Секрет - Кэтрин Эпплгейт

— ЗДОРОВО! — завопил в ответ другой го­лос. — ДОЛЖЕН ЖЕ КТО-НИБУДЬ ИЗБА­ВИТЬСЯ ОТ ЭТИХ ТВАРЕЙ! НЕНАВИЖУ КРЫС!

Итак, их было двое. Двое мальчишек забра­лись в лабораторию. Наверняка для того, чтобы испортить или сломать что-то, пока никого нет.

Двое великанов — конечно, если сравнивать с нами.

Тени, громадные тени упали на нас. Воздух затрясся. Кто-то быстро приближался.

БАМ!

Стол затрясся, будто от землетрясения.

БАМ! БУХ!

Я прыгнула.

Крышка стола вздрогнула и застонала, ког­да на нее обрушился громадный кулак.

Я вдруг почувствовала, как мой лабиринт взмыл в воздух. Он дико раскачивался из сто­роны в сторону. То я видела его весь целиком, а то вдруг только одну стену или пол.

Кортни, выпав из него, шлепнулась на пол. И вот мы все втроем испуганно скорчились на столе.

— ВОН ОНИ! ДАВАЙ ШВАБРУ!

— Мамочки! — пискнула Рэчел.

— Беги! — закричала я.

ЧПОК! Что-то размером с пальму шмякну­лось о крышку стола. Мне не сразу удалось со­образить, что это всего-навсего швабра. Вер­нее, ее ручка. Швабра явно направлялась прямо к нам, а ее деревянная ручка была вдвое толще меня.

Я прыгнула. Крысы на вид не такие уж хо­рошие прыгуны, однако если очень надо, то прыгать они умеют.

Вверх! Прямо через ручку швабры. Рэчел первая, я за ней. Краем глаза я увидела, как Кор­тни бросилась в противоположную сторону.

Бежать… бежать… бежать! Рэчел и я мча­лись со скоростью ветра.

Вот уже и край стола!

Можно было подумать, что мы стоим на краю крыши четырехэтажного дома… или на крыле самолета! И нет времени взглянуть вниз! Нет времени даже подумать!

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Мы шлепнулись на пол как раз в то мгнове­ние, когда ручка швабры с треском ударила по тому самому месту, где мы только что стояли.

Полет, казалось, продолжался целую веч­ность. Это было немножко похоже на свобод­ное парение. А линолеум где-то далеко внизу похож был на землю, какой она кажется из окна самолета.

Я с силой врезалась в пол. Увы, мои коро­тенькие ножки не смогли самортизировать удар. Правда, пухлый живот и густой мех все-таки чуть-чуть приглушили его, и все равно на мгновение у меня перехватило дыхание.

Как только в голове у меня прояснилось, я поняла, что за нами больше никто не гонится. Оглядевшись, я увидела, что мальчишки загна­ли в угол бедняжку Кортни. И сейчас норови­ли ткнуть в нее ручкой от швабры.

— О боже! — простонала я. — Если все обойдет­ся, Джейк нас за это убьет!

— Я устала бегать, — пробормотала Рэчел. — Давай врежем им как следует!

В этом вся Рэчел! Только представьте — обе мы от кончика носа от кончика хвоста были едва лишь в фут длиной. И при этом она пред­лагала разделаться с двумя мальчишками рос­том с Годзиллу, причем так просто, будто это была самая естественная вещь на свете.

Но знаете что? Если честно, я тоже уже из­рядно набегалась. И к тому же не могла же я допустить, чтобы бедную Кортни убили, прав­да? Она для меня была не просто подопытным кроликом. Теперь мы уже почти сроднились.

Я подкралась к одному из них справа и зата­илась возле ноги толщиной со ствол красного дерева, разве что цвета она была другого — го­лубого. Мешковатая голубая джинсовая ткань покрывала ногу, словно кора.

— Интересно, ты думаешь о том же, что и я? — спросила Рэчел.

— Давай — прошептала я.—Я с тобой!

Мы ринулись вперед со всей скоростью, на которую были способны наши коротенькие крысиные ножки. Быстрее… еще быстрее! К счастью, крысы все-таки неплохие бегуны.

А теперь вверх. Я еще издали приметила уз­кую полоску кожи между краем штанов и нос­ками. И кинулась прямо к ней. Мои крохотные коготки чудесно цеплялись за ткань, и я без труда взлетела вверх, угодив прямо под край джинсов.

Было похоже на то, как если бы я попала в туннель. Грубая хлопчатобумажная ткань джинсов хлопала меня по спине и по голове. А под ней была мягкая человеческая плоть. Ос­калив зубы, я с наслаждением вонзила их в эту исполинскую ногу, повиснув на ней всей тяже­стью своего тела.

— А-А-А-АА-А-А-А-А-А-А-А-АА-А-А! Парень мгновенно потерял к Кортни вся­кий интерес.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А! ЭТА ТВАРЬ ПОЛЗЕТ ПО МНЕ! ОНА У МЕНЯ ПОД ШТАНАМИ! СБРОСЬ ЕЕ! СБРОСЬ ЕЕ С МЕНЯ!

— НЕ-Е-Е-Е-ЕТ! ОЙ-ОЙ-ОЙ! – завопил вто­рой.

«Значит, — подумала я, — Рэчел тоже броси­лась в атаку».

— Ура! — в восторге завизжала я, чувствуя, как он бешено трясет ногой. Сорвавшись с джинсов, я шлепнулась на пол, но при этом, пытаясь удержаться, пробороздила когтями дорожки на гладкой розовой коже. В страхе, что попаду ему под ноги, я старалась удержать­ся изо всех сил. А он, в свою очередь испугав­шись чуть ли не до полусмерти, прыгал и отча­янно тряс ногой.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А! А-А-А-А-А! А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

И вот мы какой-то кучей все вместе выско­чили из лаборатории. Скорее, скорее прочь отсюда. Мы с Рэчел мчались по коридору, а сле­дом, визжа и отчаянно завывая, топали пере­пуганные насмерть мальчишки.

Наконец я пулей вылетела за порог. Послед­нее, что я видела, это как они в ужасе улепетывают со всех ног.

Увы, больше я так никогда и не видела Кортни. Наверное, она нашла себе новое приста­нище — скорее всего, где-то в школе.

«Ну и ладно, — подумала я, — зато теперь я по крайней мере знаю, почему она никак не могла отыскать выход из лабиринта».

Рэчел и я, подыскав спокойное местечко, вернули себе прежний облик. А потом отпра­вились к ней домой и устроили нечто вроде циркового представления для ее младшей сес­тренки. Словом, все как обычно.