночам он будет читать тебе светскую хронику, обсуждая, что именно подавали на завтрак нашему королю? — спросил у меня язвительно. — Он сделает с тобой все, Одри! Все, что мужчина делает с женщиной!

— Хватит! — не выдержав, я подскочила с софы, на которой мы сидели. — Ты должен сейчас же остановиться! Или же… Лучше уходи, Никлас! Прошу тебя, уходи, и завтра тоже не появляйся — ни в церкви, ни в поместье. Ты сделаешь только хуже!

— Ты принадлежишь мне, — заявил он, поднимаясь. — Я тебя услышал, Одри, и я исполню твою просьбу. Не буду омрачать своим присутствием день твоей свадьбы, а своим пожеланиями настроение твоему мужу. Но однажды я вернусь… Приду за тобой, но уже другим, и возьму себе то, что всегда было моим. Тебя, Одри! Потому что именно ты предназначена мне Богами.

— Я тоже тебя услышала, Никлас Обрайн, — сказала ему. — А сейчас уходи. Но знай, я никогда… Никогда не буду принадлежать кому-то без любви. Никогда, клянусь!

Он усмехнулся.

— Зная тебя, Одри… Ну что же, твоего мужа ждут сложные времена. И меня это радует, потому что у меня все еще есть шанс.

А потом он взял и ушел. Протопал сапогами по ковру в Цветочном Салоне и хлопнул дверью так, что тетушка Лавиния, задремавшая за вязанием — маленькие пинетки своим внукам — вздрогнув, очнулась и обвела комнату осоловевшим взглядом.

А я… Я долго смотрела на закрывшуюся дверь и размышляла, как мне жить дальше, если у меня вот-вот появился муж, которого ждут сложные времена. А еще, согласится ли Тайлор Бростон на сделку, которую я собиралась ему предложить? Или же благополучно сбежит от меня сам — причем, у алтаря — поняв, насколько мы разные?

Было бы, конечно, лучше, чтобы он вообще не приезжал…

Но на венчание лорд Тайлер Бростон, к моему величайшему сожалению, явился вовремя. Прикатил в черной карете с коршуном на боку, вынес церемонию вполне терпеливо и даже после некоторых колебаний поцеловал свою жену возле алтаря. И после этого тоже не сбежал, несмотря на некоторые… гм… пожелания, с которыми к нему подходили мои арендаторы.