Вор из шкатулки архимага - Нари Орлан

К чему собрались готовить? Что творится?

Фрейлина вылетела в коридор, словно за ней триста ратрхов гналось. Дверь закрылась, и девушка вздохнула, обменявшись коротким взглядом со стражем. После чего спешно унеслась в соседние покои.

Каким будет лицо архимага, когда снежноволосая леди… бац — и испарится? Обидно, не увижу. Но лучше пускай он подольше не замечает пропажи.

Темный туман застелился по полу, подкрался к ногам стража и окружил его. Тот глядел то в один, то в другой конец коридора и заметил клубившийся туман аж у пояса. Схватился за синий амулет, висевший на шее, и вытащил из ножен меч, ошалевшим взором бегая по сторонам.

— Ты где? А ну покажись, подлюка!

Голос гремел, но рука дрожала. Вскоре меч и вовсе из нее вывалился. Ратрх разнеси, без шума не обойтись с людьми! Я едва успел метнуть Ко вперед, и он на лету поймал эфес — острие лишь чиркнуло по полу.

На этом шум только начинался. Страж вдохнул тумана, и суровое лицо расплылось в капризную гримасу. Вот те на!

— Почему боги меня обидели? Почему голову дурную дали? Почему из-за дурной головы страдают ноги? — Он развернулся лицом к стене и лбом об камень как треснет! Один раз, второй, третий. Нельзя ли потише?

Фрейлина выскочила в коридор и остолбенела, словно в куклу превратилась. Впервые туман видит? Да, кажись, она мне раньше не попадалась.

Что делать с ней? В любой миг оживет и даст деру! А потом позовет на помощь. Туманом до нее наспех не достать.

Страж перестал пинать лбом камень. Сполз по стенке, утопая в темном облаке. Наконец-то уснул. Фрейлина захлопала ресницами и попятилась нервными шажками.

Эй, куда? Стой!

Ко мягко опустил меч на пол и метнулся к ней. Попалась! Трос обвил узкую талию, дернул в гущу тумана, где стражник спал мирным сном. Женский крик острым ланцетом полоснул по ушам — я чуть не оглох.

Сейчас сюда сбежится ползамка!

Вдохнув тумана, фрейлина разомлела, да и кричать перестала. Она с довольной улыбкой недолго потанцевала на месте, пока не улеглась рядом со стражем.

Удирать или довести начатое до конца? Успею украсть леди?

Дверь распахнулась, и на пороге появилась королева собственной персоной. Столь же большие небесно-голубые глаза, но взгляд иной. Удивленный, с опаской, с искрой, а не надменный, со льдом и с угрозой. Нет, не королева, хоть и черты лица одинаковые. У той колючки вечно на лице гром и молния, и она бы разогнала туман парочкой заклинаний, а не стояла, вглядываясь в мрачную тучу.

Тонкие губы раскрылись в испуге.

Леди, вам рано засыпать!

Я отделился от стены, разгоняя иллюзию, за которой прятался, и метнулся вперед, сквозь темное марево. Два шага — и голубые глаза леди забавно округлились. Увидела меня, но не дернулась бежать. Я втолкнул собой в покои худенькую фигурку и захлопнул за нами дверь.

Леди шустро взмахнула руками, послышался треск ткани — а вот и паника! Но я поймал леди за талию прежде, чем она бы упала.

Похожа на изящный цветок сакундры — такая же хрупкая и завораживающая. И пахнет тоже приятно. Я прижал ее ближе и шумно вдохнул возле белоснежных волос. Нет, она пахнет заманчивее сакундры. Сладковато, чуть терпко и свежо. Но цветы холодные, а леди горячая, как моя постель по утрам. И запах цветов не царапается когтями в груди. И не гремит сердце от него.

Или это не от запаха…

Вообще-то, я ни разу не прижимал к себе эклерок. Нечего мне якшаться с захватчиками. Однажды я обращусь в дракона.

Леди уперлась ладонями в грудь и неуклюже оттолкнулась. Кажись, я нагло нарушил нормы приличия? Еще бы. Порядочные мужчины поддерживают леди под ручку, если она спотыкается, а не хватают за талию. И, чтобы познакомиться, спрашивают имя, а не обнюхивают волосы.

Я выпустил леди. Она смотрела под ноги и суматошно откидывала спутанные пряди.

— Вы кто? — проскрежетал тытхобэй на эклерском. Да, так я и ответил. Леди отступила от меня на несколько шагов, путаясь в юбках. Зачем эклерянки носят кучу ткани?

Я достал мешочек с вривунами-семицветниками и шелестом поманил помощника домой. Затем повелел птице:

— Скажи леди, я пришел ее спасти и, возможно, помогу вернуться в семью.

Достаточно красиво и убедительно? Лишь бы тытхобэй не исковеркал.

Протрещал перевод, и лучистые глаза девушки засверкали. Сработало? Но тут ясное небо глаз потемнело до предгрозового оттенка. Она попятилась, что-то спрашивая.

— Откуда вы знаете, что меня нужно спасать? — поспешил перевести тытхобэй. — Вы враг герцога?

— Послушайте, леди, нам некогда болтать. Вот-вот сюда принесется стража, и вы упустите единственную надежду на побег.

Она дослушала перевод и растерянно забегала по мне взглядом. Ратрх порви, почему сомневается? Не тащить же ее с собой насильно!

Слева заискрились всполохи портала. Я опрометью кинулся к леди, на ходу выхватывая кинжал. Она дернулась к двери, но не успела и шагу сделать. Я притиснул ее за талию спиной к себе, а к горлу приставил острие.

Потрясающая картина развернулась перед архимагом.

Он постоянно наблюдает за этими покоями? Ратрх его раздери! Как я раньше не догадался?! Что-то в комнате есть… Неужто зеркало? Архимаг вчера слишком быстро появился после того, как леди выбралась из окна.

Она теперь дрожала в моих руках, словно листья сакундры на ветру, но, умница, смирно стояла и не падала в обморок, пока нас прожигал янтарный взор. Паскудство! Архимаг даже чуть-чуть не удивился, а, наоборот, выглядел довольным. Я попал в ловушку?

Тихо, тихо, не паниковать. Что бы ни случилось — главное, держать лицо.

— Дракон, ты превзошел мои ожидания, — произнес архимаг мягко и с улыбкой, будто к ребенку обращался. — Научился говорить. Стал ловким, хитрым, смышленым. Молодец.

Я кмефрунами мучился, страдал, пока учился выговаривать буквы, затем слоги… Я днями, бывало, торчал в кладовой, подслушивая прислугу, притворялся немым, подрабатывая носильщиком на рынке, строителем, ночевал в детской библиотеке.

Научиться говорить оказалось сложнее, чем научиться летать на тросах.

Я с силой сжал челюсти. Если открою рот и отвечу ему, меня выдаст злой голос.

— Почему бы тебе не прекратить постоянно сбегать? Останься — и я признаю тебя своим сыном. Ты получишь все, что пожелаешь.

Кроме крыльев, да? И как давно он прикидывается тупицей, водя за нос подопечных? Не он ли распустил сказки по замку о Туманном воре? Кажись, дракон, ставший человеком, — страшная тайна. Я, живой свидетель ужасов в лаборатории, наверняка лишь по воле Богини удачи шевелю языком. Остальные осведомленные блеют, лают или шипят.

Не дождавшись от меня ответа, архимаг добавил: