Броманс - Наталья Колесова

— Зови меня сэнсэй, — порекомендовал Хиро. — Может, я тогда тебя и пожалею!

— Пожалел волк кобылу…

Они закружили по крыше. Сэмми чувствовала мрачное удовлетворение: Хиро тоже доставал ее не всегда. А потом ни на какие чувства ни сил ни времени «сэнсэй» ей попросту не оставил: только успевай ставить блоки, уворачиваться, пригибаться, или наоборот подпрыгивать. И ведь все чаще пробивал, успевал коснуться! Не в полную силу, иногда чувствительно, иногда просто фиксируя удар. С неизменной своей улыбочкой. Пусть и сам уже заметно запыхался, и заработал ссадину на скуле. Поняв, что еще чуть-чуть, и она свалится от усталости (тогда просто вцепится зубами ему в ногу!), Сэмми в свою очередь принялась гонять парня по крыше, осыпая ударами, пытаясь сделать подсечки, хоть раз уронить. Не удавалось — даже падая, тот, как кошка, изворачивался и всегда приземлялся на ноги.

Правда, все равно понемногу отступал, пока не оказался на той самой плите над обрывом. Спохватившаяся Сэмми притормозила. Наклонившись, уперлась руками в колени. Пыталась отдышаться. Смотрела сквозь мокрые пряди челки, как Хиро оглянулся за спину, засмеялся и плавно развел руки в стороны, балансируя на самом краю. Теперь парня поддерживало только его кошачье равновесие — и ветер. А если ветер переменится?

Еле шевеля языком от усталости, Сэмми позвала:

— Эй, придурок! Сюда иди!

Ветер же принес его ответ:

— Не! Я тебя боюсь!

— Да иди, не трону!

— Все так говорят!

— Шлепнешься вниз — и твой Доберман меня порвет! Не жалко друга?

Хиро постоял, покачиваясь на краю — Сэмми даже дышать перестала; а вдруг ее выдох донесется до него и станет последним толчком, который сбросит этого идиота вниз! Крикнул:

— Так уж и быть! Только ты тогда сядь уже, что ли. Я тебя реально опасаюсь. Ты бешеный!

— Ага-ага, — опасается он! Кому тут кого надо бояться? Сэмми села, вернее плюхнулась на крышу. — Ну вот. Доволен? Давай, отходи.

Хиро снова показал ей все зубы — Клара называет это улыбкой Чеширского кота — и наконец шагнул от края. Сэмми с облегчением выдохнула и стала смотреть, как он подходит: с этой своей улыбочкой, независимо заложив за спину руки. Настороженно за ней наблюдая. Ее растрепанный, усталый вид, еще не восстановившееся дыхание убедили, что нападать на него не собираются, и Хиро расслабился.

И совершенно зря.

…Подсечка! Парень летит на крышу, Сэмми прыгает ему на спину, впечатывая в кровлю. Выкручивает и вздергивает его правую руку, Хиро извивается, невнятно вскрикивает в потрепанный рубероид: «Эй-эй, полегче там!». Запыхавшаяся Сэмми смеется и, склонившись к его уху, торжествующе заявляет:

— Ну что? Вот и все твои единоборства, Хиро-сэнсэй! Сколько лет ты там ими занимался?

Чувствуя, как напрягается под ней Лоу, прижимает его к крыше сильнее, сдавливая ребра коленями. Хиро пыхтит, возится — и обмякает:

— Ты чего такой тяжелый-то?! Тощий и тяжелый. Сколько лет-сколько лет… Столько, сколько надо лет!

Сэмми даже не успевает понять, что происходит. Она внезапно взлетает, меняются местами небо с землей, то есть с крышей, и на нее обрушивается целая бетонная плита, вышибая дух и намертво лишая возможности двигаться. Сэмми оторопело моргает, глядя «плите» в глаза.

— Ну что? — как ни в чем не бывало интересуется Хиро. — Сколько лет ты занимался своими… махалками? Пригодилось, а?

Теперь ее очередь извиваться и шипеть от бессилия: Хиро без труда удерживает локтями ее прижатые руки, туловищем — ее тело, длинными ногами стискивает ее бедра. Вот где настоящая тяжесть! Вернее, тренированность и мускулы. А ведь парень совершенно не выглядит мощным бойцом!

