Серый орден - Сергей Джевага

— Кто такие? — проворчал Дормут, не отрывая взора от бумаги. Морочиться с пришлыми не хотелось, но порядок… м-да, и утреннее происшествие…

— Ты же читаешь, сержант, — презрительно изрек худой путник. Посмотрел сверху вниз, изогнул губы в холодной улыбке: — Грамотный?..

— Грамотней многих, — мрачно процедил Лэнс. Свернул подорожную, подбоченился. — Вы обязаны отвечать.

— Анджей Иск, — представился путник, кивнул на спутника: — Борл Иск. Везем конфискованный товар с восточной границы. Требую, чтобы нас пропустили.

— Почему верхом? — нарочито спокойно спросил старик. — Не могли с очередным обозом доставить? Что везете?..

— Товар затерялся в кладовых, — хмыкнул Анджей. — Сами знаете, как бывает. Не уследили. Нас отправили, чтобы восполнить недостачу. Сержант, мы государственные служащие. Я подам жалобу в мэри… в городской Совет.

— Угу, — пробормотал Лэнс, оставив нахальное заявление без внимания. — Жалуйтесь. А я стану выполнять предписание коменданта. Будете сидеть, пока не придет человек из Тайной Службы.

— Да как ты смеешь? — взъярился путник, схватился за кинжал. — Да я…

— Брат! — перебил худого оборотень. Воздел руку в примирительном жесте, нахмурился. — Помолчи, ради богов. У людей свои обязанности… Простите, сержант. Мы три дня в дороге, немного притомились. Если не возражаете, я предъявлю товар для досмотра.

Последняя фраза была сказана несколько иным тоном, адресовалась исключительно Дормуту. Лэнс чутко уловил намек, помедлил в сомнении: а не ослышался ли? Но столкнулся с ясным взглядом толстяка и неожиданно для себя коротко кивнул, направился обратно в сторожку. Борл снял один из тюков, тяжело спрыгнул со скакуна и пошел следом. Быстро сориентировался в полумраке, рванул завязки и вывалил на расшатанный стол содержимое.

«Ткань!» — с изумлением сообразил Лэнс. Прищурился, провел ладонью. Точно… хлопок отличной работы. С цветным узором, нарядный и красочный. Небывалая роскошь во времена, когда и самые зажиточные ходят в груботканых дерюгах.

— Мы спешим, сержант, — тихо, с нажимом произнес зверомаг.

— Понимаю… — хрипло ответил Дормут. Вновь недоверчиво потрогал полотно, судорожно сглотнул. Мрон, а ведь внучки сроду в таком не ходили… Старик быстро оглянулся и убедился, что лишних ушей рядом нет. Нервно потеребил усы, принял почти полузабытую игру: — Я при исполнении.

— Мы оба служащие, — доверительно сказал Борл, улыбнулся краешком губ.

— Но-о… — засомневался сержант.

— В реестре не значится количество рулонов, — торопливо заверил оборотень.

— Хм, куда-то печать заставы подевалась… — задумчиво пробормотал Лэнс. Отвернулся, словно выискивая что-то. Краем глаза заметил, что зверомаг наполняет тюк соломой с пола, почувствовал удовлетворение — свой мужик, из старичков. — Ах да, вот же она! Что ж, милейший, пойдемте обратно. Думаю, решим наш спор полюбовно.

— Несомненно, — ухмыльнулся путник. Закинул сверток на плечо, встал в дверях и с наслаждением вздохнул. Подождал, пока старик спрячет ткань под матрас, не спеша направился к лошади.

Стражники и спутник Борла встретили зверомага кислыми взглядами. Первые, очевидно, растеряли апломб после вмешательства начальника. Второй изображал гуляющего по парку вельможу, но наблюдал за происходящим с плохо скрываемой тревогой.

