Адель и 40 оборотней - Екатерина Бакулина

Да, на мага я не тяну.

— А в горы во сколько? — уточнила я.

— В восемь. И… это, знаешь, оденься потеплее, у нас ночью очень холодно. Куртку или что у тебя есть? Ботинки удобные, и, главное, без каблука. Поняла?

— Э-ээ…

Штаны и теплая кофта у меня, допустим, есть, а вот ботинок нет. И даже не потому, что я такая беспечная городская дурочка, хотя и это тоже. Но мои единственные ботинки, в которых я ходила всю зиму, окончательно развалились буквально за пару дней до поездки сюда. Остались только вот эти босоножки. Они удобные… и каблук совсем маленький, я в них везде хожу.

— Что? — не понял Косак. — На каблуках своих будешь дома прогуливаться, сколько угодно. А тут ты шею свернешь.

— У меня нет ботинок, — сказала я.

— В каком смысле?

— Совсем нет. Только это.

Оправдываться бессмысленно, я отлично понимаю, как это выглядит. Признаться, что у меня банально нет денег, и летом тепло, а к зиме я надеялась подкопить стипендию и купить-таки новые ботинки… ужасно стыдно. Я ведь не думала, что тут все серьезно будет, думала, как обещали, дадут немного потренироваться на полигоне…

Косак так смотрел на меня, что казалось — сейчас вернет майору обратно.

— Совсем сдурела? — поинтересовался он. — Ты хоть понимаешь, куда приехала?

Я поджала губы. Что мне сказать?

— Мне удобно в этих босоножках. Это ведь мое дело, правда?

— Нет, не твое, — холодно сказал он. — Ногу подвернешь, мне тебя обратно тащить. Нахрена оно? Так… — вздохнул, поскреб свою седую бородищу. — В хозчасть сходи, пусть найдут тебе на время ботинки. Какой размер?

— Тридцать четвертый, — сказала я.

Не найдут. Это как на ребенка.

Косак выругался.

Он смотрел на меня, пытаясь понять, что со мной такой делать.

А я вдруг подумала не к месту — интересно, сколько ему лет? Сначала, когда он только вошел, мне показалось — совсем старик… ну, пусть не совсем, крепкий такой, здоровенный, но уж точно не меньше пятидесяти. Белые волосы, белая борода, такой заросший… голос хрипловатый. Но сейчас…

— Давай сделаем так, — сказал он. — Сегодня ты отдыхаешь, никуда не идешь, мы сходим сами. Завтра на автобусе… утром будет в девять пятнадцать… ты поедешь в город, купишь себе ботинки. Вернешься на дневном, как и приехала сюда. А в таком виде я тебя в горы не возьму.

— Я не могу.

— Почему? — кажется, у него вот-вот закончится терпение.

Это ужасно стыдно, но…

— У меня нет денег на ботинки, — сказала я. — Совсем.

Косак фыркнул, провел ладонью по лицу.

— Значит, сидишь здесь, — сказал он, и что-то еще неприличное сквозь зубы. — Я не знаю, девочка, зачем ты приехала сюда, но уж точно не работать. Напиши маме, папе, пусть заберут тебя, отвезут домой. У меня нет времени на эту дурь.

Он поставил сумку на пол, развернулся и…

Если я сейчас отступлю, то практика моя накрылась окончательно.

— Подождите! — я догнала, едва не схватила его за рукав. — Подождите! Я приехала работать! Просто так вышло… У меня ботинки развались, а новые… Я буду ходить в своей обуви! Я обещаю, что не буду жаловаться, что буду идти быстро, не буду никому мешать! Мне очень нужна эта работа, нужна практика! Я боюсь, что если будут разбираться слишком долго, то я не успею, мне вовремя не засчитают и я останусь без стипендии, а мне больше не на что жить. Я не успеваю работать и учиться, я… Если надо, я пойду в вашу хозчасть, попрошу самые маленькие ботинки… да хоть веревкой их привяжу, чтобы не сваливались! Хотите ботинки, будут ботинки. Я найду что-нибудь. Разве это так важно? Я всю жизнь хотела заниматься энергетическими потоками, а тут у вас ведь что-то интересное? Да? Здесь же кхайские могильники рядом! Ведь выброс был? Я даже отсюда чувствую! Я не могу просто взять и уйти!

Да с таким материалом раз в жизни выпадает возможность поработать!

Он стоял и смотрел на меня. Так долго, что я успела почувствовать себя полным ничтожеством.

— И что ты там чувствуешь? — спросил, наконец.

Я чуть выдохнула. Совсем чуть-чуть.

— Вон там, — показала направление, — не так давно был энергетический выброс огромной силы. Там и сейчас что-то происходит. Даже здесь некоторые силовые линии искривляются под напряжением… Я не очень понимаю пока, но если бы увидела ближе…

Очень надеюсь, подойдя ближе я могла бы больше сказать.

Пока я умею только видеть, чувствовать, но еще не всегда понимаю, что это значит. Но даже так…

— И как думаешь, что это? — спросил Косак, уже с интересом.

— Кто-то вскрыл могильник, — предположила я.

Косак облизал губы, нахмурился.

— А денег нет, значит?

— Нет, — призналась я. — Я тут на радостях, что сессию сдала и на практику еду, книжек накупила… а уже потом ботинки совсем развалились… то есть прямо совсем. Я думала, ну ладно, лето как-нибудь прохожу, сейчас ведь тепло. А к осени подкоплю и куплю новые.

— А родители?

Я покачала головой. У меня никого нет. И просто чудо, как я попала в Дорнох, моих способностей едва-едва, на грани, чтобы учиться не за свои деньги, а за государственный счет. Мой единственный шанс, и ошибаться мне нельзя.

Косак снова вздохнул. Глянул еще на меня, на мои ноги в пыльных потрепанных босоножках. На сумку с книгами.

— Ладно, — сказал, наконец. — Давай сейчас к Марийке за ключами, потом минут двадцать разобрать вещи, и жду тебя внизу, поедем в город за ботинками. Я куплю, потом впишу в расходную ведомость, мне вернут. Нам сейчас очень нужен маг… Давай.

Ох, ты ж… я даже поверить не могла. А так можно? А если я потом не оправдаю надежд? Не смогу сделать ничего толкового?

Но если откажусь сейчас — точно не смогу.

— А автобус? — спросила только. — Мы ведь не успеем?

— Не успеем, — согласился он. — Я тебя на мотоцикле отвезу.

* * *

— Смотри-ка, Олин себе девочку нашел! — Марийка весело засмеялась, глядя на нас.

Девушка ненамного, наверно, моложе меня, но такая… ух! Я всегда таким завидовала. Когда и грудь и попа — все на месте, и талия тоненькая, и коса в руку толщиной ниже пояса, и озорной огонь в глазах. И коротенькое платье с глубоким вырезом только подчеркивает всю эту красоту.

Это я доска доской… если что и выпирает, так лопатки.

— Иди ты, — буркнул Косак. — Это наш новый маг, из Дорноха прислали. Найди ей комнату и… что там надо.

— Это она-то маг? Вот эта мелкая конопатая мышь? Ну-ну! Да ладно, ладно, Олин, не смотри на меня так. Куда ее? В офицерский? Пошли, ключи дам. А потом пусть заходит за бельем, полотенцем, что там еще? Кипятильник, чаю попить. Или у тебя все есть? Где вещи-то?