Шторм-2 - Корвин Райт

– Не хотите пить из этой «турки» – не пейте! – пошутила Зося.

Квига добродушно улыбнулся.

– Это и есть – биоэлектрическая экология. Я занимаюсь ей уже двадцать лет. И, поверьте, в этом вопросе я кое-что смыслю.

– Не сомневаюсь, – сказала хозяйка квартиры, разыскивая в навесном шкафчике кардамон, имбирь, корицу или какие-то другие приправы, подходящие к кофе.

– И всё-таки, – продолжил Квига, – вы зря недооцениваете то, что я сказал. В вашем жизненном пространстве есть предмет, возможно очень старый, который имеет сильное влияние на происходящие события. Думаю, он появился недавно, и потому ведёт себя крайне агрессивно.

– Неужели такое возможно? – искренне удивилась Зося.

– Ещё как!

– Ума не приложу, что это может быть? Хотя…, – Зося будто поняла о чём идёт речь, и её прозрение не осталось незамеченным Квигой.

Она ушла в комнату и скоро вернулась, держа в руке небольшой нож из тёмного железа с белой костяной рукоятью.

– Может это? – спросила Зося.

Гость с осторожностью взял нож в руки. На первый взгляд самоделка не представляла никакой ценности. Нож был сделан грубо и даже костяные накладки рукояти не выделились совершенно ничем.

– Странная вещь для вашего дома, – сказал Квига, – откуда он у вас?

– Вряд ли эта история может быть кому-то интересна, – уклончиво ответила Зося.

А потом в дверь позвонили, и Зося пошла открывать Яне, и чуть не убежал кофе, и Зося долго объясняла подруге кто такой Квига, и при каких обстоятельствах они познакомились… Яна, разумеется, стала сожалеть о своём приходе и даже собралась уходить, но вдруг заспешил гость, вспомнив о чём-то для себя важном, и, коротко простившись, закрыл за собой дверь.

Подруги переглянулись.

– Прости, если я помешала, – сказала Яна, – но ему был нужен повод для того, чтобы уйти. Или я не права?

– Это не то, о чём ты думаешь. Он совершенно посторонний человек!

– С совершенно посторонним человеком не пьют у себя дома кофе, – заметила Яна. – И уж тем более это не стала бы делать ты.

Зосе пришлось снова рассказывать историю сегодняшнего приключения.

– Он даже не притронулся к твоему кофе, – сказала Яна, – какой странный!

Зося подошла к окну и увидела ворона, сидевшего на ветке липы. И только теперь она вспомнила про нож Одрига Минус половина. Ножа нигде не было…

Очередную встречу своей команде Ковач назначил через неделю на пароме Свиноустье-Треллеборг. Эта неделя ему понадобилась для каких-то неотложных дел, имевших прямое отношение к проводимой встрече. Они были «солдатами удачи». Так обычно называют наёмников сочинители всяких историй из газет и журналов. Познакомились Людвиг, Даниель и Улле ещё в Южной Африке. А потом судьба их свела на Ближнем Востоке, и тогда Ковач стал лидером этой команды, выбирая и продумывая все их боевые операции.

Едва могучий «Коперник» прошёл створы канала и воткнулся белым носом в морскую даль, Ковач закрыл дверь каюты и пригласил всех к столику.

– То, что я сейчас расскажу, на первый взгляд может показаться полным бредом. Но я не стал бы тратить ни своё, ни ваше время попусту и не вложил бы ни одного оэра² в то, что не даст нам дохода, – сказал он уверенно.

Такое вступление заставило его небольшой отряд отвлечься от пива и сосредоточиться на словах командира.

– Кстати, я заглянул в прошлый понедельник в порт. Скажи-ка, Улле, а обязательно было убивать этого беднягу-капитана?

– Что тут сказать, так получилось, – признался Юхансон.

– Ладно, слушайте!

Ковач поднялся с дивана и стал расхаживать из угла в угол. Обычно ему не требовалось подготовки, чтобы обрушить на этих людей лавину своих планов. Но сейчас был не тот случай.

– За последний год, – начал их командир, – в Польше без вести пропало 146 человек. Растворились, исчезли, не оставили никаких следов. Они могли бы всплыть где-нибудь в пространстве Евросоюза, да так и будет для кого-то. Но около сотни уже никогда и нигде не всплывут. Это – статистика.

Но у меня есть и другая статистика. Вот, например, – психиатрическая клиника при Центре морской и тропической медицины в Гдыне. Стоит гриф «для служебного пользования». Это – выписка из истории болезни Анджея Стаховского. Диагноз – бредовое расстройство. Опуская специальную терминологию типа: «парафренный бред», скажу, что этот Стаховский утверждает, что… вернулся из прошлого, куда он попал во время автомобильной катастрофы. Кстати, автомобиль Стаховского действительно побывал в аварии, и приехавшая на место аварии полиция водителя не обнаружила.

– Дальше, – говорил Ковач, сверяясь с бумажкой, – клиника в Катовице. Ружана Вольская. Диагноз тот же. С уточнением: бред фантастического содержания. Утверждает, что побывала в далёком прошлом. И так далее. Примеров можно отыскать десятки. Я видел своими глазами, как исчезают люди. А потом полицейскую базу пополняет статистика без вести пропавших. Не так ли, Данни?

Кёллер утвердительно кивнул. Ковач продолжил:

– Одну такую дамочку я расспросил лично. Знаете, чем отличается шизофреник от психически здорового «попаданца»? Шизофреник высказывает свои представления об ином мире, а разумный «попаданец» – свой практический опыт. Причём не высказывает направо-налево, как это делает шизофреник, а наоборот – пытается скрыть.

– Нам-то что от этого? – перебил Улле.

– Наберись терпения! – осадил его Ковач. – Благодаря тебе, кстати, мы знаем точные координаты пространственно-временного разлома, через который эта дамочка прошла туда-сюда и даже не споткнулась. У неё всё в порядке с мозгами, поверьте. Но если прошла она, то пройдут и другие. Знаете, чем мы отличаемся от любых головорезов Х века? Мы готовы к встрече с ними, а они с нами – нет!

При этих словах Ковач ткнул пальцем в плечевую кобуру своего заслуженного армейского «Кольта» сорок пятого калибра.

– Ты собрался туда перебраться с оружием? – спросил Даниель Кёллер.

– Именно, – ответил Ковач, – она же смогла, почему не сможем мы? А главное – она смогла перевезти оттуда материальный предмет.

– Какой предмет? – не понял Юхансон.

Ковач выдержал паузу, потом достал из сумки свёрток, развернул его и показал всем нож с белой костяной ручкой.

– Мне понадобилась неделя, чтобы получить результаты экспертизы по этому ножу. Вот послушайте, что они здесь пишут: «На основании данных металловедческой экспертизы, время обработки металла предмета с таким-то идентификационным номером, соотносимо со второй половиной девятого века». Ну, как вам? Нужны ещё подтверждения, или отправим нашу дамочку в «психушку»?

– Да, Квига, когда ты попросил меня найти данные на того пропавшего на пляже парня, я думал мы будем искать значительно ближе, чем в девятом веке, – пошутил Кёллер.