Скалит зубы:

— Сдаешься?

— Еще… че-го… — пыхтит Сэмми. Она реально чувствует себя полузадохнувшимся паралитиком, но все равно пытается вывернуться, выскользнуть, на худой конец боднуть лбом в лицо! Хиро смеется, но заметно, что и ему трудно ее удерживать: руки подрагивают, лицо раскраснелось, мокрая челка липнет ко лбу, по виску стекает капля пота…

Вспомнив о новой опасности, Сэмми испуганно замерла: худи, спортивный лифчик и майка с блузкой не слишком надежная маскировка даже для ее не супервыдающейся груди! Да еще этот на нее практически улегся!

— Что? — спросил Хиро, когда она притихла. — Еще что-то планируешь? Или все-таки сдаешься, Сэм-кохай?

— Не дождешься, — пробурчала Сэмми, с вызовом уставившись в близкие глаза парня. Тот тоже глядел на нее выжидающе, подняв одну бровь: мол, и что дальше? Их неподвижность длилась, длилась, и мало-помалу до нее начала доходить вся двусмысленность ситуации: лежат в пустынном месте парень с девушкой, прижатые, словно начинка в сэндвиче, и смотрят друг другу в глаза. Как-то сразу обострились все ощущения: углы и выступы его твердого тела, движущаяся в частом дыхании грудь, горячая кожа сжимающих ее рук, запах свежего пота, и снова того… шампуня?

Или так пахнут его феромоны?

Наверняка из-за этих излучаемых Лоу чертовых феромонов в голову пришла совершенно бредовая мысль: а если вместо продолжения драчки она возьмет, да и чмокнет его? Что тогда случится? Чистая победа? Он вскочит и убежит от нее с воплем ужаса? Или скажет, что ее место в психушке, и теперь их дружбе конец?

Улыбка сползала с полуоткрытых губ Хиро. Взгляд метнулся по ее лицу. Парень выдохнул с затруднением:

— Ну…

Сэмми даже не поняла, что он отпустил ее руку, пока эта самая рука не легла ему на грудь — то ли оттолкнуть, то ли защитить собственную. Хиро дернулся, как будто она его ударила. Уставился на ее губы.

…А что будет, если поцелует он?

— Не хватает только… — с передышками выдавила Саманта. Он тоже чувствует ее колотящееся сердце? Ладно, спишет на предыдущую драчку, — …Джейка с вечным его… «чем это вы, парни, тут занимаетесь?»

— Да, — сказал Хиро, не меняя выражения лица, — что-то он сегодня запаздывает.

И, отжавшись на руках, наконец, отпустил ее. Сел. Сэмми осталась лежать, раскинув руки и глядя в вечернее небо: вон и первые звезды появились. Ждала, пока выровняются стук сердца и дыхание. Скосила взгляд. Парень сидел к ней спиной, ероша влажные волосы.

— Ничья? — спросила Сэмми у спины.

— Да прямо уж! — отозвался Хиро с ее интонациями. — Но сэнсэй сегодня великодушен: пусть будет ничья.

Поднялся (Сэмми со злорадством отметила — с некоторым трудом) и побрел к выходу с крыши.

— Ты куда?

— Раны зализывать! — буркнул тот, не оборачиваясь.

Какие там раны, наверняка всего синяк-другой! Не то, что она: копчик отбит, ушибы во всю задницу, связки на ноге потянуты. Радуясь, что Лоу ее сейчас не видит, Сэмми поднялась в несколько приемов. Покряхтывая и постанывая. Добрела до «капитанского мостика», подумав, попробовала встать, как Хиро чуть раньше — на самый край, раскинув руки, подставив разгоряченное лицо прохладному ветру. Даже глаза прикрыла, чтобы прочувствовать глубже. И зря: через несколько секунд показалось, что плита раскачивается под ногами, что ветер пытается сбросить ее, то и дело меняя направление, коварно подталкивая к краю. К горлу подкатила тошнота головокружения, Сэмми покачнулась и в ужасе распахнула глаза. Хорошо, шатнуло ее назад, а не вперед. Нет, Хиро все-таки псих! А она не птица и не кошка.