Одиночество жреца. Том I - Александр Якубович

Я подумал о том, какие перспективы открываются в плане торговли, если Кай Фотен породнится с Великим Архом Ламхитана и получит свободный доступ в порты южного королевства хотя бы для центральной торговой гильдии Клерии… Такой расклад был выгоден и мне, так что и тут шельмец не прогадал — знал, что я найду свой интерес.

— Все выглядит хорошо и просто. Вот только, как я понимаю, принцесса Самия ставит тебя по уровню развития где-то на одну ступень с бараном? — иронично поинтересовался я.

Я получил лучший ответ, какой только мог — король закатил глаза и пошел налить себе еще вина.

В дальнейшем выяснилось, что переговоры вели все последние годы, а к Ламхитану и возможному династийному союзу с ними присматривался еще его покойный батюшка, король Сандер Четвертый. То есть еще тогда, около десяти лет назад, Республика Бренн была не самым надежным союзником, и отец Кая стал наводить мосты с другими государствами.

— И когда планируется это прекрасное путешествие? — поинтересовался я у короля.

— Отплываете вместе с де Гранжами в составе торговой флотилии через три с половиной месяца, по весне.

То есть на все приготовления у меня было не больше двенадцати недель, а потом надо будет возвращаться в столицу.

— Хорошо, мой король, а теперь поговорим о цене, — начал я свою стандартную песню.

Ну а что? Никто на престол бесплатно работать не подряжался. Хочешь выковырять тихого барона-самогонщика из его медвежьего угла, будь добр, плати.

Кай прекрасно выучил мои повадки за последние годы, так что только посмеялся над моими словами и выудил откуда-то из стола свернутую в свиток грамоту.

— На, держи свою плату.

Я быстро раскрыл документ. Ого! Три года освобождения от налогов на доходы, полученные с винокурен, и еще пять лет — уплата половины десятины вместо полной ставки. Неплохие такие льготы. Король прекрасно знал, что все свободные деньги я вкладывал в свои земли и решил, что проще ослабить налоговое бремя, чем постоянно выслушивать мое нытье на тему «дай в долг до зарплаты под два процента». Кого-либо в долю я принципиально не брал, даже короля, предпочитая развивать свое дело самостоятельно. Хотя предложения поступали, причем даже от герцогских домов, да и сам Кай был готов вложиться в меня на условиях половины предприятия. Но вот не хотелось мне пускать кого-то со стороны в свой бизнес. Так что сейчас я постоянно испытывал нехватку оборотных средств. Налоговые льготы на период начала массовых продаж серьезно мне помогут.

Я скрутил документ и аккуратно спрятал в тубус для бумаг, который всегда носил с собой под камзолом. Обычно, конечно, вельможи носили с собой только меч, но обо мне ходили такие слухи, что я уже думал повесить тубус на перевязь на поясе, вместо ножен. И при этом выставить на всеобщее обозрение метку Пала.

Вспомнив о красной пряди на виске, я неосознанно провел рукой по волосам, поправляя аккуратно собранные волосы, которые на затылке были перехвачены синей лентой. Прядь Пала я прятал, закрывая метку бога Войны другими волосами, а воинскую косу с золотом не заплетал еще со времен битвы за Миллер. Как война была окончена, так и расплел ее, отказавшись от этой части себя на мирное время.

Некоторые за глаза осуждали меня за подобное поведение, ведь воинская коса, дарованная Палом — редчайший дар, а я им пренебрегаю. Да еще и метку бога Войны прячу. Но я был в этом решении непреклонен, демонстративно перейдя в лагерь жарких поклонников Софа и Сидира. Я вообще думал поставить этим двум богам в Эдре большие храмы, так, назло соседям.

Мой жест не укрылся от короля.

— Почему ты стыдишься своего вида? Пал оказал тебе великую честь. Таких как ты на поколение может и не появиться, а тут сразу и артефакт от Сидира, и коса от Пала.

Этот разговор у нас проходил каждый раз, как я попадался на глаза королю. Я понимал Кая Фотена. Официально я не числился фаворитом короля — сейчас это место было вакантно, но каждый аристократ Клерии знал, что при желании я могу открыть дверь покоев монарха ногой. При этом гвардия меня не остановит, а сам монарх просто спросит, что у меня случилось. И учитывая его ко мне расположение, Каю хотелось, чтобы его любимчик выглядел внушительно и даже опасно.

— Я тебе уже говорил, Кай, что и коса, и прядь и посох — аванс от богов. И пока в Клерии мир, носить косу с золотом я не буду. Как и свой артефакт, как и демонстрировать окружающим метку бога Войны и Солнца, ты уж прости.

Монарх раздраженно фыркнул и сменил тему разговора.

Просидели еще около часа. Поговорили о делах, посплетничали о происходящем при дворе. Я поинтересовался, как дела у Вилы, которая после войны наконец-то вышла замуж и сейчас отсутствовала при дворе — на подходе был второй ребенок, и интригантка была уже слишком круглой для того, чтобы перемещаться по дворцу с той легкостью, как раньше.

— Графиня де Шонц-Вилен в полном порядке. Она оставила вместо себя самую бойкую баронессу, так что вроде все идет своим чередом. Плюс, уже к лету, как я надеюсь, она с супругом вернется ко двору.

Вила все-таки нашла себе подходящего мужчину. Арман Вилен был безземельным потомственным дворянином, побочная ветвь графского рода Виленов без прямого титула. Что-то там дед Армана начудил в свое время, я особо не вдавался в подробности. Служил он при канцелярии Его Величества и был непосредственным руководителем Орвиста и других дворян, которые выполняли специальные поручения. Короче, типичная история служебного романа, который перерос в крепкий брак, основанный на взаимоуважении и признании профессиональных качеств партнера. Арман был мужчиной невысоким — на полголовы ниже Вилы, наружности неброской и в целом какой-то тихий. Но это пока вы не знакомы с ним лично. По сути же, это был мрачный гений королевской канцелярии, и Вила ему очень подходила. Ну, или он Виле, с какой стороны посмотреть. Так что эти двое определенно нашли друг друга, а король получил в свое распоряжение семейную пару, полностью ему преданную и при этом незаменимую при дворе. Так что мой вопрос о том, как там графиня и когда она вернется, не был праздным. Я бы очень хотел, чтобы к моменту, когда я вернусь из сватов, Вила Де Шонц-Вилен была тут, при короле, исправно дергая во благо престола за свои многочисленные ниточки.

— А как ваши с Лу дела?

Я помрачнел, но все же ответил королю:

— Все как обычно. Приюты, паства, новые часовни, ты же знаешь, я постоянно беру в канцелярии разрешения на строительство.

Вот так просто. Уклонился от прямого ответа и заговорил о работе.

С Лу все было плохо. Чуть меньше года назад в наших отношениях что-то сломалось, и богиня стала от меня отдаляться. Она еще возвращалась, но ее отлучки в божественном воплощении становились все чаще, а наши встречи — все короче. Когда мы ложились в одну постель, мне начинало казаться, что все по-старому, как в наши первые месяцы в полупустом поместье, когда мы не могли насытиться друг другом и просто спрятались от всего мира. Но наступало утро, а место на кровати рядом со мной пустовало.