Королева троллей - Джон Ворнхолт

— Откуда ты это знаешь? — не поверила Мохнашейка.

— А что же им еще остается? Ведь он будет королем, правда?

— Но никто не помнит, был ли у нас вообще король, — заметила Мохнашейка.

— Ну, не король — так волшебник, — уступила Смехотвора. — Однако я уверена, его все будут любить, а не ненавидеть.

— Что-то мне даже не верится, что речь идет о моем младшем братишке, — засомневалась Мохнашейка.

— Он настоящий герой, — возразила Смехотвора. — Его ждут великие дела!

— А что, если он не женится на тебе? — спросила Мохнашейка, хитро улыбаясь.

— Тогда он будет все равно, что тинный пудинг без червей! — воскликнула Смехотвора. — Он поступит совершенно неразумно. Ведь ему не обойтись без моих советов.

— По-моему, мой братец не слушает никого, кроме самого себя, — ответила Мохнашейка.

Внезапно Смехотвора остановилась и приложила руку к своему острому уху.

— Слышишь?

— Да, это шумит река. Должно быть, осталось идти еще часа два.

— Три, — поправил Чомп, приближаясь к ним. — И нужно добраться туда до темноты, так что шевелитесь.

Маленькие гномы сгибались и пыхтели под тяжестью своих инструментов, а путь все еще предстоял неблизкий. Наконец все увидели блеск холодной воды и легкий туман, поднимавшийся над ней. Солнце начало опускаться за холмы, делая тени длинными, словно извилистые корни. По берегу росли редкие деревья и кустарники. Все казалось застывшим и пожухлым… кроме каких-то теней, двигавшихся в тумане.

— Помните, — прошептал Чомп, — вы строители, а я ваш охранник.

Он вышел вперед и направился к видневшимся вдалеке фигурам. Те подняли оружие, но переговорив с Чомпом, успокоились. Он призывно помахал своим спутникам дубинкой, и те двинулись за ним.

Смехотвора увидела четырех больших огров и кого-то низкорослого, стоявшего на берегу реки и глядевшего в воду. К путникам приблизилась девушка-огр.

— Я Долгоноска, подруга Ролло, — представилась она. — Наверное, с Чомпом я сойду с ума, но мне сильно не хватает этого непутевого тролля. Послушайте, надо переправиться через реку как можно быстрее, иначе Череп пронюхает о нашей затее. Мы… скажем так: кое-что у него позаимствовали. Может быть, он уже гонится за нами, поэтому нужно перебраться на тот берег засветло.

— Как же мы переправимся без лошадей? — засомневалась Мохнашейка.

Долгоноска лязгнула клыками и глянула на бурные воды.

— Мы протянем через брод веревку и двинемся вдоль нее, взявшись за руки. Будет не слишком приятно, но тролли и огры достаточно высоки, чтобы проделать это. Вот только не знаю, что делать с гномами.

— Ты, кажется, говорила, что с вами летающий тролль, — заметил Чомп.

— Да, это один из тех, кто переправлялся вместе с Ролло. — Он, правда, ни разу не летал при мне, но все же увязался за нами. — И Долгоноска указала на одинокую фигуру, маячившую у воды.

— Кто это? — спросила Смехотвора, шагая вперед. Маленький тролль вынырнул из тумана и улыбнулся, демонстрируя кривые клыки:

— Не бойтесь, Филбум с вами!

— Ты же не умеешь летать! — воскликнула Мохнашейка. — Да и с обычной-то работой едва справляешься.

— Но я тренировался, — возразил он. — И разве вам не говорили, что я летал через реку?

— Но ведь не один, а с Ролло, — поправила Смехотвора.

— Но он после этого научился летать самостоятельно, не так ли? — ответил Филбум, не моргнув глазом. — Мы летали через реку, готовясь к полету через Великую Бездну. И у Ролло все получилось! Говорю же, я тренировался. В общем, обвяжите меня веревкой, и я доставлю ее на другой берег.

Он указал на противоположную сторону, которая была полностью затянута туманом. Виднелись лишь льдинки, плывшие по реке.

Комар выступил вперед и стал разматывать веревку.

— Я слыхал, что некоторые тролли умеют летать, и хочу увидеть одного из них! — Он быстро обернул веревкой Филбума, завязал ее узлом и так крепко затянул, что тролль рыгнул.

Филбум осмотрел веревку, потом окинул взглядом лица застывших в ожидании путников и сказал, потирая живот:

— Ладно. Хорошенько держите веревку… А то я вырву ее у вас из рук.

— Сомневаюсь, — ответил Чомп и скомандовал: — Давай же, пока не стемнело.

Тролль кивнул и шагнул в туман, который уже плыл над рекою, словно тина. Достигнув берега, он опустил голову и начал что-то бормотать, потом надул грудь, словно бочонок. Зрелище было довольно впечатляющим, и все остальные придвинулись поближе. Всем хотелось получше разглядеть, как Филбум полетит… или грохнется в студеную воду.

Наконец он поднял руки, словно крылья, и как будто воспарил в тумане. Потеряв его из виду, все остальные кинулись к самому берегу и услышали крик и громкий всплеск. Мощное течение чуть не вырвало веревку из рук Чомпа, но ее вовремя успели подхватить Долгоноска и Мохнашейка. Втроем они с трудом вытащили промокшего и дрожащего тролля из воды.

— К-к-как холодно, — выдавил он и свернулся в клубок.

— Что ж ты не полетел? — спросил Комар, наклоняясь и развязывая веревку.

— Т-т-ты же видел, что полетел, — ответил Филбум. — Примерно на метр.

Все покачали головами и переглянулись, а Смехотвора спросила:

— А ты коснулся дна?

— Да, но не смог удержать равновесия, — ответил тролль, содрогаясь. — Там, кажется, по пояс.

Наступила тишина. Все думали, что же делать дальше. Смехотвора услышала, как где-то в тумане зазвенело оружие, и обернулась одновременно с Чомпом.

Тот вовремя взмахнул дубинкой и успел отразить нападение здоровенного огра, вынырнувшего из тумана. Долгоноска и четверо остальных огров тоже выхватили оружие. К счастью, туман сбил нападавших с толку, и они не могли понять, где чужие, а где свои. После того как Чомп швырнул одного из них в ледяную воду, остальные двое кинулись прочь.

— Скорее! — крикнула Смехотвора. — Все хватайте гномов!

Сама она подхватила Комара, прежде чем тот успел сказать хоть слово, и кинулась в реку. Мохнашейка бросилась следом, сразу с двумя гномами на руках. И даже Филбум потащил одного гнома. Под звон оружия, доносившийся из тумана, тролли начали отчаянно бороться с течением.

— Смотри, не урони меня! — воскликнул Комар. Шум воды почти заглушал его голос.

— Держись крепче, — посоветовала Смехотвора. Гном неожиданно влез ей на плечи и обхватил за голову, зажав глаза и рот. Смехотвора куснула его, и он убрал одну руку. Но толку было мало, потому что Смехотвора видела лишь на метр перед собой. Тогда она стала ориентироваться по звукам боя.

Вскоре Смехотвора ощущала лишь пятки, упирающиеся ей в грудь, и страх, что собственные ноги подведут ее.