Айтлин. Лабиринты судьбы - Ирина Зимина

Я кивнул, но меч не отпустил. Айтлин продолжала сидеть, переводя непонимающий взгляд с меня на Оливию и обратно.

— То, что ты к ней чувствуешь — это не настоящее. Она использовала приворот. Твой дракон уже мертв, а скоро погибнешь и ты… — начала девушка.

Да что она несет? С моим драконом все в порядке, я отлично это знаю. Растет и развивается — как должно.

— Не веришь? — спросила она, прикусив нижнюю губу. Я присмотрелся. Не может быть. Это же Айтлин! Настоящая! Она всегда, когда волнуется, опускает глаза и губы вот так прикусывает, когда расстроена!

Я улыбнулся и подошел к подруге. Но с удивлением остановился в одном шаге. Потому что девушка прижимала к своему животу кинжал. А она продолжала:

— Я понимаю, что ты мне не веришь, но возможно, моя смерть прояснит что-то в твоей голове и ты…

— Убери ножичек, порежешься еще, — хмыкнул я, перебив ее, но ближе не подошел. Странно как-то все это. А Лже-Айтлин вдруг вскочила и подошла к нам.

— Рэй, не верь ей, я тебя люблю, и мы будем счастливы, вот увидишь! — она в умоляющем жесте сложила ладошки вместе, в глазах появились слезы.

Усмехнулся. Ага, дождешься от настоящей подруги таких слов, как же. И вновь перевел все свое внимание на напарницу, под иллюзией Оливии.

— Ты что, думаешь, я тебя не узнал? Айтлин, заканчивай уже балаган и иди ко мне, я соскучился, — еще и руки в стороны развел, показывая, насколько скучаю.

Девушка так же непонимающе смотрела на меня, но кинжал убрала, а я быстро подошел, забрал оружие и обнял ее.

— Ну же, глупенькая. Ты думала, я тебя под мороком Оливии не узнаю, что ли? Она никогда не сможет так сморщить носик, и губу так забавно прикусывать выходит лишь у тебя.

Я чмокнул подругу в макушку.

— Подожди Рэй, что ты несешь? Какой морок? Ты сидел тут с Оливией и…

— Я сидел тут с тобой, — посмотрел я на нее, и тут до меня стало доходить. Ну, лабиринт! Выдумал же такое. Лже-Айтлин уже растворилась, иллюзия с напарницы спала, и я вновь смотрел в самые прекрасные синие глаза и улыбался, как дурак.

— Расскажи все с самого начала, что с тобой произошло, а после — я. Думается мне, что это была очередная проверка — и мы ее благополучно прошли.

Девушка кивнула и, прижавшись к моему плечу, начала рассказ.

— Ну ничего себе, — подвел я итог, — выходит, нас испытывали на верность друг другу?

— Зачем, не пойму. Мы же не супруги, — она засмеялась.

— Тут, похоже, оценивалось, как ты поведешь себя в нестандартной ситуации, и смогу ли я тебя почувствовать. Понимаешь, лабиринт ведь не просто оценивает, прошел-не прошел. Но еще и душевные качества рассматривает, преданность друг другу и складывает общую картинку. Потому как иначе достойного правителя не выявить. А после — выставляет балл. Ну как-то так. Помнишь же, для чего его использовали изначально.

— Угу, ты прав. Как думаешь, много еще будет проверок? — спросила девушка, я лишь пожал плечами. — Я так устала, хочется домой к друзьям и Терку.

Я поморщился, этот кошак меня порядком раздражал, такой весь мягкий и пушистый при хозяйке, но стоит ей выйти — показывал свое истинное лицо. Нет, по сути, зверь хороший, и защитник из него будет отличный, но его ревность ко мне не знает границ. Да он вообще нам с Айтлин вдвоем не дает побыть, влезая всякий раз, едва я пытаюсь обнять девушку. И любимый мой подлокотник оккупировал, гаденыш! Правда, я нашел альтернативу и сижу в ногах напарницы, наслаждаясь поглаживанием волос и заплетанием кривых косичек. А Терк в такие моменты бесится, чему я очень рад!

