Эзлин. Прикосновение тени - Каролин Сизо

– Леди Эзлин Даварин, – представила меня сестра Катерина, и я в глубоком реверансе погрузилась в свои юбки, как и репетировала.

Никогда прежде я не ощущала на себе столько взглядов. Многочисленные покупатели оценивали меня и прикидывали, насколько я буду полезной, хотя это вряд ли можно понять по внешнему виду.

Почему-то вспомнился тот день, когда меня приняли в орден. Напротив меня стояли три сестры в длинных темных мантиях, а я сидела на неудобном деревянном стуле, свесив ноги, потому что они еще не доставали до пола. Самая старшая опустилась передо мной на корточки и взяла меня за руку. Ее ладонь оказалась теплой, шершавой и морщинистой.

– Скажи мне, что ты видишь, – попросила она ласковым тоном.

Мне захотелось отдернуть руку и затрясти головой, потому что я видела, как она умрет, и это была далеко не красивая смерть. Она бы рассердилась, расскажи я ей об этом. Тогда женщина спросила меня во второй раз, и я побоялась ей возразить. Поэтому прошептала ответ, ожидая, что меня сейчас побьют или назовут лгуньей. Но она лишь удовлетворенно улыбнулась.

Присутствующие при этом сестры тоже закивали, признавая мою ценность и решая, что она достаточно высока. Только вот я сомневалась, что лорды сегодня придут к такому же выводу.

Их было одиннадцать. Они вышли из своих блестящих черных карет и выстроились полукругом вокруг нас. Мне пришлось поморгать, чтобы увидеть их, потому что мы стояли в тени колонны, а они – на залитой солнцем дворовой площади. А сейчас меня осматривали, словно козу на рынке, у которой слишком мало мяса на ребрах.

Слуги поспешно закрыли двери карет и дали знак извозчикам двигаться по направлению к конюшням. Там должны были позаботиться о лошадях. Все они представляли собой образцы прекрасных животных, крепких и с густой гривой. Когда один из извозчиков ударил кнутом, серый конь фыркнул, тряхнув головой, но чуть позже лошади послушно тронулись, и кареты пришли в движение.

Теперь перед нами стояли только лорды. Они поглаживали свои одеяния, поправляли черные перчатки и ждали слов сестры Катерины. Один из них оказался настолько старым, что мог передвигаться только с помощью трости. Его лоб был усеян морщинами, а красно-золотистое одеяние тяжело свисало с сутулых плеч. Впрочем, взгляд его оставался внимательным, пока лорд рассматривал сначала сестру ордена, а потом и меня. Самый младший был на год или два старше меня. Сжав губы в узкую полоску, он стоял рядом с другим мужчиной, который, вероятно, приходился ему отцом. Сначала я подумала, что он не в настроении, но потом увидела, как блестят его зеленые глаза, очевидно, лорд забавлялся. Он наклонился к стоящему рядом человеку и что-то ему прошептал.

От этих перешептываний мне стало не по себе. Я судорожно вцепилась ладонями в ткань платья, а улыбка, казалось, застыла у меня на лице.

Когда сестра Катерина подошла к Изабо, чтобы представить ее, и тем самым отвлекла внимание от меня, я выдохнула с облегчением.

– Все девушки прекрасны, – прокомментировал толстопузый лорд с густой бородой и красным лицом, когда приветствие было окончено, – но что насчет их способностей?

Я почти почувствовала, как позади нас застыла сестра Катерина. Наш дар представлял собой нечто священное, и ставить его под сомнение было сравнимо разве что с богохульством. Младший лорд сдавленно фыркнул. Чтобы избежать негодования со стороны представительниц ордена, он опустил голову и уставился на свои отполированные черные кожаные сапоги.

– Могу вас заверить, лорд Теон, что мы тщательно проверяем и обучаем наших девушек. Но, может быть, вы хотите лично убедиться в этом во время экскурсии по нашему храмовому комплексу?

Лорд Теон одобрительно хмыкнул, и сестра Катерина кивнула, довольная тем, что распорядок дня не сбился с намеченного графика.

* * *

Мы разделились на три группы. Делия окружила себя тремя лордами, которые, по-видимому, оценили ее способности провидицы смерти не меньше, чем красоту. Мне было невыносимо видеть, как их взгляды скользят по лицу Делии с правильными чертами и мягким округлостям ее тела, но подруга, казалось, не возражала. Девушка улыбалась, словно невеста на свадьбе, а белое платье цвета слоновой кости прекрасно дополняло этот образ. Только вместо одного жениха вокруг нее толпилось сразу несколько.

Рианнон и Изабо возглавили группу с еще четырьмя лордами, а я присоединилась к сестре Катерине и Сибил, которые сопровождали во время экскурсии по храму лорда Теона, сгорбленного старика и молодого лорда с его отцом.

Мы начали с библиотеки, которая мало интересовала молодого лорда, хотя своими искусно расписанными потолками и украшенными золотом мраморными колоннами здание производило неплохое впечатление. Он следовал за нами со скрещенными за спиной руками, а светлые локоны падали ему на лоб. Один раз ему даже пришлось подавить зевок. Сестра Катерина рассказывала без умолку: о священном писании, истории храма и его архитектуре. В какой-то момент даже мои веки стали тяжелеть.

– Что насчет глотка свежего воздуха? – вдруг предложил молодой лорд.

Сестра Катерина остановилась на середине фразы. У меня создалось ощущение, что с ее языка едва не сорвался резкий ответ, потому что женщину перебили, но она быстро взяла себя в руки и улыбнулась.

– Разумеется, милорд. Давайте немного прогуляемся до травяных садов.

– У вас нет ничего более увлекательного? Сорняки никогда не были предметом моих увлечений.

– Малахи, – укоризненно прошипел отец молодого лорда.

Он выглядел так, будто съел лимон, когда предостерегающе качал головой, отчего его длинные волосы разметались по плечам.

Чем дольше я рассматривала отца и сына, тем более непохожими они мне казались. Оба высокие и стройные, со светлыми волосами и схожими надменными, несколько жесткими манерами. Но в то время как старший лорд с морщинами вокруг рта и длинным острым носом казался едва ли не пугающим, лицо Малахи выглядело открытым, хотя и немного избалованным.

– Все в порядке, лорд Кайус, – заверила его сестра Катерина.

Однако было заметно, что ничего не в порядке. Ей наверняка хотелось схватить Малахи за уши, заставить его встать на колени и поднять ладони, чтобы в наказание за подобное поведение отвесить десять ударов плетью. Во всяком случае, так она поступала с нами, когда мы вели себя неподобающе. Но при лордах, ра– зумеется, ей следовало сохранять самообладание.

Казалось, Малахи совсем не впечатлило гневное выражение на отцовском лице.