Чародол. Книга 1. Чародольский браслет - Наталья Щерба

Татьяна с детства считалась симпатичной: cветло-пепельный перелив волос, глаза необычайно яркого зеленого оттенка, курносый нос и пухлые губы немного детского очерка делали ее лицо милым и приятным. Ее жизнь складывалась из простых, но интересных дел: в основном это была учеба на разных курсах – от изучения английского до скалолазания, на которых она потихоньку искала свое дело, пользуясь деньгами хорошо зарабатывающих родителей, но все никак не находила. За добрый, приветливый нрав ее любили – рядом всегда были друзья и подружки. Да и с парнями проблем не было, разве что с Толиком, который почему-то не находил особой радости в активном времяпрепровождении, предпочитая приглашать свою девушку в рестораны или на пикники, где в окружении таких же, как он, занудных знакомых подолгу рассуждал о самых разных вещах, в которых абсолютно не разбирался.

Да, проблем особых не было, и четких целей тоже не было, и далеко идущих планов. Татьяне просто хотелось жить и радоваться. Как говорят: живи свободно, не мешая другим!

Но где-то глубоко внутри пряталось неясное ощущение, будто делает она что-то не так и жизнь ее идет не туда, неправильно, словно бы она чужую проживает, а своя без дела в чулане лежит… И ощущение это росло с каждым днем, и вот сегодня, в день получения наследства от загадочной прабабки, оно превратилось в полную уверенность – скоро все изменится.

Сундучок оказался прямоугольный, из темного дерева, с коваными уголками и резной, причудливо инкрустированной серебром крышкой. Узор на крышке изображал тонкие переплетения паутины с ползающими по ней пауками. У самого большого паука спинку заменял огромный и выпуклый мутно-желтоватый камень – по виду настоящий опал. Внутри камня светилась яркая солнечная искра, которая невольно приковывала к себе взгляд. Недолго думая, Татьяна нажала на камень, и крышка с легким щелчком отворилась.

– Откуда ты знала?! – В голосе Русланы сквозило искреннее потрясение. – Неужели прабабка успела рассказать, как он открывается?

Вопрос был непонятным, нелогичным, – ну когда бы она успела поговорить с усопшей родственницей? Но Татьяна даже не придала ему значения – все ее внимание было направлено на сундук и его содержимое.

Внутри сундука, обитого черным переливающимся бархатом, соседствовали моток зеленых шерстяных ниток, холщовый мешочек, перехваченный простой резинкой, и хрустальный флакон с темной жидкостью.

– А бабушка – шутница, – разочарованно протянула Татьяна, первым делом извлекая мешочек. Сняла тонкую резинку и вытащила нечто удивительное – браслет, выкованный из потемневшего от времени серебра.

– Шикарный! – Глаза у Русланки загорелись. – Дай поближе глянуть, а?

Но Татьяна покачала головой и надела браслет на левое запястье.

Украшение смотрелось превосходно: обвиваясь вокруг ее руки, грациозная ящерка кусала себя за хвост, поблескивая глазами-изумрудами.

– Смотри, тут еще что-то есть. – Руслана извлекла из мешочка лист бумаги, сложенный вчетверо. – На, держи.

Татьяна аккуратно развернула записку:

– «Милая Татьяна, – прочитала она вслух, – не знала ты раньше обо мне – оно и к лучшему. Но так сложились звезды над твоей головой, что придется тебе принять наш дар родовой, фамильную реликвию – браслет магический, чародейный, из поколения в поколение передаваемый. В браслете этом сила страшная, ведьминская, на жертве добровольной замешана. Как на руку его, повыше локтя, наденешь – дар и обретешь…»

Татьяна вытаращила глаза. Старушка, оказывается, того, немного не в себе была. Только сумасшедших в роду не хватало!

«…с самого рождения твой он, душенька, но так как шибко мы с твоей бабкой разругались, лишь сейчас клятву дарения приношу. Только регистрацию получить тебе надо бы у главного черта прикарпатского. Поэтому в ближайшее полнолуние слетай на шабаш – там тебе все расскажут. Для этого в полночь разденься донага, сядь на сундук, выпей вино-зелье из флакона хрустального да брось клубок перед собой. Как лунный свет на клубок попадет, крикни: «Эге-гей!», а дальше сама все поймешь. И напослед – счастья тебе всякого, ведьма. А браслет свой береги и никому не отдаривай».

Последние строки Татьяна дочитывала с растерянным выражением на лице.