Ультраскип - Михаил Толстов

— И ты один из защитников этого сказочного города? — усмехнулся «бык».

— Да. И мне уже немало лет. Особые лекарства, оставшиеся с древнего мира, позволяют нам продлить жизнь до максимально возможного предела. Но сейчас за моей спиной не сам Акрополис, а кое-что другое. Это сложно объяснить.

— Ну валяй, рассказывай, давай уж закончим это дело, и я отойду со спокойной душой.

Артур Брум вздохнул от ностальгии и продолжил:

— После того, как мы отбились от врагов, началась совсем другая жизнь, к которой мы были не готовы. Ещё вчера мы жили на адреналине, боролись с адом, каждый день чувствовали опасность, боялись, что наши труды пропадут даром, а потом неожиданно очутились в беззаботном раю. За стеной стало так плохо, что целые армии превратились в мелкие дикие банды, которые уже не могли даже приблизиться к городу. Земля умирала вместе с людьми, поэтому у нас не осталось даже потенциальных угроз. Мы расслабились, новые поколения уже не хотели особо трудиться, думать, бороться и совершенствовать город. Зачем? Всё и так неплохо работало. Естественно, самые умные из нас затрубили тревогу, эти тенденции нужно было побороть, пока не стало слишком поздно. И единственным вариантом была экспансия наружу, нам был необходим контакт с внешним миром в любой форме. Старейшины, управляющие городом, для начала попробовали собрать «наёмников» и добровольцев, чтобы отправить их на защиту и развитие технооазисов.

— На развитие чего? — «быку» становилось хуже, но он пытался соображать и переспрашивал про то, что ему казалось непонятным.

— Так мы называли особые бункеры, которые остались с эпохи последних ресурсных войн. Наши предки пытались спрятать и «законсервировать» чистую землю с некоторыми биоматериалами на будущее. В некоторых из них заложили семена и криокапсулы с живыми организмами. Но, как ты понимаешь, мы живём в жестоком мире. Вокруг полным полно угроз: монстры, стихийные бедствия и люди, которые пытаются найти любые припасы. Число технооазисов постепенно снижалось. Раньше мы и не думали их спасать, потому что на кону стоял сам Акрополис. Но потом всё-таки задумались и над этой проблемой. К сожалению, первая попытка вышла так себе. Ветераны, видевшие настоящую войну и сражающиеся за идею, заканчивались, а молодёжь не спешила геройствовать. Поэтому начались эти безумные игры. Так как главным развлечением у нас были компьютерные игры, то решили делать их только на военную тему и потом постепенно приближать к реальности. Сидеть за экраном монитора весело, а в шлеме виртуальной реальности ещё лучше. А в костюме, который дополняет реальность, когда ты бегаешь на настоящем полигоне против других людей, так вообще замечательно. На следующем шаге стали предлагать реальные блага, богатства и статус тем, кто будет добиваться лучших результатов в играх. И в конце реальные бонусы стали давать за выполнение заданий во внешнем мире. В общем, социальная инженерия в действии.

— Великие демоны пустоши… Какая же это глупость.

— Если глупость сработала, то это не глупость. Главное, что народ втянулся, теперь на ветеранов снова смотрели с уважением, мужчины снова начали интересоваться мужским делом, хоть и в довольно странной форме. Получилось какое-то развитие, выход из тупика.

— И ты просто ещё один игрок? Лентяй, которому стало до смерти скучно в своём райском уголке?

— Я вырос в мире, в котором игры — это способ восприятия реальности. С их помощью легче бороться с беспросветным кошмаром. Они учат сражаться без остановки: ты должен уничтожать всех врагов на своём пути, выполнять цели, получать награды и просто идти от одного уровня к другому. И так до бесконечности, даже не предполагая, что у этой игры вообще есть какой-либо финал. Одни говорят, что человек — это маска, которую он носит. А другие могут ответить, что в нашем случае это всего лишь красивая обёртка, и у нас с тобой одна и та же суть: я матёрый наёмник, воин, который не знает как жить иначе.

«Бык», слабеющей рукой, достал из внутреннего кармана перед сердцем две старые золотые монеты и бросил их к ногам Брума. Это означало его посмертное желание принести жертву демонам пустоши. Брум должен был кинуть эти предметы в один из древних алтарей, которые были разбросаны по всей пустыне, чтобы усопший откупился от демонов, и они пропустили его в царство мёртвых. Брум забрал их себе в ранец и подумал, что выполнит ритуал, если представится такая возможность.

Установилось молчание, наполненное тщетностью. Брум не привык оставлять недобитки, даже если разведдроны и доспехи были уверены, что раненый уже точно не поднимется. Иногда и они ошибались. Через полминуты он продолжил разговор:

— Тебе пора.

«Бык» что-то промямлил, но, видимо, ему было уже всё равно. Брум оказал ему последнюю честь и отрубил голову как самураю. Теперь молчание было ещё более гнетущим. Так всегда бывало, когда уровень подходил к концу. Напоследок он получил ещё одно достижение от благодарных зрителей: «Любитель сентиментальных добиваний».

Глава 2. Одиннадцатый час

— Ну, друг мой, Санчо, как ты думаешь, сколько ещё осталось завалить ветряных мельниц? Неужели надвигается конец? Вот победим последнюю и заживём?!

— Мистер Брум, ваши команды мне непонятны, я робот-доставщик, я специализирован на доставку грузов, я должен помогать вам носить инвентарь, но я не могу помочь вам уничтожить ветряные мельницы. Если это какой-то груз, то я могу донести его.

Робот модели ПакМобил-03 следовал за Брумом, у него были ноги с колёсами, поэтому он мог и прыгать и взбираться на преграды. На нём можно было даже прокатиться верхом как на лошади, а внутри своей коробки робот вмещал крупногабаритные грузы вроде пулемёта, базуки или мин. Для Брума он был словно оруженосец для рыцаря, верный друг, всегда готовый поддержать разговор. В нём уже было полно дырок от пуль, его постоянно приходилось чинить и запрашивать ради него детали из центра, внешне он износился также сильно, как Брум внутри.

— Ой, не прибедняйся, Санчо! Всё ты понимаешь, просто в рамках своей игры, — продолжил Брум.

— Сэр, что я должен был понять?

— Будущее.

— Я создан для того, чтобы доставлять грузы. Все остальные активности существуют для меня в упрощённой форме.

— И какие грузы ты будешь доставлять в будущем? — Брум расхаживал среди разбитых автомобилей, заглядывал внутрь и