Дракон и серебряная принцесса - Ева Никольская

– А вот и решение твоих проблем. – В голосе леды Моры чувствовалась улыбка.

Я нахмурилась, не понимая, к чему она клонит. Кто-то пришел и сейчас начнет читать мне ускоренный курс о правилах небесного пансиона?

– Можно, дитя! Дэкардэ!^[3] – Едва она это сказала, как дверь с тихим скрипом отворилась, и в кабинет вошла гостья.

От нее пахло розами, складки платья шелестели при каждом шаге, но все это меня мало интересовало, я с удивлением вслушивалась в знакомый до боли звук трости.

Тук… тук-тук… вжик, тук.

Гм, не поняла – моей наставницей будет другая слепая?!

Пока искала в своей «темноте» силуэт незнакомки, хозяйка пансиона, как некоторое время назад меня, поздравила девушку с днем рождения, не забыв добавить в конце «ваше высочество».

Дежавю…

Что сказано это было специально для меня, поняла, когда она тем же торжественным тоном произнесла короткую фразу на неизвестном мне языке, и визитерша ее искренне поблагодарила. Причем ответ девушки я почему-то поняла – вероятно, слышала это слово в далеком прошлом. Еще одна слепая принцесса заинтриговала не на шутку. Меня странным образом к ней тянуло, хотелось встать, подойти, дотронуться до именинницы, чтобы определить на ощупь ее внешность и просто удостовериться, что она живая, ведь мое выборочное зрение воспринимало ее сияющим пятном.

Я снова посмотрела на леду Мору. Вдруг это такая особенность директорского кабинета – прятать живых существ от моих глаз. Но хозяйку пансиона я видела, как и прежде. Расплывчато, без возможности разглядеть лицо и детали одежды, но видела же! А с вновь прибывшим высочеством все было сложно. Две слепые принцессы в одном месте – совпадение или подарок, обещанный Мариной? Что, если эта девушка – моя родная сестра? Отсюда и странная тяга к ней, и зреющее глубоко внутри чувство, будто мне вот-вот вернут очень важную часть меня.

Словно прочитав мои мысли, леда Мора сказала:

– Вот вы и встретились, девочки. Пришло время объединиться.

Она поднялась с дивана, на котором мы сидели, и, взяв меня за руку, повела знакомиться… надеюсь, с сестрой. В наличие близкого человека верить хотелось так сильно, что я забыла о своем изначальном отношении к происходящему. Леда Мора промурлыкала что-то смутно знакомое на языке, который понимала гостья, а потом соединила наши руки, вынуждая сцепить пальцы. У девушки они были тонкие, почти как у меня, а еще ее ладони мелко дрожали, как, впрочем, и мои.

– Натальера, – почему-то шепотом представилась принцесса.

– Натали, – в тон ей ответила я.

– Ашэт ра!^[4] – выдохнула стоявшая рядом леда Мора.

И нас будто в ледяную прорубь окунуло. От сцепленных рук по телу прокатилась волна дикого холода. Он замораживал, лишая возможности не то что двигаться, – дышать! Хотелось разорвать контакт, убежать, не разбирая дороги, но тело отказывалось подчиняться. Было ощущение, что я покрываюсь инеем, как и моя новая знакомая. Даже не видя ее, я точно знала, что с ней происходит.

Неужели мы и правда близнецы?

Когда мысли стали замерзать на лету, я решила, что умираю. Но вырваться из ледяного плена по-прежнему не могла. А потом случилось странное. Ладонь девушки, которую я сжимала, начала таять, будто снег весной. И широко открытыми глазами я узрела наконец Натальеру. Не привычную игру теней, не свитый из туманных жгутов силуэт – а полупрозрачную женскую фигурку, по-прежнему светившуюся в темноте, будто призрак, воспаривший над полом. Более того, на сей раз я видела ее лицо. Четко и ясно, чего раньше со мной не случалось.

Удивленная, напуганная… принцесса растворялась в воздухе и тоже ничего не могла с этим поделать. А потом неведомая сила бросила ее на меня, и… я зажмурилась. Как-то разом вернулась способность моргать, дышать и шевелиться. А еще возникло стойкое чувство, что меня только что наполнили до краев, как полупустой бокал.

– Что… что это было?! – В голосе прорезались истерические нотки, голова закружилась, колени подогнулись. – Где Натальера?

Леда Мора снова усадила меня на диван, ласково погладила по голове, которая раскалывалась от нахлынувших воспоминаний. Их было так много, что я с трудом соображала.

– Натальера – магический двойник, вобравший в себя кусочек твоей души. Временная копия, которая жила и училась здесь несколько лет, не зная о тайне своего происхождения. Она – это ты, вернее, твоя неотъемлемая часть. Когда чары рассеялись, произошло ваше с ней слияние. Ты оригинал, Натали. Поэтому именно ты впитала в себя Натальеру.

– Я оги… ориги… – выговорить слово, ставшее отчего-то очень сложным, не получилось.

– Спи, дитя. Тебе надо отдохнуть.

Леда Мора прижала к моему лбу ладонь, и мне стало легче. Но спать? Сейчас? Как?! Я внезапно вспомнила целую жизнь! Не детство (хотя и его тоже), а годы, проведенные в небесном пансионе. Еще целых семь лет! Как, черт возьми, такое возможно?! Я ведь жила на Земле… в семье губернатора и его жены.

«Марина!» – зажглось тревожной лампочкой в изрядно перегруженном мозгу.

– Ма… Марина. Она приедет, а меня нет. Я должна вернуться, должна преду… пре… – Еще одно заковыристое слово не поддавалось, пришлось упростить: – Должна все ей рассказать! – воскликнула, сражаясь с навалившейся сонливостью. Язык заплетался, однако леда Мора прекрасно поняла причину моего беспокойства.

– Марина Витальевна знает о твоем возвращении ДОМОЙ. Аскарэт^[5] всемогущая, Натали! – усмехнулась она. – Неужели ты действительно думала, что тебя просто так удочерила губернаторская чета?

Ночью…

Я сидела на узкой кровати в небольшой уютной комнате и рассеянно смотрела на пирожное с одинокой свечой. Вернее, смотрела на свечу, ибо только ее и видела, потому что в ней, как и в лампах, висящих на стенах, теплилась магия, позволявшая огоньку гореть долго-долго. Теперь благодаря воспоминаниям Натальеры я знала, почему некоторые предметы светятся – дело было в чарах.

После крепкого сна без сновидений в голове все устаканилось, она больше не болела и не кружилась. Я чувствовала себя полной сил и совершенно не хотела спать, несмотря на поздний час. Сидела, забравшись с ногами на постель, гипнотизировала взглядом несчастное пирожное, принесенное мне в честь дня рождения, и думала, думала, думала. О том, кто я на самом деле такая и чем это все мне грозит.

О квестах, розыгрышах и прочей ерунде больше не беспокоилась. Все, происходящее со мной, оказалось правдой. Да и сомневаться в словах леды Моры было бы глупо. Семь долгих лет, которые моя магическая копия проучилась в пансионе, эта женщина помогала ей, поддерживала, оберегала. Даже соглашение о браке с драконом, во сне казавшееся чем-то навязанным и пугающим, на самом деле заключили для моей же безопасности. Стандартный по местным меркам контракт, по условиям которого муж обязался содержать и оберегать жену, обеспечивая ей достойную жизнь и балуя подарками, а жена – слушаться, уважать супруга и конечно же хранить ему верность.