Пираты. Книга 3. Остров Моаи - Игорь Пронин

Прячась за скалами и кустарником, обмениваясь знаками, мы бесшумно приблизились к костерку и обнаружили, что прятались совершенно напрасно. Два юных олуха, Джон Мак-Гиннис и Роберт Летбридж, сидели друг напротив друга и жарили на прутиках свежую рыбу, совершенно не интересуясь окружающим. Я подошел ближе и покашлял, чтобы они хоть за пистолеты схватились.

— Ты жив? — без особой радости удивился Джон. — Значит, Басим опять солгал.

— Эка невидаль: Басим солгал! — Я присел у костра. — Это Ли, мой новый знакомый, участник вчерашнего десанта и единственный оставшийся в живых. То есть, конечно, не вчерашнего, а…

— Где мы, Клод?! — Роб с сердцах швырнул рыбу в огонь, и голодный китаец, сидевший рядом на корточках, тут же выхватил ее из костра. — Мы смотрели на берег, когда вдруг — бац! — другой сезон, вся растительность изменилась, облачность исчезла… Случись это ночью, мы бы и не поняли ничего! Ты перенес нас? Мы в своем времени?

— Не совсем так, Роб. Даже совсем не так, — вынужден был признать я. — Хотел, но не получилось. Нас перенес Моаи, и теперь мы в 1774 году. Еще новости: мы служим этому Ледяному Шайтану, хотя выглядит он как… Густой суп из чего-то совершенно несъедобного. Наша задача — отразить атаку клана Западных.

— Как Моаи может знать, что атака будет в этом году? — удивился рассудительный Джон. — Если он владеет самим временем и знает будущее, то должен быть вообще неуязвим!

— Значит, знает, да не все. Поверь, Джонни, я мечтал узнать, кто такой Моаи, в чем его сила, но теперь оставил эту мысль. Басим иногда не врет — это непостижимая тварь, похожая на людей куда меньше, чем Прозрачные. — Мне поесть не предложили, и, глядя на счастливого Ли, я сам забрал еду у Джона. — Кстати, об атаке Западных. Я думаю, это и есть твой капитан Джеймс Кук, которого ты должен здесь встретить, чтобы отдать дельфина. Ты рад?

— Был бы рад, если бы Кристин была рядом. Но мы ее так и не нашли…

— Зачем ты ему рассказываешь? — возмутился Роб. — Он про нее даже не спросил!

— Сам догадался. — Так оно и было. Кристин не отпустила бы их одних. — Все может быть весьма скверно, парни. Моаи говорил о перенесении корабля. Если Кристин не было на борту, она могла остаться там.

— Тогда идем к Моаи, и пусть вернет нас к ней! — не унимался Роберт. — Что ты сидишь?! Она из-за тебя стала невидимкой!

— Ты иногда думай, что говоришь, — посоветовал я. — Мы ушли в будущее примерно на три года. Кристин вполне могла провести их на острове, и тогда она может быть где-то здесь. Вот только где… Остров маленький, да пещеры на нем необычные. Бродить можно всю жизнь.

Мы помолчали, и я смог наконец поесть. Ли, отшвырнув обглоданный хребет рыбины, улегся на теплые камни и беспечно посасывал травинку.

— А еще Кристин выкрала дельфина. — вдруг сказал угрюмый Джон. — Больше некому. Когда ты ушел, он еще оставался со мной, а когда поднялись на борт, его уже не было. Зачем? Чтобы я не отдал его Куку? Выходит, она мне не доверяет.

— Доверяет, — успокоил я его. — Просто сочла нужным до времени припрятать полезную вещь. Или, может быть, он зачем-то понадобился ей самой. Остров-то маленький, от моря далеко не уйдешь — возможно, дельфин по-прежнему приносит удачу и на суше. Странно, что я сам об этом не подумал. Кроме того, она назначила тебя временным капитаном, куда уж больше доверять. Только вот где корабль и почему ты не на нем, капитан?

