Обмануть Властелина Льда - Элис Айт

Прошли всего сутки после нападения, а в Золотом зале дворца снова горели свечи, ходили туда-сюда разодетые придворные, а я сидел с подвязанной рукой, в другой держал кубок с вином и улыбался каждому, кто решался ко мне подойти. Таких сегодня, к моему сожалению, было много. Все считали своей обязанностью сказать хотя бы пару слов о том, как они сожалеют о моей ране, презирают убийцу и восхищаются моей стойкостью.

Я, оказывается, единолично, едва ли не голыми руками победил настоящего демона, поднявшегося на улице прямо из Преисподней. Не растерявшись, я обрушил на него ледяные копья, и тварь сдалась, на коленях моля у меня пощады.

– Кто сочинил этот бред? – шепотом спросил я у стоящего справа от меня Аларда, когда от меня отошел очередной придворный, восторженный моей храбростью.

Наставник отвел взгляд в сторону.

– Должны же мы были развернуть слухи тебе на пользу. Знаю, следовало тебя предупредить, но что-то подсказывало, что ты эту версию не одобришь.

– Угу, – буркнул я. – Теперь мне придумают какое-нибудь новое дурацкое прозвище. Победитель Демонов, как по мне, ничем не лучше Властелина Льда и даже Ледяного Ублюдка.

Теперь на меня посмотрели с упреком.

– Герцогу нужно быть хоть чуточку тщеславнее, Исар. Твой отец это понимал.

Я натянуто улыбнулся. Ну да, в чем-то мне действительно стоило поучиться у отца. Хотя он проматывал казну на бесконечные увеселения и пальцем не шевелил ради Маравии, по какой-то причине находилось не так уж много недовольных его правлением. Ну, если не считать простолюдинов. Но кто и когда их принимал в расчет?

На самом деле я придирался к решению Аларда и сам это понимал. Со вчерашнего дня все шло не так уж плохо. Во-первых, я наконец-то выспался, хотя меня и донимала рана. Во-вторых, многие видели, что я не растерялся и дал отпор напавшему, и ко мне, на удивление, прониклись уважением даже некоторые сторонники Рована. Если, конечно, верить шпионам. Те тоже хорошо потрудились, распуская правильные слухи о произошедшем. Вера в демонов мне была ни к чему, а вот на двуликих пора было раскрыть людям глаза. К счастью, эта тонкая работа началась не вчера, так что паники не случилось.

Со знатью, по моим ощущениям, оказалось сложнее. Возможно, потому что среди простонародья ходили, нашептывая слухи, шпионы, а с придворными стоял лицом к лицу я сам. Ранним утром состоялся совет, на котором мне пришлось открыто объявить о существовании оборотней. Хотел бы я, чтобы для этого был иной повод, но стражник-предатель просто не оставил мне выбора. Благо я так давно обдумывал эту речь, что не пришлось сочинять почти ничего нового, а часть моих советников уже была посвящена в истинную подоплеку появления барьера возле Фаэртона, так что для них это тоже не стало открытием.

И все же мне пришлось выслушать много недоверия. Наверное, совет заседал бы до глубокой ночи, если бы его участники не сдались под напором голода и не разошлись по покоям, чтобы поужинать.

А вечером был устроен прием, на котором я гордо восседал перед придворными – невзирая на некоторую молву, живой и целый, пусть и с подвязанной рукой. Это стало частью спектакля – герцог ранен, но остался бодр и не забывает о государственных делах, в том числе о своих дорогих приближенных.

Эту идею подал Алард. Судя по тому, с каким почтением на меня поглядывали аристократы, она подействовала превосходно.

Правда, у приема была еще одна цель.

Я сделал знак музыкантам и поднялся с кресла. Переливчатая струнная мелодия, окутывавшая Золотой зал, умолкла. На меня обратились десятки взглядов.