Метанойя. Две стороны Александрины - Наташа Эвс

И вот я смотрю на группу людей, где мама стоит рядом с Тоши, и его рука по-дружески обнимает ее плечо. Они были знакомы? Что их связывало? Я никогда не слышала от учителя о том, что он знал маму.

Фотография в моей руке почему-то затряслась, а за чердачным окном потемнело. Я оторвалась от фото и посмотрела по сторонам, было странное ощущение, будто у меня сильно кружится голова. Толчки продолжились вместе с головокружением, и я поднялась на ноги, чтобы понять, что со мной. Зазвенели железки на полочках, заскрипел пол, и вместе с этим стало темнее. Тряска усиливалась с каждой минутой, и я поняла: это землетрясение. Мне показалось, что затрещали стены чердака, я бросила фотографии в ящик и пошла пробираться к выходу, перепрыгивая через коробки и прочий хлам. Когда спустилась на второй этаж, заметила, как потемнело, потому что без света уже не видела на уровне вытянутой руки. В эту секунду дом так тряхнуло, что я упала в сторону, словно меня сбила невидимая волна. Раздались страшные звуки, скрежет железа и дерева, грохот падающих вещей в комнатах. При новой попытке подняться меня снова шатнуло в сторону. Весь дом дрожал и стонал, в воздухе слышался какой-то странный гул, который закладывал уши. Растопырив руки в стороны, я нащупала перила лестницы и быстро спустилась на первый этаж. Собираясь пробежать в зал, едва успела остановиться, потому что сверху на меня посыпались пятилитровые бутыли с водой, стоявшие у поворота в ванную. Ломая перила надо мной, емкости вываливались со второго этажа и со свистом разлетались возле меня, расшвыривая литры воды в стороны. В какой-то момент моя рука нащупала дверную ручку, и я юркнула внутрь комнаты под лестницей.

Наступила полная темнота. Это было затмение солнца, которое все так ждали. Но факт землетрясения никто не упоминал. Я стояла, широко раскрыв глаза, и пыталась что-нибудь увидеть в черной мгле. Мой телефон, в котором был неплохой фонарик, остался в сумке. Неожиданно сверху посыпались какие-то предметы, вероятно со шкафа, а вместе с ними на ноги упали лыжи и колючие палки, съехавшие с угла от тряски стен. Где-то в горле тяжело заколотилось сердце, стало страшно. Я начала понемногу отходить назад, боясь наступить на что-то или получить удар по голове сверху. Стоял неимоверный скрежет и грохот, и в полной темноте это было зловеще.

Когда моя спина уперлась в стену, между спиной и стеной что-то сорвалось и глухо упало на пол. Я только успела сообразить, что это распятие, как вдруг повалилась назад, словно в какое-то образовавшееся пространство.

Не успев ничего понять, я увидела, что сижу на полу у стены в комнате под лестницей, но окружающие предметы были мне не знакомы. Поднявшись, я ошарашено огляделась. Что это за обман зрения? Куда делись мои вещи? Постояв несколько минут в ступоре, тихо прошла к двери, приоткрыла ее и пробежала глазами по интерьеру. Дом похож на мой, только внутри все чужое. Пришлось осторожно двинуться дальше. Разглядывая комнаты, я вдруг услышала, как потекла вода из крана на кухне. Меня бросило в жар: в доме явно кто-то был. Размышляя, как поступить – уйти или проверить свои подозрения – я заметила, что из кухни вышел высокий молодой человек. Увидев меня, он ошарашено остановился. Я тоже замерла, не зная как реагировать на эту нелепую ситуацию.

Парень вдруг улыбнулся и спросил:

– Привет. Ты кто?

– Здравствуйте… – еле слышно произнесла я, все еще боясь пошевелиться.

– Ты откуда? – повторил изумленный хозяин дома.

– Я… Не знаю. Ничего не понимаю, как оказалась здесь.

– Хм, – молодой человек с интересом оглядел меня, – а имя у тебя есть?

– Да. – Я немного обрела себя, теребя пуговицы на кофте. – Меня зовут Александрина.

– Уже что-то, – усмехнулся парень. – Даниил, – он шагнул ко мне, протягивая руку. – Я заваривал кофе, ты будешь?

В ответ моя рука несмело потянулась для рукопожатия.

Мы прошли на кухню. Каждую секунду я пыталась себя разбудить, потому что совсем не понимала, что произошло. Только что я была дома, скрываясь от землетрясения в комнате под лестницей, в полной темноте, и всего лишь уперлась в стену спиной, потом упало распятие, и я полетела куда-то назад, словно в пустоту…

– Эй, ты где? – лицо Даниила появилось передо мной.

Я очнулась и огляделась, будто забыла о своем положении.

– Что?

– Тебе с молоком?

– А, да, с молоком, – рассеянно кивнула я.

Даниил прищурил глаза, оглядывая меня.

– Слушай, не знаю, что с тобой произошло, сам в растерянности, но, может, доверишься мне, постараюсь помочь.

– Знаешь, это все… очень странно. Можно выйти во двор?

– Можно и во двор, – согласился парень. – Пойдем, провожу.

На улице я окончательно поняла, что нахожусь точно не в своем городке. Все было очень похоже на места, где я выросла: дома, улицы, расположение зданий. Вот и дом Даниила был точной копией моего, но мебель и обстановка другие.

Вернувшись на кухню, я в растерянности опустилась на стул, машинально взяла свою кружку с кофе и сделала глоток. Даниил молча ждал.

– Ничего не понимаю. Где я и как сюда попала. Я – это я, дом выглядит как мой, но на самом деле это не мой дом, твой городок похож на город, в котором я живу, но и он чужой.

– Ты не помнишь, как здесь очутилась? – осторожно спросил Даниил.

Мне осталось горько усмехнуться:

– Похоже на клинику, да?

– Это странно, конечно, но меня не удивляет. – Парень задумался и постучал пальцами по столу. – В мире много неизведанного. Помнишь, где себя обнаружила?

– Да.

– Покажешь?

Я повела Даниила в комнату под лестницей и там указала на стену:

– Вот здесь я очнулась. Просто открыла глаза и увидела эту комнату.

– Хорошо. А что ты помнишь до того, как открыла глаза?

Я рассказала про затмение и землетрясение, о том, что в темноте спряталась в такой же комнате своего дома, как прижалась к стене спиной и внезапно провалилась в пространство, после чего открыла глаза уже в этой комнате.

– Угу, – мой собеседник понимающе покачал головой, оглядев стену. – Думаю, я понимаю, что произошло. Ты с кем живешь?

– С отцом, – я запнулась, ожидая объяснений. – Подожди, что ты понимаешь?

Парень снова оглядел стену.

– Это физика, Александрина. Знаешь, иногда все очень просто устроено, это мы усложняем.

– Не понимаю…

Даниил глубоко вздохнул и с какой-то грустью посмотрел на меня.

– Выход бывает там же, где вход. Все просто.

Я перевела взгляд на стену, размышляя, что значат эти слова, и как мне вернуться домой.

– Но как же я здесь пройду? Это же стена.

– Тебе не обязательно знать – как. Ты просто пройдешь сквозь нее. Очутишься в своей комнате и забудешь это приключение, как страшный сон.