— Какой я капитан? — Он с тоской посмотрел на рыбу, которую я доедал, но я сделал вид, что не замечаю. — Видишь вон там островок? «Ла Навидад» за ним. С гор его прекрасно видно, но другого укрытия мы не нашли. А за старшего я оставил Моррисона. Моник сбежала, и мы пошли искать ее. И Кристин, конечно… Безуспешно.

— И это хорошо, — вдруг сказал молчавший до того Ли. — Если бы вы нашли эту Моник, она бы вас сама зажарила на этом костерке. Красивая женщина!

С минуту мы трое молча смотрели на Ли. Он занервничал.

— А что такого? Она не женщина, что ли?

— Женщина, — сказал ему Роб. — Только ты или держись от нее подальше, или держись подальше от нас.

— Ну, Моник в чем-то можно понять… — замямлил Джон, который когда-то сам был влюблен в Моник. — Она многое пережила, а теперь ей очень хочется попасть в двадцатый век. Возможно, она пошла просить об этом Моаи…

— Басим! — Я вскочил. — Басим не расколдован? Он по-прежнему не может двигаться?

— Часа три назад, когда мы сходили на берег, все еще не мог.

— Это было после перенесения во времени?

— Не меньше, чем через час! Из-за того что остров вдруг изменился, мы не сразу заметили пропажу Моник. Уходя, сам проверил Басима — руки и ноги холодные как лед. Но Моррисон его еще и связал, просто на всякий случай, — успокоил меня Джон. — Бартоломеу только бесится. Ты же знаешь: он ненавидит араба, хочет отомстить. Я запретил.

— Ну вот, а сколько от меня добивался, чтобы я с ним покончил!

— Теперь-то он безопасен, — неуверенно предположил шотландец. — И потом… Все опять изменилось!

— Вечереет, — заметил Ли. — Я бы себя спокойнее чувствовал на корабле, а вы?

Никто ему не ответил, но еще четверть часа спустя мы стали собираться. Искать Кристин ночью было еще глупее, чем днем. Шлюпку парни притопили у берега, наивно полагая, что таким образом ее «спрятали». Вычерпывая со всеми воду, я мысленно чертыхался: в сущности, они ведь еще дети, да и выросли не на море! Надолго оставить на их попечение корабль — большая глупость. Но «Ла Навидад» — родной дом Кристин. Если она не осталась в прошлом и не потеряла нас из виду, то должна постоянно быть где-то рядом.

— Кристин! — крикнул я в сторону берега, когда мы отчаливали. — Если ты здесь, то просто дай нам какой-нибудь знак! Это важно!

Весь путь к кораблю, работая веслами, мы смотрели на остров. Но никакого сигнала не получили. Поднявшись на борт не в самом радужном настроении, я первым делом проверил Басима. Благодаря предусмотрительности боцмана беспокоиться было не о чем — веревки надежно стягивали оледеневшие руки и ноги корсара. Точнее сказать, теперь, когда Моник не было на корабле, беспокоиться было не о чем. Разве что о Бартоломеу — португалец хвостом ходил за боцманом, уговаривая прикончить убийцу своих друзей.

— Хоть ты ему объясни, зачем Басим нам нужен живым! — взмолился, завидев меня, Моррисон. — Потому что я этого сам не знаю!

— Да я уже тоже не могу понять, зачем, — ответил я так, чтобы араб слышал. — Но о нем еще будет время подумать. Пока я должен сообщить команде новости.

Джон стиснул зубы. Конечно, он предпочел бы умолчать о том задании, которое дал нам всем Моаи. В глазах шотландца нападение на корабль Кука было тягчайшим преступлением перед всем человечеством. Вот же странный парень! Но в противном случае Моаи угрожал нам смертью, и я счел нужным, чтобы ребята это знали. Выслушав меня, пираты помолчали, а потом отошли на бак посоветоваться. Нас с Джоном и Робом не позвали — негласно мы считались помощниками капитана и выступали на ее стороне. Наконец, почесывая рыжий затылок, на мостик поднялся Моррисон.