Поспорить с судьбой - Ника Ёрш

Дината Олд сидела на кресле и спокойно пила чай, поглядывая на невестку новым, загадочным взглядом.

— Что произошло? — тихо спросила девушка, аккуратно приподнимаясь и присаживаясь на собственной кровати.

— Вы упали в обморок, — пожала плечами хозяйка имения. Рядом с ней прокашлялся

Ардо. — Только не нужно на меня давить! — поморщилась женщина, но всё-таки добавила:

— Это больше не повториться. Я вообще не из тех, кто распускает руки или любит скандалить. Обстоятельства, знаете ли…

Кейра недоверчиво вскинула брови. Кажется, её свекровь только что попыталась принести извинения за свои необдуманные слова и поступки.

— Забыли! — хлопнула в ладоши женщина, поднимаясь с кресла и отряхивая с юбки невидимые глазу пылинки. — Вернёмся к насущным делам. Итак, давайте знакомиться.

Снова. Моё имя Дината Натали Олд, я — матушка Маркуса Сивера Олда. А вы?

— Кейра, — хрипло прошептала девушка.

— Нет-нет-нет, — свекровь подошла вплотную к невестке и подняла ту за руки.

Покрутив красавицу туда-сюда перед собой, она заявила: — Никогда не мямли! Это выглядит отвратительно. Ты очень красива, так пользуйся этим! Красота, знаешь ли, наше главное оружие против них, — взмах руки в сторону Ардо. — Можно говорить даже самые нелепые глупости, но при этом делать загадочный вид и слегка улыбаться. И тогда нам всё сойдёт с рук.

— Я не совсем понимаю, — Кейра попыталась отстраниться от женщины, совсем недавно нападавшей на неё с обвинениями.

— Так спрашивай, дорогая, я отвечу на все вопросы. Кроме тех, на которые ответить не захочу, — загадочно улыбнулась Дината и потащила Кейру к креслам. — Присядь. А вы выйдете! — сказала леди Олд нетерпящим возражений тоном и бросив столь же суровый взгляд на присутствующих. — Позовём вас, как только поговорим. Обсудим наши девичьи секреты.

У Кейры мурашки побежали по коже. Меньше всего она хотела оставаться наедине со свекровью. Однако и Ардо, и Милисента послушно вышли, оставляя собеседниц наедине.

— Не нужно меня бояться. — услышала девушка голос Динаты. — Отныне я хочу быть тебе второй матерью. Ты спасла моего сына. Я не верила… до последнего отвергала саму мысль, что Маркуса могли приговорить… Но теперь всё очевидно. Ох, знаешь, я совсем не умею просить прощения.

— Это и не нужно. Я знаю, отчего вы так вели себя. Знаю, но простить сразу не смогу. — тихо ответила Кейра, отводя взгляд в сторону. — Вы и ваш сын… Это слово:

«безродная»… Оно постоянно звучит в моей голове.

— Маркус говорил тебе подобные вещи?! — Дината свела брови вместе, не в силах поверить, что её сын способен так оскорбить девушку, спасшую его жизнь.

— И не только такие. Ваш сын так же, как и вы, считает оскорбительной для семьи женитьбу на мне. Но это не важно сейчас. Потому что он в большой беде. Ему очень нужна наша помощь…

— Он не попал бы в беду, если бы не был столь самонадеян, — Дината в сердцах стукнула открытой ладошкой по чайному столику, отчего фарфоровые кружечки подпрыгнули и зазвенели. — Сначала Людвиг, затем Глэдис… Мне пришлось бежать, чтобы спастись, пока всё не уляжется. Я написала сыну об опасности, призывала его быть благоразумным. Но он такой же упрямец, как и его отец!

— Мне очень хвалили господина Глэдиса Олда. — шепнула Кейра. — Говорят, он был замечательным человеком.

— Это правда. Мой муж… — Дината немного помолчала, поджав губы, — он многое дал нам с сыном. В том числе и свою фамилию… Хотя не каждый на его месте поступил бы столь же благородно.

— Благородно? Что необычного в поступке господина Глэдиса? Простите, я не понимаю. В моём городе — естественно, когда жена берёт фамилию супруга.

— Да, но… — и снова молчание. Женщина поднялась с кресла и медленно подошла к окну, разглядывая розовые портьеры. — Вам нравится убранство в этой комнате?

— Что? — Кейра не успевала следить за ходом мыслей своей свекрови. — Нет… то есть да… Конечно, меня всё устраивает, — девушка пожала одним плечом и отвернулась, чтобы не выдать себя. Она терпеть не могла эту обстановку, но не говорить же об этом хозяйке имения?

— Вот как? А я не переношу эти покои. Здесь, в правом крыле дома, всё обустроила матушка Глэдиса. Она отбыла на тот свет немногим раньше его самого, — в голосе Динаты промелькнуло облегчение. — Мы не слишком ладили, но откровенно идти против я не хотела. Шла на уступки. Этот розовый цвет — он меня убивает. Впрочем, раз тебе нравится…

— Нет! — поспешно выкрикнула девушка. — Я тоже… не в восторге. Скажем так.

Свекровь довольно улыбнулась: хоть в чём-то их с невесткой вкусы совпадали.

— Но вы говорили о вашем муже и его благородстве, — напомнила Кейра. На лице собеседницы тут же появилось странное выражение: смесь недовольства и…страха?

— Ты ведь теперь супруга Маркуса. Моего единственного сына, — как-то обречённо начала Дината. Девушка уже было решила, что сейчас снова услышит оскорбления в свой адрес, но ошиблась. — Триединый связывает немногих. За последние двадцать пять лет я слышала лишь о трёх подобных случаях. Я совершенно ничего о тебе не знаю, но верю, что Боги выбрали для моего мальчика достойную девушку, — отвернувшись, женщина невидящим взглядом посмотрела в окно и продолжила: — Мне не довелось родить Глэдису наследников. Хотя мы старались. Его мать всегда догадывалась: Маркус не из рода Олдов, но молчала и ждала от меня исправления ошибки. Не случилось.

— Как это, не случилось? — Кейра тоже поднялась с места, но приближаться к свекрови не стала. — А кто же тогда вас… От кого родился мой муж? Хотя, простите, это меня не касается, совершенно…

— Как раз наоборот, — женщина обернулась, — из-за своего происхождения мой мальчик и попал в эту передрягу. И Глэдис… Я больше чем уверена, его гибель — не случайность. Муж мой знал обо всём, но много лет хранил молчание. Он любил Маркуса, как родное дитя и никогда не позволил бы причинить ему вред. — Дината подняла глаза вверх, набрала в грудь побольше воздуха и выдохнула: — Я была фрейлиной её величества.

В молодости. Ах, Кейра, как же я была хороша… Сколько кавалеров за мной ухаживало!

Но выбрала я, как истинная женщина, самого… В общем, королева меня не простила.

— Ка-ка-кто? — девушка зажала рот ладошкой, чтобы не высказать глупость, внезапно пришедшую ей в голову.

— Королева, — спокойно подтвердила свекровь. — Матушка Анрияра первого.

Нашего принца. Она, конечно, не стала винить мужа в совращении любимой фрейлины.

Да и скандалить не стала. Меня срочно решили выдать замуж за богатого старика из соседнего королевства. Глэдис Олд узнал и вмешался…

Женщина ненадолго прервалась, рассматривая дорогой перстень на тоненьком безымянном пальчике:

— Он любил меня… Так любил, — с тоской в голосе проговорила она, спустя минуту.