Ворожея против чародея - Мстислава Черная

Погружаясь, я всегда видела ветки вероятностей, и именно по ним я уходила в мир грёз и возвращалась в реальность. Линии служили мне ориентиром, якорем. Если сравнить видения с бусинами, то ветки вероятностей служили соединявшими их нитями. И сейчас нити порвались. Я перенапряглась, слишком долго, без перерыва, использовала дар, слишком много себя вложила в последнее погружение. Нити лопнули, бусины рассыпались. Перед глазами проносились бессвязные невразумительные картинки, неестественно объёмные, невыносимо яркие, сводящие с ума. Даже не картинки как таковые, а обрывки образов. Казалось, каждая новая вспышка красок ранит. Я пыталась сопротивляться, пыталась зацепиться хоть за что-то, чтобы обрести подобие опоры. Тщетно. Безумный вихрь уносил меня всё дальше.

Я боролась из последних сил, заранее зная, что проиграла. Потерявшейся душе не найти обратную дорогу.

Рай. Я хотела, чтобы он выжил. Как он сказал? За нас обоих, за себя и за меня. Будь моя воля, я бы избавила мужа от нерушимых брачных уз, сковавших его по моей вине. Пусть бы нашёл счастье с другой, раз я проиграла. Бездна!

И Бездна откликнулась. Краски вылиняли, навстречу мне хлынул поток серого пепла, смёл. Я умерла? Не вернувшихся из грёз ворожей обычно отдают в лечебницы, но это не мой случай. Наверное, нежить задрала.

Рай, прости. Своим появлением я всё испортила.

— Пэф! Пэфинс, ответь!

— Рай? — не может быть…

Проклятые узы! Получается, из-за них душу Рая вырвало и притянуло к моей?! Боги, я этого не хотела.

— Пэфинс!

Из потока вынырнул слепленный из пепла жгут, графитово-серый, с редкими слюдяными вкраплениями-блёстками, будто змеиная чешуя. Жгут изогнулся, обретая ещё больше сходства с гигантским удавом, но я ни капли не испугалась. Я уже умерла, и вряд ли со мной может случиться хоть что-то страшнее. А вот Рай… За мужа я боялась.

Жгут метнулся ко мне. Ни единого шанса уклониться. Впрочем, о сопротивлении я думала в последнюю очередь. Жгут дважды обернулся вокруг моей талии, не сдавил, но обхватил плотно, а затем резко дёрнул. Я только пискнула, когда меня потащило и окунуло в пепел. Краски окончательно выцвели, и я погрузилась во тьму.

— Пэфинс.

Рай?

— Пэфинс, дыши. Ну же, ты можешь. Пэфинс, прошу тебя.

Зачем душе дышать? Воздух необходим исключительно живому телу.

— Пэфинс! — Рай звал и просил с не понятным мне надрывом.

Конечно, раз любимому важно, я сделаю, как он хочет. Наверняка причина веская. Да даже если и нет, мне не трудно, а Раю приятно. Я послушно втянула воздух, тут же закашлялась. Следующий вдох получился сам собой. Я… жива?!

— Слава богам, Пэф…, - облегчение в голосе Рая смешалось с бесконечной усталостью.

Я открыла глаза. Пейзаж прежний, лич, окончательно мёртвый, лежит на пригорке. В Бездну лича! Я повернулась на звуки родного голоса и потянулась к мужу. Какие мы с ним оба багровые из-за ошмётков рахры. Я улыбнулась.

А Рай… Вместо того, чтобы обнять меня, муж отстранился, даже встал и попятился. Я растерянно уставилась на него. Рай быстро сплёл незнакомый узор, и чёрная магия полетела мне в лицо.

Что на Рая нашло? В то, что муж может причинить мне вред, я не верила. Только что он каким-то чудом спас меня, отыскал мою душу и вывел обратно в реальность. Как он это сделал, уму непостижимо. Мой самый лучший некромант на свете.

Магия коснулась кожи и стекла, оставляя за собой серый пепел. Рай повторил ажурное плетение и набросил его на себя. Оказалось, заклинание всего лишь чистящее, оно превращало кровь и плоть нежити в легко стряхиваемый прах.

— Рай…

— Не подходи, Пэф.

— Почему? — я постаралась спросить как можно спокойнее.

— Потому что, когда я понял, что ты не очнёшься, я с ума сошёл. Я напал на лича.

— Ты его убил.

— Нет, Пэф. Это он меня убил, но связь с тобой продолжает меня удерживать. Я позвал тебя обратно, и ты пришла. Спасибо, Пэф.

— Рай…, - на глаза навернулись слёзы.

— Слушай. Слабый лич подчиняется более сильному. Я приказал ему умереть, больше он не встанет. Пэфинс, ты должна вернуться к живым.

Угу, уже бегу.

— Пэф, я долго не продержусь. Мне с каждой секундой всё труднее сохранять ясное сознание. Я не хочу стать твоим убийцей, я не хочу стать тем, кто поведёт нежить на города и сёла.

Опять?! Я же только поверила в чудо.

— Убьёшь себя?

— Некроманты. Я передал вознице, что опасности больше нет, скоро они будут здесь.

— Этих трусов позвал?! — взбеленилась я.

Я не для того училась заново дышать, чтобы вдовой становиться.

— Они не трусы, Пэф. Есть Устав, и мы действовали строго по Уставу. Рахра слишком опасна. Встретившая её группа обязана отступить, чтобы передать информацию командованию. Допустимо оставить не более четверти группы, чтобы задержать тварь, в случае, если она движется к границе. Я приказал беречь тебя.

В Бездну некромантов.

Я вскочила и бросилась к Раю. Ещё недавно я была убеждена, что заблудившиеся ворожеи не возвращаются. Рай доказал обратное. Сейчас Рай убеждён, что пришёл его конец, и оя очередь сделать невозможное возможным. Я повисла у Рая на шее, прижалась щекой к его груди и не услышала сердцебиения. Я подняла голову, всмотрелась Раю в лицо. Его кожа приобрела землистый оттенок. Я-то думала, пепельные разводы, а, оказалось, дело в отсутствии кровотока. Я пробежала кончиками пальцев по щеке мужа — прохладная.