— В следующий раз потрудитесь проверять документы, — сухо изрек Дормут. Отдал оборотню подорожную, грозно нахмурился. — На первый раз прощаю. Поезжайте.

— Сержант! — подал голос старший воин и выпучил глаза в изумлении. — Но согласно предписанию…

— Мы каждую муху ловить будем? — сварливо осведомился Лэнс. — Товар в порядке, нарушение мелкое… Поезжайте!

Уверенность стражей окончательно поколебалась. Каждый прекрасно понимал, как может досадить злобный старый сержант. И потому после некоторых раздумий воины расступились, подняли копья. Борл ослепительно ухмыльнулся и не спеша прошел в ворота. Анджей поехал следом. Лицо непроницаемое, но в глазах светились недоумение пополам с удивлением.

Путники растворились среди домов и улиц, обратились в черные точки на фоне серых зданий и мостовой. Воины разошлись по местам, мгновенно забыли о происшествии. И лишь старый сержант продолжал смотреть на удаляющихся гостей Гента…

Странно, но после проделанного Дормут начал испытывать тревогу. Нет, не угрызения совести… подобное чувство чуждо стражу с сорокалетним опытом… именно тревогу. Борл показался смутно знакомым. Словно давным-давно Лэнс видел оборотня. Впрочем, старик тут же вспомнил о рулонах замечательного хлопка, спрятанных под матрацем. Мысли плавно перекинулись на способы незаметной доставки сокровища домой, беспокойство ушло в иное русло. Сержант махнул рукой, развернулся и пошел в сторожку. Внучки будут рады подарку, остальное чепуха.

— Ну и как ты умудрился договориться? — спросил Аш десять минут спустя, когда ворота остались далеко за спиной и путники остановились у ближайшей конюшни. — Взятку дал?

— Ори громче, — хмуро изрек зверомаг. Привязал мерина к столбу. Украдкой огляделся и скорчил злобную рожу. — А то нас как-то подозрительно долго не разоблачают. Эй, милейший! Подойдите, пожалуйста!..

Тох заприметил в проеме дверей худого пожилого мужчину в замызганной робе, поманил рукой. Конюх кивнул, лениво осведомился: «На постой?» Получив утвердительный ответ и серебряшку оплаты, выдал деревянные жетоны с номерами, увел скакунов прочь.

Братья скользнули в тихий переулок между обветшавшими домами с желтыми, выщербленными стенами, налегке двинулись к центру города. Старший Альен убедился, что поблизости никого, презрительно хмыкнул:

— Времена меняются, режимы правления… а продажные защитники закона неистребимы. Вот потому скифрцы и взяли Лугар…

— Ты когда-нибудь угомонишься? — устало проворчал оборотень. — Не на прогулке ведь. А насчет продажности… поверь, если бы я предложил деньги, мы бы уже сидели в яме.

— Да ну? — с сомнением пробормотал Аш.

— Точно, — серьезно кивнул Тох, неопределенно махнул рукой. — Оглядись! Ты уверен, что понимаешь, что происходит? Народ на грани. Пока ты в графской постельке нежился, тут людей хоронили после осады. А потом после двух эпидемий чумы подряд, голода и еще нескольких мелких набегов окранцев. Я не зря ткань из тайника достал, сейчас и грубый лен на вес серебра. А о шелке вовсе позабыли…

— «Нежился»… — фыркнул старший Альен. — Ты бы в том омуте поплескался. Что ни день, новые проблемы…

Лицо Аша осталось непроницаемым, но взгляд цепко пробежался по улице. Солнце весело сверкало в маленьких лужицах, что приютились в частых выемках мостовой, свет лился с неба знойным дождем. Легкий ветерок сбивал со ставен и растрескавшихся стен сухие чешуйки краски. Несколько окон на верхних этажах оказались забиты наглухо, чуть поодаль мрачно возвышался сгоревший дом. Ближайший садик одичал, зарос хмелем и диким виноградом, превратился в глухую чащу…