Шагнуть в неизвестность - Юрий Иванович

— Насколько я понял — вы из очень-очень дальнего далека? — Расплывчатое пожатие плеч. — Скорее всего, с Пимонских гор на восточной оконечности нашей империи? — Настороженное молчание, — И вы все — сестры? — Первый несмелый кивок, — И здесь в столице разыскиваете своего брата? — Сразу три синхронных кивка, — И зовут его Борей?

— Борис! — с надеждой в голосе воскликнула старшая красавица.

— Не знаю, может, у вас в горах его чуть по иному называют, но здесь он представился Бореем. Вот такого роста, — И хранитель ладонями показал высоту описываемого им парня, его худобу, а также обрисовал словами, как тот выглядит, почему так мал и в каком возрасте стал инвалидом при падении.

В конце этой сценки все девицы завизжали от восторга, запрыгали на месте, словно дикие козы, и чуть не полезли к ветерану целоваться. При этом они радостно восклицали, перебивая друг друга:

— Да, да!

— Это он!

— Борис! Борей!

— Где он!

— Нам надо его срочно увидеть!

— Быстрее!

А вот с того самого момента чем-то еще порадовать паломниц Крусту было нечем. Скорее наоборот. Только вот ни ему, ни остальным коллегам только истерик в самом Пантеоне не хватало. Поэтому он выставил правую ладонь вперед и стал строго шикать на расшумевшихся красавиц:

— Тихо! Тихо! Здесь нельзя так голосить! Остыньте! И если хотите знать, где Борей остановился…

— Хотим!

— Хотим!

— Хотим!

— …то следуйте за мной, я проведу. По счастливой случайности именно я и поселил Борея в южную пейчеру к своему старому приятелю Емляну. Э-э-э… может, помочь?

Он весьма удивился, как девицы лихо помогают друг дружке собраться, накинуть на спины рюкзаки, закрепить те оригинальными затяжками и ремнями и оправить широкополые плащи накидки. При этом жестами давая понять, что ни в какой помощи не нуждаются.

— Ладно, тогда идите за мной, выведу вас к выходу самой короткой дорогой. А уже там посмотрю для вас какого-нибудь провожатого до нужной пейчеры. Может, и сам проведу, если все спокойно.

Они уже вышли в зал, и зрачки у девушек забегали в глазницах с утроенной скоростью.

Опасаясь, что красавицы заработают косоглазие или споткнутся о встречных паломников, Круст немного снизил скорость.

— Что, еще здесь не были?

— Угу.

— Нуда, с самого утра вы как раз сюда по восточным анфиладам и успели добраться.

А здесь самые величественные залы.

Девицы шли за ним дисциплинированной цепочкой, рассматривая красоты выпученными глазами, и продолжали «угукать» от восторга. И от их реакции на увиденное в голову приходили вполне логичные мысли: «Кажется, они еще более дикие, чем их братец. Полдня шататься по Пантеону, отыскать пошлый, пусть и уникальный рисунок, но не слишком спешить в самые светлые и знаменитые залы — это уму непостижимо. И на расправу они скоры, кулаком готовы любого встречного приветить. Кстати, кто из них так любит драться? — Хранитель оглянулся, присматриваясь, с какой легкостью девушки продолжают движение с тяжеленными рюкзаками, — Выносливые! Похоже, они все обучены себя защищать с младенчества. Недаром Борей утверждал, что его сестры великие фехтовальщицы. По словам Мансаны, он и про злость сестричек упоминал. Хм! А ведь в пейчерах не трагедия со слезами может произойти, а фирменный скандал с побоищем. Попробуй таким дикаркам объясни, почему братца не уберегли! Да еще инвалида покалеченного. Придется и в самом деле лично вести их туда и уже на месте сделать так, чтобы не сразу вся правда раскрылась. Пусть они сами вначале денек обживутся, с дороги успокоятся, да и мы с Емляном их морально подготовим, момент должный выберем».

Вот с такими мыслями один из старших хранителей и привел паломниц к выходам из кургана. И уже там решил коротко переговорить с коллегами, предупреждая о своем отсутствии. Пока обменивался несколькими фразами, троица красавиц ушла вперед, остановилась на вершине лестницы, ведущей в город, и принялась с такой интенсивностью и восторгом обмениваться мнениями и впечатлениями о панораме, что совершенно забыла про чужие уши. Так что Крусту удалось довольно много подслушать и вполне сносно понять той жуткий горный выговор, которыми пользовались уроженки Пимонских гор.

— Это сказка! Я своим глазам не могу поверить!

— Одной себе я бы тоже не поверила! Хорошо, что нас трое!..

— И воздух! Вы чувствуете, какой он необычный?

— Да здесь все необычно! Кто бы мог подумать, что тут такие дома, стены…

— Да! Красотища!

— Только вот куда Борька подевался? — чуть не рычала от злости самая старшая девица, — Уж мог бы время рассчитать да нас встретить как положено!

— Ха! От таких красот у кого угодно мозги свихнутся, — фыркнула одна из сестриц, — Небось обо всем на свете забыл да по крепостным стенам лазит.

— Сомневаюсь, он стал более ответственный, — заступилась за брата третья девушка. — Скорее, он приболеть мог.

— Тогда его счастье! Иначе я ему рога обломаю! — пригрозила самая старшая сестра.

Услышав такое резкое и жутко негуманное высказывание, хранитель сочувственно поежился: «Ну и семейку имел парень».

Затем громко кашлянул, привлекая к себе внимание и опасаясь, чтобы его не обвинили в подслушивании:

— Ну вот, провожу вас лично, хотя времени мне выделили очень мало. Так что поторопимся!

Ему показалось хорошей идеей вымотать паломниц на последнем отрезке пути в южную пейчеру. Тогда агрессивность наверняка пойдет на убыль, и всяко легче будет с дикими горянками договориться, если они вдруг задумают затеять бучу.

Затея удалась лишь наполовину: девушки учащенно дышали после преодоления отрезка, но всех сил не растратили. Скорее, возникало подозрение, что они просто хорошенько разогрелись. Зато повезло в другом: Емлян оказался на месте. А уж старого боевого побратима он понимал с полуслова и с полу жеста.

— Принимай гостей! — еще не доходя до стойки, начал восклицать хранитель, — Тем более что Борей об их прибытии давно предупреждал. Вот, три его сестры. Прибыли сегодня с Пимонских гор. Думаю, что денек им вначале отдохнуть надо, успокоиться, а уже только потом вводить в курс дел и наших местных событий. Куда их будешь устраивать?

Владелец гостиницы степенно наклонил голову, рассматривая замерших красавиц, затем пригладил волосы над ушами и словно в раздумье стал перечислять:

— Могу дать номер с тремя кроватями, могу два отдельных, а могу и в комнату Борея пустить. Если хотят, пусть в его номере обустроятся, а дальше видно будет. Кровать там огромная. Но при желании и для каждой…

— Нет! — перебила его старшая сестра довольно решительно. — Заселяемся в его комнату. Пока.

— Тоже верно, — покивал Емлян, внимательно следя за мимикой стоящего чуть поодаль боевого побратима. — Можете и поспать с дальней дороги. Как вас зовут?