Марица - Александра Европейцева

Старого осла в лесу бросать мне бы не позволила совесть. Съедят. Но даже после такой небольшой прогулки, он уже улегся на траву. Копыта слегка подрагивали, глаза закрыты, а на морде — вселенская мука. Да, пешком он просто не дойдет. Ругнувшись, я попыталась уменьшить осла в размере. Раза с третьего мне это удалось, и я усадила животину в телегу.

И в этот момент раздался вопль. Подняв голову, я увидела, как в противоположную от меня сторону улетает иллюзия дракона, держа в лапах три бессознательных тела!

Боги! Я это сделала!

Я ясно могла представить себе, как иллюзорный генерал поднимается в повозке, трансформируется в дракона. Поток магии, который я заложила, наконец входит в полную силу. Повозка разрывается, и огромный зверь, на глазах у изумленных солдат, расправляет крылья и улетает, прихватив с собой остальных пленников.

Что ж! Побег удался! Пока феорильцы будут в панике пытаться догнать дракона, они покинут деревню, не спалив её дотла. Пока феорильцы будут уверены, что дракон сбежал сам, мы спокойно пересечем оккупированную территорию с разрешением от самого капитана Брастулы.

Все получится. И пускай я маг недоучка, пусть я стара, но я могу заглядывать в будущее. А это — самое сильное оружие! Оно и вера.

Глава 3

Пленники

Весь день я ехала, не останавливаясь на отдых и стараясь держаться как можно ближе к лесу. Фергус шагал вперед, таща телегу без особого энтузиазма, медленно переставляя копыта, словно он размышлял о том, как ему не хватает уютного загона и вкусного сена. И лишь уже в сумерках, когда темнота сделала дальнейшее путешествие невозможным, позволила себе завести телегу с Фергусом в чащу леса и устроить небольшой привал. Нужно было поесть и осмотреть спутников.

Место было неплохое — просека, усеянная пнями, уже просохшая от сезона весенних дождей. Я слезла с козел и распрягла Фергуса. Ласково поглаживая коня, протерла его тряпкой, в особенности те места, где уздечка и вожжи соприкасались с телом. Конь благодарно фыркал и тыкал мокрым носом мне в лицо.

— Я тоже тебя люблю, лакомка! — проговорила я коню, доставая из кармана яблоко. Заслужил.

Стреноживать его я не стала, пуская коня поискать траву посочнее. Фергус обрывал листья с деревьев, пережевывал сушняк и негромко фыркал. Ручья поблизости не оказалось, и я налила коню воду из бочки в старое деревянное корыто и оставила на земле.

Осел спускаться с телеги не захотел категорически. Я тянула за уздечку, пытаясь заставить его хотя бы встать, но старый пень уперся и даже не соизволил приподнять свою тушу. Ворча, я сделала пас руками, и небольшая искра разгорелась прямо под крупом животного. Не опасно, но эффективно. Громко заревев, Эф все-таки поднялся на ноги.

— Да не трясись ты, скотина! Помогу я тебе спуститься!

Оказавшись с моей помощью на земле, осел еще раз громко заревел, а потом попытался укусить меня за пальцы. Получив по морде, Эф потряс головой и попятился от меня. Осла я привязала к телеге, недалеко от корыта, чтобы и он мог попить.

По-хорошему, бросить бы его на ближайшем постоялом дворе. От осла было куда больше проблем, чем пользы, но жалость не позволила. Если не съедят, то ухаживать с такой любовью, как ухаживала за ним моя соседка Дафне, точно не станут.

Возле телеги я развела костер и поставила котел с водой, бросив в нее сухих трав и крупы на ужин. Пока варилась каша, я вытерла руки о тряпицу и полезла в сжатое пространство.

В комнате было темно, как в колодце. С собой в кармане у меня была лучина и несколько свечей из жира. С третьей попытки удалось зажечь огонь на лучине, и я осмотрелась.

Осмотр я решила начать с лейтенанта. Их звание легко можно было угадать по татуировкам на тыльной стороне ладони. Молодой, высокий, как каланча, парень едва ли старше двадцати. Пепельного цвета волосы перепачкались в крови. Щеку украшали ряд из четырех маленьких родинок. В народе про таких говорили — удача тебя поцеловала. Тонкие аристократичные запястья, длинные пальцы. У него была внешность скорее поэта или музыканта, чем солдата.

Кряхтя, я с трудом опустилась возле его палатьев, разрезав то, что осталось от рубахи. Следом последовали штаны. На плече был вывихнут сустав, несколько мелких и крупных порезов, на ноге — загноившаяся рана от удара штыком. Жар определенно был, но еще не лихорадка. Уже неплохо.

Сустав я вправила магией. В сундуке с зельями удалось найти разбавленный кислотный яд наземкуса, и я щедро обработала им раны. Кровь пузырилась, стекая вместе с гноем по телу. Запах стоял непередаваемый, мне оставалось только морщиться. Крючковатыми пальцами попыталась открыть склянку с мазью. Крышка поддалась только с третьего раза.

Лейтенанта я вертела, как кролика на жернове, но обработала все раны. Выглядеть молодой человек стал определенно лучше. Осталось лишь влить зелье из грибов от инфекции и температуры и тарелку бульона. Но нужно проверить, сможет ли глотать.

Открыв рот, я залила ему ложку зелья, и парень рефлекторно сглотнул. Отлично! Не захлебнешься. Маленькими порциями я влила в него зелье и тарелку с бульоном.

После чего мне захотелось только одного — сдохнуть! Желательно прямо сейчас!

Спина, суставы, мышцы нещадно болели и требовали отдыха. Хотелось есть и спать. Переворачивать мужское тело было невероятно тяжело.

Я присела рядом с лейтенантом, пытаясь унять дрожь в коленях и руках. Волосы растрепались и лезли в глаза и рот. Появилось жгучие желание колдонуть и сделать все проще и быстрее. Вот только сжатое пространство итак давило, а если добавить магии, то находиться внутри станет ещё сложнее.

Если я после одного так умаялась, то что будет после того, как я закончу со всеми? Нет. Плоховато я продумала данную часть плана. Плоховато.

Дальше пошёл картограф. С ним было проще, он видимо в самом бою не участвовал. Это был мужчина средних лет с тёмными волосами, среднего роста с крючковатым носом. Он был покрупнее всех остальных. Несколько мелких царапин. Их я обработала быстро и также накормила бульоном. Даже зелье давать не пришлось. Повезло тебе парень. Ты то как раз мне и поможешь, как очнешься.

В майоре я узнала Серана Флиуса, графа Горстана.