Наследница долины Туманов - Мария Лунёва

Гер Каил тихо хмыкнул.

– Ей нравится мне дерзить, – негромко проворчал он, – а с меня не убудет Я наполню ванную и отнесу тебя в неё. А пока я вожусь с водой, раздевайся.

– Не хочу, – смутившись, я распахнула глаза и уставилась на северянина, не мигая.

Я, вообще, не представляла, как перед ним обнажить своё изувеченное тело.

Я казалась себе уродиной.

Слишком худая, слишком бледная, глянуть не на что.

– Амэлла, я не хочу спорить. Вымотался, поэтому просто раздевайся и всё, – в его голосе действительно сквозила усталость. – Я тебя не трону. Не сегодня.

– А если откажусь? – испуганно я сжала край подола платья.

– Тогда я сам тебя раздену и вот здесь уже не гарантирую, что не сделаю своей, – услышала я в ответ.

И судя по интонации, мужчина не шутил.

Сглотнув, я проследила за тем, как, оставив открытой дверь, он вошёл в малую купальню и пустил тёплую воду в деревянную высокую лохань.

Мне всегда мыться помогала нянечка, но чтобы мужчина.

– Я жду, Амэлла! – напомнил он о своём приказе.

– Нет, – лишь покачала головой в ответ.

– Что? – Каил обернулся.

Я чётко уловила суровые нотки в его голосе.

– Не буду раздеваться перед тобой и не позволю тащить меня в лохань, – пролепетала я, хотя и желала, чтобы мой голос звучал уверенно.

Каил вышел из ванной комнаты и остановился напротив меня. Мой взгляд упёрся в его высокие сапоги на шнуровке, поднять голову выше не решалась.

– Знаешь, чего я всегда не любил, – гер присел перед кроватью и заставил взглянуть ему в лицо, – неповиновения, Амэлла. Я очень мягок и добр с тобой. Потому что цена, и чего скрывать, неравнодушен я к тебе. Но твоя беда заключается в том, что вместо того, чтобы сейчас улыбнуться мне и сделать то, что я велел, ты выказываешь мне сопротивление.

Ухватив двумя пальцами за подбородок, гер поднял мою голову вверх. Я невольно встретилась взглядом с суровыми светло карими глазами.

– Раздевайся, прелесть моя! Я желаю тебя искупать перед сном. Ты принадлежишь мне. По закону севера я твой муж и хозяин: если ты будешь и дальше сопротивляться, я просто увезу тебя в свой дом.

Поджав губы, я не знала, что мне ответить.

– Нет, – протест вырвался сам собой. – Я княжна Охрил. Наследница этих земель, и ты не можешь так себя со мной вести!

Он лишь ухмыльнулся, а затем, схватившись за подол моего платья, разорвал его до лифа.

– Что ещё мне скажешь? – ухмыльнувшись, поинтересовался он. – Не зли меня, девочка. Наказать не накажу, но проучить – это легко.

Сорвав с меня остатки платья, он демонстративно медленно зажал в кулаке подол моей нижней рубашки.

– Нет! – выдохнула я испуганно. – Не смей!

Я даже с Хумъяром себя так смело не вела. А сейчас хотела отстоять своё право на отказ. Но сердцем чувствовала, что не позволит он мне иметь своё мнение.

Каил чуть дёрнул зажатую в его ладони ткань и так посмотрел, что у меня сердце заходилось в бешеном ритме. Я осознала, какую ошибку совершаю, провоцируя его на агрессию и злость. Но… Уступить не могла.

Поджав упрямо губы, я ощутила, как по щеке скатилась одинокая слезинка.

– Не превращайся в него, прощу тебя, – тихо выдохнула я. – Дай мне хоть немного свободы. Мне никто никогда не позволял решать самой. Я никогда не могла позволить себе сказать "нет". Сделай мне этот подарок.

Мгновение и он отпустил мою нижнюю рубашку. Положив руки по обе стороны моего тела, изучающе взглянул на меня.

– Амэлла, я всего лишь хотел, чтобы ты искупалась. Я попросил тебя раздеться. Не приказал, а попросил! В ответ ты стала дерзить. Ты хочешь лечь спать, не смыв с себя грязь после нашей прогулки верхом? Вот прямо в этом пыльном платье? – он поднял порванный кусок ткани, служивший ещё пару минут назад мне одеждой. – Ты этого хотела?

– Нет, – вся ситуация теперь казалась мне глупой.

– Разве у вас мужу не позволено видеть свою жену обнажённой? – продолжал он.

– Позволено, – шепнула я тише.

– Разве мне не разрешается касаться твоего тела?

– Разрешается, – прошептала я одними губами, – но в глазах местного люда вы мне не муж, – я хотела хоть как-то сменить тему разговора.

Каил поднял мою руку, на которой красовался широкий браслет, исчерченный рунами.

– Эта земля теперь принадлежит клану Бессон, Амэлла. Законы твоих предков более не существуют. Этот браслет может носить лишь та, кого я назвал своей женщиной. Женой. Избранной. Я имею право взять тебя хоть сейчас, но я даю нам время привыкнуть друг к другу. Поэтому ты сейчас сама снимешь свою рубашку и позволишь мне сделать то, что я хочу. А иначе я буду очень зол, и моё дурное настроение обрушится на головы тех, кто нас окружает. Мне казалось, тебе небезразличны обитатели этого замка.

– Это шантаж, – вымолвила я и взглянула на него осуждающе.

– Нет, я честно тебя предупреждаю, чем обернётся наша с тобой ссора.