Пойдём со мной, Василина - Ольга Островская

И уже через секунду мои руки оказываются на его шее, отчего моя грудь приподнимается выше. 

Быть настолько открытой и доступной для мужских прикосновений стыдно и сладко одновременно. И я едва дышу, сгорая в безумной смеси противоречивых желаний и эмоций, будучи не в силах противостоять нашей обоюдной жажде.

– Хорошая девочка. Такая послушная и сладкая, – усмехается Арид, обводя мыльным брусочком мои ареолы, сжимая и перекатывая между пальцев ноющие соски.

– Я могла и сама помыться, – совершенно неубедительно, скорее из духа противоречия сообщаю ему, чтобы уже в следующий момент со стоном запрокинуть голову на широкую мужскую грудь, когда он особо чувствительно сжимает горошины моих сосков.

– Вот меня сама и помоешь, – выдаёт Арид мне в ответ, коварно усмехаясь и продолжая свою чувственную пытку.

Не успеваю я сообразить, что сказать, как мужские ладони оставляют в покое мои потяжелевшие от возбуждения груди и соскальзывают по животу вниз, накрывая лобок. А нахальные пальцы раздвигают уже давно припухшие, увлажнившиеся от возбуждения складочки половых губ и находят клитор, принимаясь ласкать этот сверхчувствительный комочек плоти в сводящем меня с ума ритме. Нажимая, обводя и потирая. А-а-ах. От каждого такого касания меня словно током бьёт, заставляя уже откровенно стонать и выгибаться в объятиях Арида.

– Подними ножку, Вася, – вкрадчиво велит он мне на ухо. – Давай же, я просто помою тебя. Ты же хотела быть чистенькой.

Стоит моей ноге подняться, как он перехватывает её одной рукой, второй действительно принимаясь мыть меня. Самые интимные, чувствительные и потайные мои местечки. То ласково, то немного грубовато, заставляя меня стонать и подаваться навстречу его прикосновением, тереться ягодицами о твёрдую плоть, прижатую к ним. Отпускает мою ногу, чтобы перехватить мыло другой рукой.

– Знала бы ты, как мне хочется сейчас нагнуть тебя и войти в эту жаркую глубину, – рычит Арид, проникая в меня пальцем. Действительно немного нагибая. Боже, как же это заводит, оказывается. – Очень скоро я возьму тебя, Вася. Ты ведь хочешь этого, правда?

От этого заявления у меня всё внутри сжимается в пугливом предвкушении. И растёт во мне голодная пустота, требующая того, что он обещает. 

Он нежно прикусывает моё плечо и толкается пальцем внутрь снова, и снова. Растягивая, готовя. Ощущения становятся настолько острыми, дарят столько болезненного удовольствия, что моё тело дрожит уже безостановочно, а я чувствую себя так, будто в моей крови жидкое пламя плещется. Мне хочется за что-то ухватиться, на что-то опереться. Но есть только он. Его жёсткое горячее тело, его пальцы во мне. Его волосы под моими пальцами. Его плоть упирающаяся мне между ягодиц.

– Скажи, Вася! Ты хочешь меня внутри? – требовательно спрашивает Арид, добавляя ещё один палец.

– Да-а-а-а, – скулю я, почти ничего не соображая. Зная только то, что не выдержу если он продолжит… что умру, если он остановится.

– Хорошая моя девочка, – довольно рокочет куард, целуя мою шею, лаская чувствительную до звёздочек перед глазами кожу, и нажимая большим пальцем на клитор именно так, как мне хочется, толкаясь внутрь быстрее.

И я взрываюсь в оргазме с животным стоном, содрогаясь всем телом, зажмурившись до цветных фейерверков под веками.

– О да, вот так, – шепчет Арид, ловя губами мочку моего уха, накрыв ладонью мою промежность и всё ещё держа пальцы во мне, словно впитывая раз за разом пронизывающие моё тело волны удовольствия. 

Убирает руку лишь тогда, когда моё тело прекращает вздрагивать. Разворачивает к себе, прижимая к груди. 

– Вкусная малышка.  Давай мы тебя окунём, чтобы пену смыть. Держи мыло, не вырони. Мне оно тоже пригодится.

Всё ещё слабо соображая, я рассеянно киваю, принимая из его рук душистый брусочек, сжимая его в кулаке, и позволяя Ариду снова подхватить меня на руки. Ноги меня теперь уже окончательно не держат.

– Я так понимаю, что мне придётся мыться самому, – сокрушённо вздыхает мужчина, унося меня на глубину, чтобы окунуть, как обещал.

– Почему? – вырывается у меня, а перед глазами внезапно встаёт картинка, как мои ладони скользят по его великолепному телу. М-м-м. Даже пальцы покалывать начинает от предвкушения.

– Потому что кое-кто оказался настолько чувственной малышкой, что на ногах теперь не стоит, – со смешком объясняет мне бессовестный куард, отпуская меня и придерживая за талию. – И если я дам тебе в руки мыло и позволю мыть меня в ответ, то мы до ночи из воды не выберемся. Я же не железный, малыш. А там ужин ждёт.

– Мои нестоящие ноги полностью на твоей совести, – фыркаю возмущённо, пытаясь достать пальцами этих самых ног дна, а когда не получается, просто отталкиваюсь от Арида и ложусь на воду, полностью расслабляясь. 

Боже, какое блаженство. 

И мне почти не стыдно, что он сейчас на меня смотрит. Может, потом станет, а сейчас я слишком разомлевшая. 

– Твои нестоящие ноги очень тешат моё самолюбие, – хмыкает Арид, подтягивая меня ближе. Склоняется и целует вершинку груди. Забирает у меня мыло. – Отнести тебя на берег? Или здесь подождёшь, пока я помоюсь?

– М-м-м-м, здесь подожду, – сообщаю, подумав, и ловлю себя на странной и совершенно неожиданной мысли, что мне никогда ещё не было настолько хорошо, как сейчас.