Дочь севера. Горячее сердце - Ли Мезина

Аристократы образовывали пары в угоду родам, чтобы упрочить своё положение, ради достижения цели или возможности избежать наказания. Список был ещё длинный, но чувства там плелись где-то на последней позиции. Обоюдные чувства. Потому как принуждение к браку, выращивание себе невест с детского возраста - это то, чем, к сожалению, мужчины нашего круга совсем не брезговали.

Я же не задумывался об этом вообще. С учетом моей семьи, для меня хотя бы относительная свобода, была практически недостижимым счастьем. Что уж говорить об удачном браке. Скорее я рассчитывал в нужное время выторговать себе за жену возможность откреститься от работы в тайной канцелярии отца, или не участвовать в бесконечных званых приемах вместе с матерью.

Но теперь. Представить рядом с собой кого-то кроме рыжей, казалось плохой шуткой. А даже мысль о ком-то рядом с ней причиняет физическую боль. Я все исправлю! Обязательно.

Услышал только финальное вольно от командира. Надо же, когда я успел заразиться привычкой травницы настолько уходить в себя, что перестал слышать окружающих? Меня спасло то, что Баригор сурово добавил.

- Гвардеец Примонд, Вы пока задержитесь.

Родш и Камар вышли, видно собираться. Однако пауза затягивалась, хоть в комнате никого уже не осталось.

- Гастиль, - неуверенно начал командир. Вот сразу мне все не понравилось. И робкий голос, и обращение по имени - слушай, ты неплохой гвардеец, да человек в целом тоже надёжный. Не знаю, что у вас произошло с Лиа, но судя по тому что она молчит, а ты в тихую оберегаешь ее от местных издевательств, ничего непоправимого. Надеюсь на это.

- Я тоже, - на автомате пробормотал.

- Поэтому мне вдвойне тяжелее сообщать тебе о переводе. Сегодня с утра мне передали бумаги, о том, что свою отработку ты продолжишь проходить в Имперском гвардейском корпусе. - командир слегка ссутулился, продолжил скорее полушепотом - И это когда каждый человек на счету, мы теряем двоих молодых, сильных гвардейцев.

- Что? - я просто не мог поверить в услышанное - Как это вообще возможно?

- Судя по всему кто-то из аристократов нам поверил, хоть и не поддержал - недовольно буркнул мужчина - вот поэтому решил обезопасить наследника.

Я коротко кивнул. Хотя и без этого намёка, было ясно, что перевод не мог произойти по случайному стечению обстоятельств.

- Командир, портал будете ставить через три часа, верно? - спокойно уточнил я, ведь все внутренние ресурсы были брошены на обдумывание плана.

- Гастиль, я понимаю, - мужчина утвердительно покивал головой, но все равно продолжил тяжелый разговор - север умеет проникать в сердца. Он хоть и суровый, но настоящий, чистый, надёжный. Ты уже много сделал. Помог с документами, отчетами. Предложил дельные мысли по обороне, даже сеть ловушек разработал. Может, твой родитель и прав в своей заботе. Совершенно неясно, как долго мы сможем продержаться, пока король не передумает.

- Уходить также будете из приемной имперского гвардейского корпуса? - нагло игнорировал я разумную, но совершенно не трогающую мое сердце речь.

- Не ошибся я в тебе, парень, - суровый гвардеец неожиданно тепло улыбнулся - все же не ошибся. Верно, давай дерзай. Три часа, максимум который могу тебе дать.

- Спасибо командир! - я щелкнул каблуками, коротко отдал честь и ринулся прочь.

Королевский дворец лишь по началу вызывает благоговейный трепет и страх заблудиться в бесконечных коридорах. На самом деле он достаточно системен и упорядочен. А для тех, кто провёл в нем половину жизни, вовсе кажется простым и понятным.

Быстро проскальзываю коротким путём к ближайшей лестнице. Мне нужен подвальным этаж. Потому как, в отличие от остальных служб, тайная канцелярия прячется ниже уровня земли. Как говорит отец, те кто работает в тени, должны оставаться в ней всегда. Однако думаю, это все же связано со стратегической близостью к темницам и другим подсобным помещениям.

На входе мне лишь коротко кивнули, значит папенька уже отдал соответствующие распоряжения. Сюда без приглашения не пустят ни сына, ни брата, никого. Разве что короля, и то я крайне удивлюсь, если правитель сможет сделать хоть шаг, без ведома отца. Жаль! План прорваться и изумить его своим приходом ожидаемо потерпел крах. Однако, у меня ещё есть чем поразить родителя.

- Отец, - тщательно гася эмоции проговорил я, войдя в кабинет - здравствуй.

- Гастиль, - на меня кинули взгляд исподлобья. Ждал криков? Нет, уж такого удовольствия я тебе не доставлю - чем обязан?

- Ох, папа, - не отказал себе в удовольствии хмыкнуть - не делай вид, что не ожидал моего прихода.

Прошёл внутрь кабинета и присел в кресло напротив стола. В очередной раз удивился скудности обстановки. Голые стены, простой пол и потолок без узоров. Стол, кресла, диван, шкафы с документами. Рабочий кабинет отца был под стать ему. Строгим, скупым, темным. Даже скорее чёрным. Если в доме было хоть подобие уюта, поскольку отделкой занималась мама, то здесь… мне всегда казалось, что я оказывался где-то в сердце господина Бортиса диль ван хейзен Примонда. Если оно, конечно, у него было.

- Я признаться готовился несколько к иной встрече, - осторожно начал отец.

- Отчего же? - сейчас мне как никогда пригодится многолетняя муштра от родителей. Как только позволю себе сорваться на эмоции, проиграю - Как ещё я должен был прийти, чтобы поблагодарить тебя?

- Поблагодарить? - он слегка поднял брови, видно не успев проконтролировать удивление.

- Конечно, - улыбнулся в ответ, понимая, что игра началась и шанс у меня будет только один - я и сам думал, как бы остаться в столице, но теперь первая проблема решилась сама собой.

- Первая? - отца сложно ввести в ступор, но видно привыкший к моим вспышкам гнева, он ожидал чего угодно, только не моей расслабленной позы и размеренной речи.

- Ну да, - лениво пожал плечами - первая, найти способ остаться в столице. Вторая, объявить о помолвке. Третья, обратиться в геральдическую службу и встать на очередь для регистрации. Четвёртая, начать заниматься бумагами по переводу на постоянную службу. Пятая, снять сбережения со счета. Шестая…

Меня прервал резких хлопок по столешнице и вскочивший напротив отец. Его глаза полыхали гневом, ноздри раздувались. А ещё меня ругал за несдержанность, теперь хотя бы понятно в кого я такой уродился.

- Щенок, - вскрикнул он - да что ты себе позволяешь!

- Папенька, - казалось, я ждал этого момента всю жизнь, чтобы наконец вернуть фразу, уже въевшуюся мне на подкорку - не пристало аристократу так открыто проявлять свои эмоции.

- Думаешь, дорос, чтобы тягаться со мной? - казалось прорычал разъяренный отец - Я никогда! Слышишь, никогда, не одобрю брак с безродной дворнягой! Скорее я отлучу тебя от семьи!

- Папенька, - уже не в силах сдержать злорадной улыбки, мне оставалось только удивляться как идеально подходят все слова, что столько раз слышал я сам - соберись, от твоего поведения зависит репутация всего рода.