Черный проводник - Александр Конторович

— Опа! — жестом фокусника предъявил он майору папку.

— Девятнадцать минут! — глянул тот на часы. — Неплохо!

— Товарищ майор, — осмелела девушка, — а вы в папку загляните…

Гальченко спрыгнул со стола и взял из рук инструктора папку. Открыл:

— Хм! А бумаги где?

Улыбнувшись, девушка развела руками:

— У меня нет. Вы же сказали — спрятать.

— Что скажешь, старый? — повернулся он к Степанычу. — Объехали тебя?

— Щас… — буркнул тот. — Не дождётесь…

Он снова возобновил свои поиски, на этот раз передвигаясь более медленно. Пройдя уже половину комнаты, вдруг остановился. О чём-то задумался и, подойдя к Марине, взял её за руки. Поднес её пальцы к глазам, всмотрелся:

— Ах ты, хитровунья!

Отпустил руки и снова окинул взглядом помещение. Вернулся к столу и провел руками по сиденью стула… по спинке…

— Вот! — вытащил он из-под дерматина спинки пачку бумаги. — Ну ты и ловкая!

— А… как вы догадались? — схватилась за подбородок девушка.

— У тебя ноготь сломан — ткань оттягивала, чтобы бумаги запихнуть, — пояснил инструктор. — А в кабинете таких мест мало — всего два. Обивка у картины — той, что на стене висит. И спинка стула — она дерматиновая, внутрь засунуть что-то можно. Больше некуда спрятать. В сиденье стула ещё можно запихать, но его пока разберешь…

— Ну, молодец! — похлопал в ладоши майор. — Не совсем правильно, но дело не в этом.

— А в чём, товарищ майор?

— Цель у этого задания одна — выявить, можешь ли ты мыслить быстро, а главное — нестандартно.

— И как… — голос у Марины погрустнел.

— Степаныч! Что скажешь?

— Может. И даже очень может! Чтоб меня, старого воробья, да на мякине провести… тут мало у кого такая соображалка выросла. А у тебя — растёт понемногу! Так что, дорогуша, быть тебе у меня частым гостем, уж не обессудь! — хищно потёр ладони старый инструктор.

Уже выйдя на улицу, Марина повернулась к Гальченко:

— Товарищ майор, а зачем вот это всё? Ну, я понимаю — стрелять учиться нужно. Радиодело знать — так это само собой. А вот эти штуки непонятные… нет, оно тоже, наверное, зачем-то нужно! Только не понимаю я этого…

— Хм… Ладно, надо было это сразу сказать. Садись! — указал он ей на небольшую скамейку справа от дорожки. — Ты вообще что себе думаешь — куда попала?

— Ну… часть какая-то специальная. Раньше я в разведке числилась, но там такого не было. Наверное, что-то ещё более серьёзное?

— И намного более! Значит, слушай сюда! — прихлопнул он ладонью по колену. — Для всего окружающего мира, для любого другого человека или военнослужащего всякий, работающий здесь сотрудник принадлежит к Управлению Особых отделов. И проявлять излишний интерес к нашей деятельности никому не рекомендуется. Понятно? Впрочем, я и сам с трудом себе представляю такого вот любопытного товарища…

— Это что же, диверсантов теперь ловить придется?

— И их тоже. Но это всё для окружающих, дабы не слишком свой нос совали, куда не надо. На самом деле, дорогая ты моя, задачи наши несколько более обширные. Ты на своих сослуживцев посмотрела?

— Да, товарищ майор.

— И что увидела?

— Да… разные они все. Я-то думала, что в специальную часть отбирают людей по каким-то особенным признакам или способностям…

— Нашла такие?

— Нет. Ничего особенного не увидела.

— А это потому, что таких признаков, во всяком случае — внешних, ни у кого из них нет. Да и ты сама — что, сильно от окружающих отличаешься?

— С чего бы это вдруг? — удивилась девушка. — Две руки, две ноги, голова — всё как у людей!

— Правильно! А отличия все — в голове, вернее, в её содержимом. Все люди, Котенок, разные. Но вот некоторые из них чуть-чуть по-другому мыслят, немного иначе на разные вещи реагируют… Я не спорю, любого человека можно научить сверхметкой стрельбе или сделать из него мастера по борьбе — дай только время. Но один к этому придёт за десять лет, а другой — за год. Разница есть?

— Есть, конечно!

— В идеале нам бы всех солдат таким вот фокусам научить… Но, увы — нет у нас столько времени. Да и сил таких, откровенно говоря, тоже нет. Вот на меня посмотри — сколько лет я, по-твоему, такими вот штуками занимаюсь?

«На вид ему… лет сорок или даже больше. Ну, допустим, в армию он, как и все, пошел в восемнадцать лет… Это выходит — в Гражданскую ещё? Да, пожалуй… А тогда таких бойцов готовили? Наверное… Хотя вряд ли, их теперь много было бы! И в Испании, наверное, такие люди воевали бы. А про это не писали тогда! Впрочем, возможно, потому, что секретно всё это, вот и не пишут ничего про подобные вещи», — промелькнуло в голове у девушки.

— Ну… лет двадцать, наверное. Так?

— С тринадцатого года. А Петр Степанович — так ещё и дольше. Вот и посуди — есть ли у нас сейчас столько времени, чтобы таких специалистов готовить?

«С тринадцатого? Это с кем же он тогда воевал? После семнадцатого понятно — с белыми, иначе сейчас за границей прятался бы. А в эти четыре года — с кем? Неужто он из подпольщиков ещё?» — подумала Марина, а вслух ответила первое же, что только пришло на язык:

— Нет. Война же!

— Да и без войны эта задачка сверхсложная. Словом, нашлись умные люди да поставили этот вопрос ребром! Отчего один человек все быстро схватывает, а второй тормозит? Стали искать людей, что к быстрому обучению способны. Нашли таких. Мало — но нашли. Начали соображать — что у них всех общего?

— И что же?

— Это тоже скоро поняли. Выделили признаки, по которым людей подобных выявить можно, стали уже более серьёзно к таким задачам подходить. Выяснилось, что человек такой не только быстро всё схватывает, он ещё и работает быстро. И мыслит нестандартно.

— Как?

— Не заученно. То есть в каждом конкретном случае выбирает наиболее подходящий вариант действия. Вот как сейчас — с папкой! Её по-разному все прятали, а вот документы вытащить — ты первая сообразила.

— И что, всегда её находили?

— Один раз не нашли. Есть у нас в группе такой парень — Паша, познакомишься ещё с ним, так он ухитрился ее на днище шкафа присобачить. Загнал в щелки спички да на них укрепил папку.

— Здорово! Я и не додумалась даже!

— Зато ты документы спрятала! Ладно, отвлеклись мы что-то… Так вот, Марина, место, куда ты попала, и есть такой центр обучения и подготовки. И задача твоя сейчас в том состоит, чтобы проявить свои способности во всей красе! А от этого и будет зависеть, куда тебя потом направят. Выпускники наши в разведке работают, шпионов ловят, диверсанты среди наших ребят есть, да и всякие прочие специалисты тоже присутствуют. Во время учебы у всех таланты скрытые по-разному открываются. Вот и на тебя поглядим — к чему ты лучше подготовлена?