Книга без переплета - Инна Гарина

— Я остаюсь, — сказал он хриплым голосом и откашлялся.

Это был пожилой лысоватый человек невысокого роста с ястребиным носом и узким тонкогубым ртом. Он сунул руки в карманы и с вызовом обвел взглядом остальных членов компании. Те резко повернулись к нему.

— Почему? — с недоумением спросил высокий молодой красавец со светлыми волосами до плеч. — Что случилось, Доркин?

— И ты еще спрашиваешь, Лен? — тот, кого назвали Доркином, вскинул голову еще выше. — Что я скажу своему королю?

— А мы что скажем?

Третий мужчина, старик с окладистой седой бородой, укоризненно покачал головой.

— Так не годится, Баламут. Вместе делали дело, вместе и ответ держать.

— Я не об этом, — сказал Доркин и умолк.

Некоторое время все молчали, словно ожидая чего-то. Потом заговорила женщина, возраст которой было невозможно определить, а внешность была такова, что второй раз ей в лицо смотреть не хотелось:

— Не будем терять время. Король ждет. Если он хочет остаться, пусть остается.

Она вытянула перед собою руку с кубиком.

— Подожди, Де Вайле, — торопливо сказал молодой блондин. — Как же он… как же ты останешься, Баламут? Без всякой защиты и помощи… и как ты вернешься домой?

— Я не вернусь. Один, во всяком случае.

— Пусть остается, — нетерпеливо повторила женщина. — Одним шутом на свете больше, одним меньше — какая разница? Идемте же!

Тут вмешался старик.

— Не злись, Де Вайле. Я и сам сначала не так его понял. Но Доркин не трус. Король доверяет ему больше, чем нам вместе взятым. Каково ему будет глядеть в глаза…

— Не лезь в мою душу, Гиб Гэлах, — оскалился тот, кого назвали Баламутом. — Я не просил тебя об этом. Идите и оставьте меня. Я не собираюсь сдаваться.

Взгляды троих его спутников приковались к нему одинаково напряженно, но с разным выражением. Женщина смотрела чуть ли не с ненавистью. Молодой как будто колебался, не остаться ли и ему тоже. А глаза старика вдруг стали вдохновенно-отрешенными, словно он глядел сквозь Доркина в неведомое темное будущее. Доркин же отвечал им взглядом, полным насмешливого вызова.

— Пусть будет так, — сказал наконец старик. — Может статься, тебе повезет. Во всяком случае, я вижу помощника и друга, он недалеко. Удачи тебе. Прощай.

Вызов в глазах Доркина угас. Он прищурился, криво усмехнулся.

— Спасибо. Прощайте.

Блондин крепко пожал ему руку, а женщина отвернулась. Еще мгновение они стояли перед ним, а затем, повернувшись, вошли в ближайшую подворотню. В руке Де Вайле ослепительно воссиял стеклянный кубик, озарив молнией каменные стены, и все трое исчезли с глаз, как не бывали.

* * *

За околицей пограничной деревушки их ждали оседланные лошади, которых стерег малолетний сынишка пастуха. Отказавшись от четвертой лошади и расплатившись с мальчуганом, двое мужчин и женщина вскочили в седла и стремительным галопом понеслись прочь от границы навстречу медленно занимающейся утренней заре.

Они скакали без отдыха двое суток, лишь несколько раз меняли лошадей на постоялых дворах и пользовались этими краткими минутами, чтобы немного подкрепиться. На рассвете третьего дня они прибыли в столицу Айрелойна. Подъехав к королевскому дворцу, спешились, и старик показал страже перстень, который был у него на руке. Все трое, будучи незамедлительно пропущены, поднялись по парадной лестнице и направились к королевским покоям. Они нигде не задерживались, коротко кивая в ответ на приветствия придворных, словно торопились покончить наконец с тягостной обязанностью и принять заслуженный приговор.

Король Фенвик прервал военный совет, едва только к нему подошел стражник с заветным перстнем в руке. Он велел собравшимся ждать и почти бегом вышел из зала через боковую дверь. Там, в маленьком кабинете для конфиденциальных встреч он увидел своих посланцев и, не здороваясь, спросил:

— Где?

Посланцы низко опустили головы. Затем старик выступил вперед и, не поднимая глаз, заговорил:

— Мой господин… наша миссия не увенчалась успехом. Мы выследили даморов и переловили их всех по одному. Ни при ком из них не оказалось талисмана, и никто из них не сказал нам, где они спрятали принцессу. Последний, Магид — один из торговых советников короля Дамора — смеялся над нами, умирая. Он принял яд, чтобы не достаться нам живым.

Король Айрелойна, русобородый великан богатырского сложения, зажмурился, словно от сильной боли.

— Как это может быть, — сказал он сквозь зубы. — Они не могли…

— Мой господин, — поспешно перебил его Гиб Гэлах, — мы считаем, что нам известны не все члены предательской группировки. Кто-то из них еще жив и владеет талисманом и принцессой. Ведь кто-то же должен попользоваться плодами заговора, иначе вся их затея теряет смысл!

— И что ты думаешь по этому поводу? — глухо спросил король.

— Я полагаю, что глава заговора пребывает в Даморе.

— И кто же это?

Старик развел руками.

— Нужно опять засылать в Дамор наших людей…

Король устремил на него тяжелый взгляд.

— Как ты представляешь себе это, Гиб Гэлах? Ты, провидец! Война начнется не сегодня завтра, и, боюсь, это будет последняя наша война с Дамором. Король Редрик никогда не отличался миролюбивым нравом, а сейчас к тому же право на его стороне. Мы нарушили договор, и кто, скажи на милость, сможет убедить его в том, что это не наша вина? Где у нас доказательства, что принцессу Маэлиналь и талисман похитили его же люди? Он знает одно — мы не сдержали слова. О каких лазутчиках ты говоришь? Я каждый день с ужасом жду, что он пришлет мне головы моих послов в качестве вызова. И это будет конец всему. А моя дочь…

Король вдруг осекся.

— Где Баламут? Он что… погиб?

— Нет, мой господин. Он… Вопреки очевидной безнадежности, он решил продолжать поиски в том мире. Но мы уверены, что принцессы там нет…

— Что? Он остался там?!

— Да.

— Чтоб вы провалились! — в сердцах сказал король и ударил кулаком по столу. — Единственный, кто мне нужен среди этого стада баранов… отправляйтесь за ним! Верните его! Скажите ему, что поздно уже искать мою девочку… надо спасать королевство!

— Государь, — нервно заговорил молодой блондин, — боюсь, мы уже не сможем найти его там. Этот мир… мы побывали всего лишь в одном городе, но там было страшнее, чем в самых глухих окраинных дебрях Данелойна!..

— Я ничего не хочу знать, — угрожающе сказал король. — Верните мне Доркина или сгиньте сами. Все твои песни, Лен, и все твои прорицанья, Гиб Гэлах, и все твои колдовские чары, Де Вайле, не стоят одного его мудрого совета! И если королевству айров суждена гибель в этой последней войне, я хочу, чтобы Доркин сражался рядом со мною и чтобы именно он закрыл мне глаза!