Обитель чародеев - Дэвид Эддингс

– Тогда передохнем. Мне надо осмотреть отца. Нуженсвет.

Релг порылся в карманах пояса и смешал два состава, которыедали слабое свечение.

Силк с любопытством взглянул на Полгару.

– Что же в самом деле произошло? Неужели Белгарат такимобразом расправился с Ктачиком?

Она покачала головой, слегка касаясь руками груди отца.

– Ктачик почему-то решил уничтожить Око Олдура, –произнесла Полгара. – Что-то настолько напугало его, что он забыл о первомправиле чародейства

Воображение нарисовало Гариону сцену, когда ему на мигудалось проникнуть в сознание Ктачика перед тем, как гролим произнес своипоследние слова «Не будь!», которые превратили его в ничто. Он также увиделмимолетный образ, который возник в голове первосвященника, – образ самогосебя, держащего Око Олдура в руке, – и ощутил слепой необъяснимый страх отэтого видения, приведшего к гибели Ктачика. Но почему? Почему гролим совершилсмертельную ошибку?

– Что произошло с ним, тетя Пол? – спросил он,понимая, что должен узнать правду.

– Он больше не существует, – ответила она. –Исчезла даже субстанция, из которой он был сотворен.

– Я не это имел в виду… – возразил Гарион, но Бэйрек недал ему договорить.

– Он уничтожил Око? – спросил гигант упавшимголосом.

– Ничто не способно уничтожить Око, – успокоилаего Полгара.

Маленький мальчик освободил руку, которую продолжал держатьГарион, и уверенно приблизился к высокому чиреку.

– Миссия? – спросил он, протягивая круглый серыйкамень.

Бэйрек, как ужаленный, отпрянул от предлагаемого дара.

– Белар! – воскликнул он, быстро пряча руки заспину. – Пусть прекратит, Полгара! Разве он не понимает, как это опасно?

– Я сомневаюсь.

– Как Белгарат? – поинтересовался Силк.

– У него сильное сердце, – ответилаПолгара. – Он, правда, сильно устал от этой борьбы.

После долгого раскатистого эха скала перестала содрогаться,и повисла напряженная тишина

– Все кончилось? – спросил Дерник, нервно крутяголовой.

– Скорее всего, нет, – произнес почти шепотом Релгв неожиданно наступившей тишине. – Землетрясения обычно продолжаютсядовольно долго.

Бэйрек пристально посмотрел на мальчика и тоже негромкоспросил:

– Откуда он?

– Из башни Ктачика, – объяснила Полгара. –Этого ребенка воспитал Зидар, чтобы он похитил камень

– Он никак не похож на воришку.

– Он и не вор. – Полгара взглянула на белобрысогомалыша без роду и племени. – Кто-то должен приглядывать за ним. Есть в немчто-то странное. После того как мы спустимся вниз, я выясню это, но пока что уменя голова идет кругом.

– Может, все дело в камне? – с любопытствомспросил Силк. – Я слышал, что он необыкновенно действует на людей.

– Возможно, и в нем, – неуверенно ответилаПолгара. – Присмотри за мальчиком, Гарион, и не потеряйте Око.

– Почему я? – вырвалось у него. Она пристальнопосмотрела на Гариона.

– Хорошо, тетя Пол. – Он по собственному опытузнал, что спорить бесполезно.

– Что это?! – воскликнул Бэйрек, поднимая руку ипризывая всех к молчанию.

Где-то в темноте послышались приглушенные голоса, окрашенныерезкими гортанными тонами.

– Мерги! – взволнованно прошептал Силк, хватаясьза кинжал.

– Сколько их? – спросил Бэйрек у тети Пол.

– Пятеро. Нет… шесть. Один плетется сзади.

– Гролимов среди них нет? Она покачала головой.

– Идем, Мендореллен, – сурово проговорил могучийчирек, вынимая из ножен меч.

Рыцарь кивнул, перекладывая свое оружие из левой руки вправую.

– Ждите тут, – тихо произнес Бэйрек. – Мы незадержимся. – И они с Мендорелленом растворились в темноте, такой жечерной, как и плащи мергов.

Все остались ждать, с трепетом в сердце вслушиваясь вприглушенные голоса, раздававшиеся неподалеку. И снова в голове Гарионазазвучала эта странная, все подчиняющая себе песнь.

Но вот совсем рядом прокатились камни, и их грохот почему-тонапомнил ему о позвякивании молота в руках Дерника-кузнеца на ферме Фолдора,тяжелой поступи лошадей и скрипе повозок, в которых они возили репу в Дарину.Как давно это все было… И пронзительно визжащий кабан, которого он убил взаснеженных лесах Вэл Олорна, и берущая за душу мелодия флейты арендийскогомальчика, улетающая в высокое небо с усеянного пнями поля, и мерг Эшарак сперекошенным от ненависти лицом, обезображенном шрамами…

Гарион тряхнул головой, пытаясь освободиться отвоспоминаний, однако песня продолжала неотступно звучать в ушах, навеваядурманящие мечтания, и вот ему уже видится шипящее и потрескивающее телоЭшарака, сжигаемого под могучими старыми деревьями в лесу Дриад, и отчаяннаямольба гролима: «Сжалься, господин!..» Вслед за этим – пронзительные крики водворце Солмиссры, когда Бэйрек, превратившись в страшного медведя, продирался втронный зал, а бок о бок с ним в ледяной ярости шагала тетя Пол.

В который раз голос, который всегда звучал в его голове,приказал ему:

– Перестань с этим бороться.

– Что это? – требовательно спросил Гарион, пытаясьсобраться с мыслями.

– Око.

– Что ему нужно?

– Оно хочет узнать тебя. Таким путем Око узнает многое.

– Разве нельзя подождать? У нас в самом деле сейчас нетвремени.

– Ты можешь попытаться все объяснить, еслихочешь, – произнес довольный голос. – Он может выслушать тебя, хотя ясомневаюсь Ведь он очень долго ждал тебя.

– Но почему меня?

– Ты не устал задавать одни и те же вопросы?

– Другие испытывают то же самое?

– В меньшей степени. Успокойся и расслабься. Так илииначе он получит то, что хочет.

Внезапно в темных проходах раздался звон мечей и испуганныйкрик. Затем до Гариона донеслись стон и глухие удары, сменившиеся гнетущейтишиной.

Через несколько секунд послышались торопливые шаги. Этовернулись Бэйрек с Мендорелленом.