Отзвуки времен - Андрей Васильев

Само собой, отдельские после того поганца, что столь паскудными бизнесом занялся, искали тщательно, со всем усердием и прилежанием. Трясли всех, кого можно, тем более что кое-кто из жителей Ночи подобное ремесло тоже на нюх не переносил. Убивать – убей, говорили те же вурдалаки, но так-то зачем? Тем более детей безгрешных эдакой смерти предавать. Не по Покону!

Но все впустую. Нет, место, где злодейства совершались, оперативники при помощи все того же ведьмака обнаружили, но толку в этом никакого не было. Забросил неведомый злодей свою лабораторию за месяц или даже два до того, как на нее отдельские вышли. Прибрал все за собой, как в насмешку оставил на столе три леденца «Чупа-Чупс», и сгинул в никуда, словно его не было никогда.

И на теневом московском рынке больше его продукция не всплывала. Долго не всплывала. До сегодняшней ночи.

Николай в тех давних событиях участия не принимал, он только-только тогда пришел в Отдел, потому большей частью сидел в дежурке и изучал старые дела. Но знать все знал, потому прекрасно понял, что происходит и как надо действовать.

– Жень, запомни – продавец нужен живым – прошептал он девушке, доставая из кобуры пистолет и снимая его с предохранителя. Обычно он его с собой не носил, но в столь экзотичное место без оружия может пойти только круглый идиот – Только живым. Если что – бей по ногам.

– А покупатель?

– Да пофиг на покупателя. Хотя тоже схомутать надо, конечно, не для веселых забав он такой товар берет. Но в приоритете – продавец. Надо умереть, но доставить его в отдел, ясно?

Кабы знать, что так все сложится! Тогда сейчас человек десять по периметру расставлено было бы, не меньше. Ровнину без проблем сюда из соседнего отделения подтянул бы «пепсов», или даже оперативников. С его-то связями…

Но и они шли брать простых торговцев нелегальным товаром, вроде ильян-травы, что забирает похлеще любых наркотиков, или заговоренных на беду ведьминских игл. А тут – вон чего. Получите и распишитесь.

– Держишь покупателя – повторил Николай напарнице – Что бы не случилось – он на тебе. Берешь его, руки в железо, тащишь к машине, везешь в отдел. Я контролирую ситуацию и прикрываю отход. Сомневаюсь, что он тут один. И даже если я в машину не сяду, все равно уезжаешь.

– Ты о чем…

– О том – перебил ее Нифонтов – Выполняйте приказ вышестоящего по званию, младший лейтенант.

– Есть – буркнула Мезенцева – О, деньги передает!

– Фоткай и начинаем – Николай глубоко вдохнул воздух и чуть не закашлялся. Надо же, чтобы именно в этот момент ветерок принес очередную порцию смрада от гниющей кучи пищевых отходов.

Сейчас он отчетливо осознавал, насколько неудачная позиция выбрана для засады. Нет, для той, что планировалась изначально, вполне пристойная – куча, ближайшая ко входу на площадку, хорошо все просматривается, и так далее. Вот только добыча пришла не та, что планировалась. Будь там, внизу, обычный торговец – и все, нет проблем. Это публика хоть и норовистая, но достаточно трусливая и не желающая идти на конфликт. После появления оперативников они могли поначалу дернуться, попробовать смыться в темноту, но пара выстрелов в воздух их гарантированно заставила бы оставить мысли на данный счет. А смысл? Все, уже спалились, засветились, теперь либо в бега из Первопрестольной уходить, либо пытаться решить нарисовавшуюся проблему. Ясно же, что не обычные полицейские их накрыли. Тем более что варианты для диалога с Отделом всегда найтись могут, особенно если грехи не так велики, а товар не совсем уж палевный. Информация, поставляемая время от времени на почти добровольной основе, десяток-другой поручений, от которых нельзя отказаться, то, се…

Ну, а если торговец не совсем человек, или вообще не человек, то вовсе все просто. За его бегство ответят старшие – главы семей, ковенов, кланов. И это хуже, чем общение с представителями Отдела. Много хуже. И страшнее.

Но это не обычный торговец, и он знает, что здесь переговорами ничего не решить. Его дело труба, без вариантов. Значит, он сделает все, чтобы улизнуть, и свалка, на которую он так ругался, здесь ему только в помощь. Тут армию какого-нибудь карликового государства вроде Лихтенштейна спрятать можно, что уж об одном человеке говорить.

– Так я могу рассчитывать на новые поставки товара? – уточнил у продавца покупатель, убирая банки в рюкзак, снятый с плеч – И еще – хорошо бы увидеть список ассортимента. Догадываюсь, он у вас уже представленным товаром не ограничивается?

– Разумеется – с милой улыбкой ответил ему собеседник – И рассчитывать можете, и…

– Стоим на месте, руки поднимаем вверх – гаркнул Николай, направив луч фонаря на беседующую парочку, и начав спешно спускаться вниз – Московская полиция, отдел 15-К! И не дергайтесь, стреляю сразу, без всяких предупредительных!

Покупатель застыл, как статуя, не ожидал он ничего подобного, и сейчас пытался сообразит, что же вообще происходит. Причем, как оказалось, он был довольно молод и тщедушен, сейчас, в свете ярких лучей, это было хорошо заметно.

А вот его партнер по сделке к рефлексии и раздумьям оказался не склонен, потому, как и предполагал Николай, тут же попытался улизнуть, на ходу перекинув ремень сумки с деньгами через шею. Что примечательно – несмотря на внешнюю полноту двигался он на редкость шустро, можно даже сказать – тренированно-плавно.

Нифонтов понял, что времени на раздумья и окрики у него нет, секунда-другая, и исчезнет эта сволочь во мраке ночи.

Выстрел – и торговец с воплем падает на груду картона, марая его кровью, брызнувшей из продырявленной в районе ляжки ноги.

– Надо будет рану перетянуть ремнем, чтобы он кровью не истек – на ходу бросил Николай Женьке – Давай, в наручники его и пошли к машине. Блин, мужик, вот чего дернулся, а? И тебе теперь больно, и мы салон весь угваздаем.

Торговец ничего оперативнику не ответил, он только подвывал, держась за ногу.

– А ты чего застыл? – недовольно спросил Нифонтов у покупателя и звякнул наручниками – Давай клешни.

– Яяяя – протянул юноша так, будто у него язык во рту еле ворочался – Тыыы… Каааак….

Николай глянул ему в лицо и моментально заорал:

– Женька! Уходи! Уходи и этого уводи! Сейчас же!