Двойник для шута - Виктория Угрюмова

Человек в серебряной маске стиснул зубы и глухо застонал.

Он ясно видел, как его лицо объедают полосатые яркие рыбешки с огромными спинными плавниками, похожими на перья, и ему стало жутко.

Он дернулся в бассейне, и загустевшая, остывшая жидкость, кое-где взявшаяся комками, выплеснулась через край.

Иногда кровь все же сворачивалась, невзирая на испытанные средства, которые добавляли в нее, чтобы сохранить свежей в течение нескольких часов.

Сиварда Ру и герцога Аластера срочно вытребовали из-за праздничного стола. Гвардеец подошел к ним неслышно, наклонился над ухом своего командира и сказал всего несколько слов, после чего герцог Дембийский осторожно тронул сидящего рядом Сиварда за рукав и незаметно покинул собравшихся. Одноглазый последовал за ним, все еще сжимая в руке свиную ножку, с которой капал упоительный соус. Расстаться с этой добычей у начальника Тайной службы не было сил.

Пиршество было в самом разгаре. Музыканты превзошли сами себя, исполняя одну прекрасную мелодию за другой. На свободной от столов половине зала кружились в медленном танце больше сотни пар. Жонглеры и шуты развлекали своим искусством прочих, не давая им скучать. Слуги сбивались с ног, унося пустые блюда и доставляя взамен с кухни все новые и новые шедевры. На отдельном столике стоял свадебный торт необъятных размеров, похожий на бело-голубое облако, случайно застывшее на огромном золотом блюде. От него распространялся такой восхитительный аромат, что гости с нетерпением предвкушали десерт.

Императрица была очаровательна и приветлива, император щедро одаривал гостей вниманием, и уход нескольких его приближенных попросту остался незамеченным.

Аббон Флерийский подумал-подумал да и направился следом — все равно спокойно сидеть среди гостей, сгорая от любопытства и нетерпения, он не мог.

Друзей он обнаружил в кабинете Сиварда — то есть довольно далеко от пиршественного зала. Сюда едва долетали отголоски праздника: была слышна музыка, но казалось, что все это происходит в каком-то другом измерении, где нет места боли и крови, смерти и страху. И было немного завидно, что есть люди, которые могут себе позволить не думать о неприятном хотя бы сегодня. Правда, как мало их — этих людей — и насколько больше тех, кто обязан скрывать свою озабоченность под маской веселья и беззаботности.

Кабинет одноглазого был обставлен предметами скромными, но чрезвычайно дорогими. Большую часть комнаты занимал стол красного дерева с гнутыми бронзовыми ножками и шкафы, стоящие вдоль стен. Их полки буквально ломились под тяжестью пухлых фолиантов, переплетенных в дешевую свиную кожу или темную ткань. Эти книги были предназначены отнюдь не для развлекательного чтения, и украшать их никто не стремился. Главным достоинством томов была невероятная прочность как самих листов, так и переплета. Все шкафы имели тяжелые дубовые двери и запирались на замки. У стола стояло кресло с алой бархатной обивкой, немного напоминающее трон. Два или три кресла поменьше были небрежно сдвинуты в сторону камина, который теперь, в жаркое летнее время, был пуст и холоден. На мраморной каминной доске стояли вырезанные из камня фигурки — Сивард был страстным их любителем, и друзья, зная об этой его невинной слабости, охотно дарили ему подобные вещицы. Высокие стрельчатые окна в кабинете-были забраны надежными толстыми решетками, ибо многие желали бы проникнуть в святая святых Тайной службы императора и поинтересоваться ее секретами.

Уже стемнело, но Сивард зажег только четыре свечи: по одной в каждом из четырех огромных серебряных канделябров. Их света хватало только на то, чтобы не споткнуться и не набить шишек в кромешной тьме, да в подробностях разглядеть стол одноглазого. Большая же часть комнаты тонула во мраке.

Сивард Ру в своем пышном праздничном одеянии — великолепном костюме черно-красно-золотого цвета, в перьях и мехах — казался абсолютно неуместным в этой рабочей обстановке. Обнаружилось, что он прихватил с собой пару бутылок вина и теперь пил в одиночестве, раздумывая над очередной проблемой.

— Что случилось? — спросил маг шепотом; не решаясь нарушить торжественную тишину, царящую здесь.

— А-а, это ты! — обрадовался Сивард Ру. — Просто великолепно, что ты явился. А я уж собирался отряжать за тобой человека, потому что мне скоро потребуется помощь: видишь ли, вернулись те, кто сопровождал Террил в ее поместье. Они привезли свежие новости; и новости, сразу предупреждаю, прескверные. Плеснуть тебе винца в бокал? Только в мой — другого нет.

— Что с Террил? — выдохнул маг.

— Все в порядке, слава Богу. Но не знаю, стоит ли сейчас говорить Теобальду, что ее пытались похитить, или повременить с этим.

С этими словами Сивард придвинул магу непочатую бутылку, только что им откупоренную. Бокал повертел в руках, но отдавать не стал. Вместо того налил вина и себе. Поднял на уровень глаз, разглядывая на свет прозрачную голубую жидкость.

— Кто пытался? — деловито спросил Аббон.

Время ужасаться и переживать уже прошло, а теперь наступило время действия. И он желал знать все подробности, чтобы составить для себя полную картину несостоявшегося покушения.

— Хочешь, я попрошу, чтобы Элсмир и Эригаль повторили для тебя свой рассказ? — предложил Сивард.

— А ты уже расспрашивал их?

— Конечно. Уже успел. Они сразу изложили суть мне и Аластеру, а потом он отправил их спать.

— Тогда пусть отдыхают после долгого пути — они и так вернулись слишком быстро.

— Что ты хочешь — двое суток скакали во весь опор, останавливаясь только для того, чтобы сменить коней. К тому же они привезли одного из нападавших. Выпьешь еще? За здоровье новобрачных, естественно.

— Что же ты молчишь о самом главном? — возмутился Аббон.

— Интересно, кто тогда говорит? — съязвил Сивард. — Ладно, слушай краткое изложение их приключений. Когда они проезжали Драконий хвост, жена старосты предупредила, что вперед, к подножию гор, поехали подозрительные люди. Так что наши гвардейцы были готовы к этой маленькой неожиданности. Думаю, тот, кто задумал всю эту интригу, не учел, как преданы гравелотским господам тамошние жители. А теперь спроси меня, Аббон, о самом интересном сколько людей ждали маленький кортеж из четырех путешественников, из которых к тому же один кучер и еще один — беременная женщина?

— Ну…

— Пятьдесят, — странным, чуть ли не торжествующим тоном провозгласил одноглазый.

— Не может быть.

— Может. Наши герои, конечно, справились и даже сумели оставить главаря в живых, надеясь выяснить у него, кто нанял такую ораву людей, чтобы похитить Террил.

— А с чего они взяли, что ее хотели похитить, а не убить?

— Разбойники пытались нападать на Элсмира и Эригаля, а остальные тем временем хотели увести экипаж с Террил в обратном направлении. Им удалось смертельно ранить кучера — он скончался уже в поместье Теобальда.

— Это печально, — склонил голову Аббон. — А у него были родные?