Звездный десант - Василий Орехов

Глам ворвался в апартаменты как вихрь. Яростно отбросил с пути некстати подвернувшееся под ноги кресло, сорвал с себя пиджак, швырнул его на диван. Уперся лбом в поляризованное стекло окна и замер, свирепо двигая желваками и глядя в никуда.

— Как все прошло?

Вопрос, невинным тоном заданный Джулией, определенно был лишним. Глядя на перекошенное от бешенства лицо Саггети, можно было с уверенностью сказать: все прошло препаршиво.

— Они потребовали Тунтаун, Шелбивиль и Спрингфилд! — с ненавистью процедил Глам. — Они потребовали мою долю в производстве бромикана и в игорных заведениях Огденвиля. Они обложили меня со всех сторон!..

Если бы Глам молниеносно обернулся, он, возможно, успел бы заметить на лице подруги легкий оттенок удовлетворения, словно все происходило в соответствии с ее расчетами. Хотя вряд ли: Джулия мгновенно справилась с собой и изобразила искреннюю гримаску участливого сожаления.

— Господи, эти люди никак не хотят оставить нас в покое! — Она привычно прильнула к нему сзади, ласково обхватила руками.

Глам устало прикрыл глаза. Джулия была его тихой гаванью, его талисманом, его женщиной, которой он безмерно доверял. Обычно самые удачные планы и блестящие решения приходили ему в голову после общения с подругой. Он не понимал, как такое происходит, и ему в общем-то было все равно. Главное, что из ее глупой болтовни, из ее вздорного бабьего щебетания и бредней порой выкристаллизовывались крайне дельные мысли. Разумеется, сама она вряд ли сумела бы придать им законченную форму, для этого требовался Глам — серьезный мужчина и солидный босс, способный направить мозговой штурм подчиненных в нужную сторону, эффективно обработать накреативленный ими материал и собрать его в единый кулак.

— Они все против тебя, да? — мягко поинтересовалась Джулия. — Все эти напыщенные индюки, считающие себя хозяевами города?

— Не все, — нехотя проговорил Глам. — Мэннинг мне не враг… но и четверых остальных вполне хватит, чтобы с гарантией уничтожить наш бизнес и пустить нас по миру!

— А как бы поступил на твоем месте твой отец? — поинтересовалась Джулия. — Что должен сделать настоящий босс, чтобы отстоять свое достоинство и свой бизнес?

— Настоящий босс должен атаковать противника и уничтожить его прежде, чем тот сумеет причинить ему непоправимый ущерб, — тоскливо проговорил Глам. — Только в нашем случае это самоубийство. Против нас пять самых мощных семейств Тахомы…

— Четыре, — деликатно поправила Джулия. — Четыре семейства. Ты же сам сказал, что Мэннинг нам не враг. Знаешь, как говорил один древний мудрец: кто не против нас, тот с нами?

Глам передернул плечами.

— Нет, милая, — устало сказал он, — Мэннинг не с нами, он просто не против нас.

— Но ведь это же лучше, чем если бы он был против нас, правда?

— Конечно. Но…

— Если бы только можно было склонить его на нашу сторону! Наверное, это сразу изменило бы расклад сил.

— Это невозможно, любовь моя, — произнес Глам. — Хотя… Наверное, не так уж и невероятно заключить с кем-нибудь сепаратный договор. Бросить псам кусок мяса пожирнее… — Он задумался. — Совершенно не вижу, почему бы двум благородным донам не заключить мир на взаимовыгодных условиях. Тот же Мэннинг…

— Хотя ты же сам сказал, что он не с нами. Ему от нас ничего не надо. Чем ты сможешь его заинтересовать?

— Да, ты права, Мэннинг не годится. Может быть, Берковиц? — продолжал размышлять вслух Саггети. — Отдать ему эти чертовы казино, и пусть встанет между нами и Каперони…

— Старикашка, — сморщилась Джулия. — Как и Бенуцци, между прочим. Не люблю старикашек. Склероз, маразм… Неужели нам нельзя заключить этот самый, как его… паратный договор с кем-нибудь поадекватнее?

— Бенуцци определенно не годится, — кивнул Глам. — Я бы не стал и предлагать. Там слишком большой конфликт интересов. А Каперони возглавляет эту шайку стервятников после смерти Колхейна. Значит, остается Вагнер. — Он покачал головой. — Вагнер меня ненавидит.

— Нет такой ненависти, которую не могли бы перевесить хорошие барыши, — заметила Джулия.

— Верно, верно. — Саггети задумался. — И может быть, это реальный шанс…

Джулия едва заметно усмехнулась. На ум ей пришел диалог из одного старого ехидного мультика, в котором советник американского президента, злобный шулер, предложил туповатому главе государства на выбор пять решений возникшей кризисной проблемы:

— Выбираю третье.

— Попробуйте еще раз.

— Один.

— Больше.

— Пятерка.

— Это слишком много.

— Три.

— Это вы уже называли.

— Шесть.

— Тут нет шести!

— Два.

— Уверены?

— Четыре!

— Как скажете, сэр.

В общении с Гламом порой приходилось брать на вооружение методы мультяшного потенциального противника, чтобы добиться нужного Горностаям результата.

Отлипнув от окна, Глам вывернулся из объятий Джулии, подобрал свой брошенный пиджак и направился в ванную. Он уже вполне овладел собой, перед ним явно забрезжил свет в конце туннеля.