О героях и трусах - Юлия Сергеевна Васильева

– Останавливаться вокруг вас или останавливаться по вашему желанию? – проницательно спросила хозяйка, осторожно трогая пальчиком застывшего на пороге лысого.

– Я еще не понял, – честно признался Рова. – На вас в этот раз не подействовало.

– В этот раз? – протянула госпожа Помпон, и страховщик мучительно покраснел. – То-то мне показалось, что колокольчик звякнул.

– Что нам с ним делать? – спросил Рова, лишь бы не углубляться в тему своих приключений в мире рюш.

– Давайте выставим его за дверь, – решила дама.

– Но что он подумает?

– Мне без разницы, что он подумает! Я ставлю магическую охрану.

– Очень неосмотрительно с вашей стороны было платить ему и его банде с самого начала, – осмелился на замечание нечаянный спаситель.

– До недавнего времени делами магазина занималась моя мать, а я только работала со швеями, – нисколько не обидевшись, вздохнула госпожа Помпон и обхватила все еще неподвижного лысого под коленями. – Взяли! …а она по некоторым причинам доверяет магам ничуть не больше, чем таким вот защитничкам.

Рова кивнул, принимая объяснение, и уже хотел было обойти застывшего бандита, чтобы взять его за подмышки, как замороженный вдруг моргнул и с поразительной быстротой потянулся схватить страховщика за лацканы пиджака.

К счастью, реакции госпожи Помпон мог позавидовать любой криминальный элемент. С ловкостью борца она толкнула лысого под колени, и тот, не ожидавший такого в буквальном смысле низкого сопротивления, повалился на пол, да так неудачно, что хорошенько приложился лбом.

Хозяйка же с боевым кличем схватила с полки прямоугольный сверток и обрушила его на голову интервента. Бандит дернулся и затих.

– Книга, – объяснила она столь убойную силу свертка. А когда недоуменное выражение не сошло с вытянувшегося лица Ровы, добавила: – “Основы безоблачной супружеской жизни” называется. Там целый раздел о женском нижнем белье – очень способствует продажам, знаете ли.

Страховщик не знал, а потому покраснел во второй раз кряду.

– Вы меня стесняетесь или боитесь? – без обиняков спросила госпожа Помпон.

– И то, и другое, – так же честно признался Рова, но затем обратил все в шутку. – Особенно после того, как увидел ваш способ применения “Основ безоблачной супружеской жизни”…

Госпожа Помпон хмыкнула и зашарила руками по полкам.

– Сначала мы его свяжем! – торжественно объявила она, раскрывая пакет, из которого вывалился ворох шелковых лент.

Обмотанный во всех возможных местах лентами пастельных оттенков лысый бандит стал куда приятнее глазу и даже пробудил в своих пленителях толику жалости.

– Ему удивительно идет розовый! – сделала внезапное открытие госпожа Помпон.

– Но что же нам с ним все-таки делать? – вновь поднял так и не решенный вопрос Рова.

В этот момент внутри магазина звякнул колокольчик. Хозяйка и господин Стах обеспокоенно переглянулись.

– Я пойду посмотрю, кто там, а вы оставайтесь здесь и ни звука, – решила женщина и вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь подсобки.

Рова прильнул к замочной скважине.

III

“Ну вот, пусик, – с придыханием выдала через коммуникатор навигаторша, стоило инспектору магической полиции Шимусу Грону переступить порог лавки, принадлежащей, если верить городскому реестру, некоей госпоже Помпон, – теперь между нами не осталось никаких секретов… Ты узнаешь, какое белье я ношу”.

– Как будто я тебя спрашивал, – буркнул Шимус и душераздирающе зевнул.

“Можно я попрошу тебя об одной услуге, а ты взамен спрашивай, что угодно… абсолютно все, что угодно”, – многозначительно уточнила Заза.

– Нет.

“Мне бы пару вон тех фиолетовых трусиков, – прощебетала в голове навигаторша, напрочь игнорируя ответ. – В прошлый раз не взяла и уже сто раз пожалела…”

Инспектор Грон не успел вернуть взлетевшую на крыльях не вполне девичьих фантазий собеседницу на землю, так как дверь в противоположном конце магазина открылась и выпустила внушительных статей женщину, туго утянутую корсетом в поясе.

“Не смотри”, – капризно приказала Заза.

“Я не смотрю”, – мысленно соврал Шимус. Не смотреть было невозможно: красное с черным вкраплением бисера кружево не оставляло ни единственного шанса. Кажется, даже в голове прояснилось.

“Если хочешь, я куплю себе такое же”, – ревниво протянула Заза, цеплявшаяся к своему напарнику не столько от страстной любви, сколько от страстного желания ловить восхищенные взгляды. И она их ловила, только Шимус был досадной прорехой в ее коллекции.

“Такое… нельзя купить. Если Предивная не наградила, то как ни украшай…”

“Хам!”

“Лучше просканируй помещение”.

“Вот сам и сканируй!”

И Шимус сканировал, начиная с хозяйки.

***

А госпожа Помпон тем временем “сканировала” инспектора в ответ, только не магией, а взглядом. И взгляд этот говорил, что ей совсем не по душе помятый, заросший щетиной мужчина, топчущийся на пороге.

С такими праздными субъектами, любящими посмотреть, но не купить, Лавиния не церемонилась, поэтому, нацепив самое строгое выражение лица и взяв в руки с прилавка счеты для убедительности, она решительно направилась выпроваживать нежеланного визитера. Хватит ей на этот день и одного такого, уже связанного в подсобке.

– Извините, мы зак… – только начала она, как помятый сунул ей под нос сильно поцарапанный и в одном месте будто прорезанный чем-то острым жетон.

– Инспектор Грон, магическая полиция, – угрюмо сообщил мужчина, демонстрируя, что своему визиту он рад не больше, чем хозяйка магазина. – Вы не заметили утром ничего необычного?

Необычного было в достатке… Перед глазами госпожи Помпон пронеслись и похищение человека (пусть и в целях самозащиты), и незаконное использование магии – попробуй докажи потом, что у ее соседа она проявилась только сегодня, а не использовалась всегда.

– Ничего. – Хозяйка для пущего эффекта помотала головой.

– Странно, – сказал инспектор и потер красные, словно от недосыпа, глаза. – На объекте зафиксирован всплеск магической энергии, источник не опознан… Даже два всплеска.

– Вы уверены? – не теряя самообладания переспросила госпожа Помпон и как бы невзначай поправила кружево на лифе платья. – Магазины и конторы в этом переулке стоят так те-с-но…

Маг, как и ожидалось, проследил за рукой хозяйки и несомненно оценил лучшее кружево во Фритане, к которому она прикоснулась. Служака заколебался, вновь осматривая помещение, при этом то и дело спотыкаясь взглядом о панталоны, корсеты и