Иностранец ищет жену - Марина Багирова

Мне хотелось закричать ей в лицо, что она из бедной семьи, что она некрасива, что я, делая ей предложение, сделал ей услугу, о которой Тамара и мечтать не смела.

Наверное, она прочитала все эти вещи на моей лица, потому что усмехнулась и поплотнее укуталась в накидку. И повторила:

— Да, определенно не подходите, — как будто вынесла окончательный приговор.

Я подошел к ней, слегка «отпустил» энергетический поток, нагнал на неё чувство страха… затем желания…

Она закрыла глаза.

— Откуда тебе знать, Тамара, что тебе нужно?

Она меня боялась и желала — взрывная смесь. Но затем… девчонка открыла глаза, и посмотрела мне в глаза:

— Уйдите из этого дома… пожалуйста.

Её «пожалуйста» было лишь шелестом ветра, не более. Её требование уйти — в него она вложила всю свою энергию.

Я ушел из её дома в гневе и поехал прямиком в бордель. Там, впиваясь руками в сочную девицу, я наконец-то успокоился.

«Ей никуда от меня не деться», думал я, рассматривая кружево на нижнем белье девицы. «Хочет она того или нет, быть Тамаре моей женой».

Я умел заставлять людей делать то, что мне нужно. И её заставил…

Это было несложно: я надавил на её родителей. Её отец был ремесленником, продавал изделия из дерева, я поспособствовал тому, что у него резко уменьшилось количество заказов. Тамара любила родителей, и поддалась их давлению.

Несколько недель спустя, к нам домой явилась служанка Тамары: моя невеста приглашала меня к ней в гости. Я пришел, с цветами и кольцом. Она встретила меня у порога, сама открыла дверь. Смотрела прямо, резко.

— Я не сделаю вас счастливым, господин Нойман, — заявила она. — И я вас презираю за методы, которыми вы воспользовались, чтобы добиться своего. Но будь по-вашему: я приму ваше предложение.

— Верное решение, Тамара, — не удержался я.

Вот так мы обручились.

Я стал навещать её в её доме, иногда Сафрон приходила ко мне домой. Официально, её приглашала к нам моя мать. Тамара и Хайке Нойман неплохо спелись, моей маме уже слышался звон свадебных колоколов.

Получив Тамару, я успокоился, и занялся теми делами, которые меня волновали по-настоящему: отец учил меня управлять энергией, держать энергетические потоки под контролем.

У меня понемногу формировался четкий свод правил, и я до сих пор не понимаю, как люди во всем мире живут без этих правил. Это были не правила даже, а принципы работы энергии.

Например, что такое безответная любовь? Это не любовь, это влюбленность в некую куклу, которую человек создал в своей голове. Эта кукла — отбирающий энергию демон.

Инфантильность, ожидание, что где-то в будущем будет лучше, обжорство, гордыня — демоны, самые настоящие демоны, София.

Скромный человек, понимающий, кто он, никогда не полюбит безответно. Он не будет позволять себе думать о другом человеке, пока не поймет, что тот, другой человек, тоже испытывает к нему симпатию. Вот так всё работает.

Удивительно, но Тамара понимала эти правила, хоть её этому никто не учил. Я видел, как она смущается в моем присутствии. Видел, что она в меня не влюблена, её взгляд не был замылен ни моим статусом, ни моей внешностью. И меня это, откровенно говоря, раздражало.

Моя мудрая мать заметила мои метания.

— Тебе уже не пятнадцать лет, Эрих, — сказала она. — Уже сейчас твой энергетический запас вплотную подошел к критической точке. Еще немного, и ты начнешь вредить тем девушкам, с которыми сейчас так беззаботно ложишься в постель. Тебе нужна твоя Сафрон, помни об этом.

— Ты понимаешь, что мне она несимпатична?! — вспылил я. — У нас в семье уже два поколения не было Сафрон, и как-то выживали!

— Это потому, что мы слабее, чем ты, и тебе об этом прекрасно известно. Более того — другие роды знают, какой в тебе есть потенциал, и только потому продолжают относиться к нам с должным уважением. Но, будь ты таким же слабым, как мы с отцом — поверь, уже сейчас все бы перешептывались о понижении ранга нашей семьи. Так что перестань делать глупости — обрети свою Сафрон, иначе мы всё потеряем!

Меня это отрезвило, власть я терять не хотел. Я решил, что попытаюсь наладить отношения с девушкой, которая, как меня все уверяли, идеальна для меня.

В тот же день я решил её навестить, и без предупреждения поехал к ней домой.

Я застал её в гостиной, она рисовала чей-то портрет, в углу красовалась подпись: «Ной». Тамара меня не заметила, и я застыл, рассматривая её.

Я смотрел на девушку в синем платье, и безуспешно пытался понять, что меня в ней отталкивает. Ведь она — моя будущая жена, красива, умна, ненавязчива, не самоуверенна. Почему я не могу её полюбить?

Ответа я не нашел, а потому спросил:

— Тамара, почему я вам так несимпатичен? Ведь я вам предложение сделал.

Она вздрогнула, только сейчас меня заметив. Огляделась вокруг, будто опасалась, что нас могу услышать. А может, наоборот, опасалась того, что рядом, кроме меня, никого нет.

— Эрих, вы не оставили мне выбора. Я бы не согласилась, если бы не… К тому же… вы не влюблены в меня.

Она говорила так отчаянно, с какой-то несвойственной столь юным девушкам болью, что мне стало ее жаль. Я подошел ближе, склонился к ней, и ответил:

— Мои родители в вас души не чают, как и я. Вы — прекрасная для меня партия.

— Вы меня не любите, Эрих. Я вижу, как вы на меня смотрите… Вам будто… неприятно.

— А если я не умею иначе выражать свои чувства, Тамара? Вы не думали, что это маска? Ведь зачем бы иначе мне просить вашей руки, если не глубокие чувства?

— Господин Нойман… пожалуйста, не шутите так, — прошептала она, растерянный взгляд блуждал по комнате. Она смотрела куда угодно, только не на меня.

— Тамара… я люблю тебя, — я взял её за руку, заставил подняться и посмотреть мне в глаза. — Обещаю, мы будем вместе очень счастливы.

И поцеловал её, осторожно, боясь спугнуть.

— Я тебя люблю, — прошептал ей в губы.

Она вздрогнула, и посмотрела на меня с такой надеждой, что я поздравил себя с победой: Тамара поверила в мою любовь!

Наверное, так бы эта история и закончилась, но вмешайся злой рок: я встретил Эльзу, и сам, своими руками разрушил то счастливое будущее, что у меня могло быть с моей Сафрон. Я убил девушку, которая мне доверилась.

•• • ••

Эльза. Проклятая прекрасная Эльза, которая, сама о том не догадываясь, через меня повлияла на историю всего континента. Глупая и умная, недалекая и расчетливая.

Сложно сказать, кто всё разрушил — она или я? Легче сказать, что она, ведь её изначальной целью было меня соблазнить. Но разве можно соблазнить того, кто не хочет быть соблазненным?