В комплекте - двое. Замена состава - Галина Долгова

— Почему глуши? Вполне цивилизованное общество, просто, к своему счастью, с вами не знакомое.

— Нэя! — Резкий выкрик Хаса остановил поток глупостей и привел меня в чувство.

Все правильно, не стоит лезть на рожон. Не время и не место, но уязвленную гордость с ходу не успокоишь.

— Простите. — Я покаянно опустила голову. — Не хотела никого обидеть, я действительно не особо осведомлена о Даагонских, и ваша уверенность, что эльфы спокойно допустят нас в свои земли, кажется странной.

— Хорошо, забудем, — кивнул Фарт, хотя я видела, что эти слова он еле выдавил из себя. Кажется, он тоже понимал, что ссориться не следует. — Итак, мы договорились?

— Хорошо, — повторил Рас. — Тогда давайте обговорим условия. Итак, — он хмыкнул, — мы все вместе направляемся к эльфам, в столицу, где Нэялин решает свои дела, а лорды подтверждают свое право на посещение оракула, следовательно, нам надо выйти на Изумрудную дорогу. После подтверждения права господа Даагонские убеждают эльфов пропустить нас на Лотосовый путь, и мы едем к оракулу. Все вместе! После этого дружно направляемся к границе. А за пределами Вечного Леса уже решаем, что делать дальше. Ну как? Всех устраивает такое решение?

— Да. — Я и Даагонские кивнули одновременно.

— Отлично. Тогда, думаю, господа маги не откажутся скрепить договор магией? — по-кошачьи улыбнулся Рас и выразительно посмотрел на братцев.

— Не откажемся, — твердо ответил Арт и первым вытянул руку вперед.

В ту же секунду на его ладони появился трепещущий голубоватый огонек, который под взглядом Арта разгорался все сильнее. Как только сияние стало нестерпимым, к брату подсел Фартрейд и повторил процедуру, только на его ладони огонек был зеленоватым. Очень осторожно, словно боясь стряхнуть огоньки, они соединили ладони, и сияние слилось, став целостным.

— Мы, Артвирт Аль-Шион Даагонский и Фартрейд Аль-Шион Даагонский, клянемся соблюдать все условия, что были оговорены только что, при выполнении договора другой стороной. Срок действия — выход из земель эльфов, — тихо и напевно произнес Фартрейд.

— Я, Расхарт, командир отряда наемников, клянусь выполнить оговоренные условия договора, если не будет нарушений с другой стороны. Срок действия — выход из земель эльфов. — И Расхарт спокойно вложил ладонь в мерцающее пламя.

— Нэялин, — Артвирт посмотрел на меня, — теперь твоя очередь.

Я удивленно вскинула брови. А следом пришел страх — не проявится ли тут внезапно третий огонек. Я все-таки тоже Даагонская, а вдруг как вспыхнет еще пламя? И ладно если оно будет черным, а как еще и красным полыхнет? Ну уж нет! Я так подставляться не собираюсь!

— Нэя, введи ладонь в огонь. Не бойся, — подбодрил меня Фарт.

— Зачем? — Я легко пожала плечами. — Я к вашему договору не имею никакого отношения. У меня договор с Расхартом, а не с вами, так что мне нет смысла вклиниваться в эту клятву.

— Я тоже считаю, что Нэе нет смысла быть третьей стороной в клятве, — неожиданно поддержал меня Хас.

Я только и смогла, что похлопать ресницами, но серьезный взгляд наемника отбил всякое желание расспрашивать о причинах его поступка. Помог, и спасибо. Боюсь, я еще и сама не готова услышать его мысли насчет меня. Однако его слова оказались решающими. Кивнув в знак согласия, Рас повернулся к Даагонским и закончил клятву. Огонь вспыхнул, на секунду полностью скрыв руки мужчин, а потом так же внезапно потух, как будто бы ничего и не было. Только на внутренней стороне ладони у каждого медленно таял серебристый круг с пробивающей его молнией.

— Ну вот и хорошо, — улыбнулся Хас. — Теперь, думаю, можно отдохнуть.

Утро встретило меня холодом и мелко моросящим дождиком. Поморщившись от мгновенно пробравшей до костей сырости, я все же усилием воли заставила себя встать и огляделась.

В предрассветной туманной дымке догорал костер, еле-еле поддерживаемый одним из наемников, уже порядком клюющим носом. Серое небо давило, вызывая одно желание — спрятаться в теплом доме и не вылезать еще долгие-долгие часы, сладко нежась под пуховой периной. Совсем некстати вспомнился родной дом, где я могла себе это позволить, и пришло четкое осознание, что такая романтика дороги явно не для меня. С тоской навалилось понимание, что я хочу свой дом, постоянный и хороший заработок, а еще семью — мужа и детей. И в этом видении будущего перед глазами представал совсем не роскошный замок Даагонских, а уютный двухэтажный домик с коврами и камином. А еще стало абсолютно ясно, что Расхарт в эту картину мира совсем не вписывается…

Отогнав нелепые мысли, я встряхнула головой и потопала к ручью. Ледяная вода тут же взбодрила меня, при этом заморозив окончательно, и, дрожа, я побежала обратно, мечтая только о чашке горячего чая. Но приготовить его себе просто не смогла. У меня зуб на зуб не попадал, и я закуталась в одеяло, пытаясь хоть немного согреться.

— Держи, — раздался над головой тихий шепот, и перед глазами появилась кружка с дымящимся чаем.

— Спасибо. — Я взглянула на своего спасителя и удивленно захлопала ресницами, пытаясь понять, не снится ли мне это.

— Да не за что, — фыркнул Арт. — Ты так дрожишь, что стук твоих зубов перебудил, кажется, весь лагерь.

— Холодно. — Я попыталась пожать плечами, грея руки о кружку и абсолютно не представляя, как себя с ним вести. — А ты чего не спишь?

— Выспался, — буркнул он. — А ты?

— Аналогично.

Я замолчала, он тоже не был склонен продолжать беседу. Не знаю, сколько мы так просидели, но я почувствовала, как постепенно меня отпускает. Согревшись, я почувствовала себя значительно лучше и даже решила пойти заняться чем-нибудь полезным.

— Ты куда? — удивленно спросил Артвирт.

— Воды принесу. Надо завтрак приготовить.

— Давай, — из моих рук выхватили ведро, — сам принесу. Нечего девушке тяжести таскать. А ты пока начинай завтрак готовить.

И он бодрым шагом направился к ручью.

Ну надо же… Вот уж не ожидала, что он предложит свою помощь. Да еще и сам вызовется поработать! Как-то Артвирт у меня ассоциируется исключительно с изнеженным сибаритом, а не с добровольным помощником нуждающимся.

— Как тебе удалось припахать моего братца? — насмешливо осведомились за моей спиной.

— Он сам вызвался, — обернувшись, пожала плечами я.

— Ничего себе… — задумчиво пробормотал Фартрейд и съехидничал: — Только ты не особо на него рассчитывай.

— В смысле?

— Он женат.

Это было сказано таким тоном…

— И что? Я помню, ты тоже женат, — усмехнулась я, подумав, что как раз именно я и могу рассчитывать.

— А то, что он никогда не оставит свою жену, и максимум на что ты можешь претендовать — это быть его любовницей.

— Он так любит ее? — Мне вдруг стало интересно.