Грустно переглянувшись, мы глотнули зелье бодрости, добавляющее силу и возвращающее потраченный резерв.

— Готова? — спросил я, протягивая подруге руку и помогая отряхнутся от травы.

— Угу, — устало кивнула девушка, вставая рядом со мной и крепко сжимая руку. Ну да, не хочется, чтобы нас вновь раскидало.

Мир закружился, а в следующую секунду мы оказались посреди кладбища. Вокруг царили сумерки и полная тишина, лишь где-то вдали каркал ворон, да легкий ветерок едва шевелил мои волосы.

— Уй, — пискнула подруга и схватилась за ногу, а в следующую секунду уже помотала перед моим носом оторванной конечностью скелета, который грозил из своей могилы кулаком второй, уцелевшей руки.

— Что это? — глупо, но понять-то нужно.

— Рука, — пожала плечами девушка, — он попытался меня схватить, вот пусть теперь с одной конечностью лежит, думает о своем поведении.

Кулак тут же скрылся под землей, а Айтлин, вздохнув, вернула руку на могилу. Ту мигом уволокли внутрь.

— Ты что совсем не боишься? — я смотрел на напарницу с удивлением. Потрясающая девушка! Да наши драконицы своим визгом уже тут всю округу распугали бы.

— Ну не то чтобы совсем не страшно, — она пожала плечами, — просто за время испытаний мы столько пережили, что бояться нет сил. А скелетики добрые. Да и вообще — не жил ты в приюте. Что наши мальчишки только ни выдумывали, пугая девчонок.

Кивнул. В приюте я действительно не жил, к счастью. Думается, тамошние забавы не очень-то пришлись бы мне по душе.

Мы продолжали осматриваться, но пока ничего интересного не наблюдалось. Что самое странное, магии ни у меня, ни у Айтлин не было, словно отрезало. Значит, испытание силы. Но ощущение надвигающейся опасности все возрастало, и напарница тоже это чувствовала. Что за? Цок, цок, цок. Где-то вдалеке раздавалось размеренный стук, и он все приближался.

— Не понимаю, — оглядывалась подруга по сторонам, — что это за звук?

— Наверное, от него, — ошарашенно смотрел я на появившегося из-за дерева огромного мерзкого паука, черного, размером с двухэтажный дом, с четырьмя красными глазами. Острые клыки, торчавшие из пасти, не оставляли сомнений в плотоядности этого существа. И он полз в нашу сторону.

— Бежим, — схватил я подругу за руку, и мы понеслись, но, как оказалось, недалеко. Вокруг кладбища стоял какой-то ограждающий купол, не позволявший нам просто сбежать.

— Нужно принять бой, — сделал я очевидный вывод, вытаскивая меч. Она лишь кивнула. К нашей общей радости, за спиной Айтлин показался лук и пять стрел.

— Постарайся попасть ему в глаз, — сказал я, привычно закрывая подругу спиной и наступая на уже подползшую тварь.

Он занес свою лапу-шип, попытавшись проткнуть меня, но я ловко увернулся, отсекая конечность. Паук взвизгнул и разозлился. Атаки шипами стали все чаще, я успел отсечь еще пару лап, но у него их было штук десять — не меньше.

Вдруг паук заверещал и отступил, давая мне пару секунд передышки.

Ага, это Айтлин попала ему в глаз, вот и второго не стало. Давай же, подруга! Я в тебя верю.

Но следующая стрела отлетела, это паук-переросток прикрылся лапой. Всего две стрелы. А он опять пошел на меня. Еще один шип отлетел в сторону, но в следующий миг со спины меня пронзило острой лапой. Я упал на колени. Боль — резкая и пульсирующая — охватила все тело, а после оно стало неметь. Сначала в районе живота, но очень быстро парализовало все тело, и я безвольной куклой рухнул на землю.