Не выбирай меня! - Ниизла Холлей

Старец негромко стукнул посохом об пол.

Из-за спины Старца вышел мужчина. РОГАТЫЙ! Светлая кожа, светло-русые волосы до плеч, молочного цвета рога, высокий рост … Этот Сейб, явно, приходился родичем суровому Старцу.

Я судорожно сглотнула. Как было бы здорово, если бы Старец заявил, что у меня чёрное, злое сердце и я “камень за пазухой” держу! Тогда все остались бы при своём. Или не остались бы?!

— Ты горюешь, что у тебя нет зла в сердце. — Буднично-укоризненно изрёк Старец. А … теперь уже супруг, обжег меня изумлённо-неприязненным взглядом. — Не дело! Знаю, не по своей воле, а для блага спасения миллионов жизней вы становитесь Семьёй. И строптивость вам будет сложно побороть. Но сделать это — обязаны! Я всё сказал! — Он плавно повернулся и исчез за дверью.

А мы остались в коридоре. Под тщательно скрываемыми, любопытными взглядами охранников дипмиссии.

— Предлагаю пройти в наше временное Гнездо. — Взял на себя тяжелую обязанность переговорщика Урух. — Там и познакомимся.

Я с готовностью вцепилась в руку крылатика.

Но Сейб даже не шелохнулся. Он стоял, сжимая кулаки, играя желваками и глядя на нас исподлобья.

— Нэр..?! — Урух, как я поняла, был доброжелательным и общительным парнем.

Молчание.

— Прошу вас пройти с нами…

“Молчит, засранец рогатый!” — Разозлилась я, — “Ишь … как “набычился”! Сейчас бодать нас будет!”

Неприязнь именно к этому представителю, несомненно — славной расы Сэйбов — становилась всё сильнее.

— Нэр … соблаговолите пройти с нами до места временного пребывания. Не превращайте дипломатическую миссию в межрассовый скандал. — Более ядовито, чем хотелось бы, прошипела я, чувствуя себя абсолютно дискомфортно под перекрестьем взглядов.

Повернулась и буквально потянула за собой Уруха.

Мы дошли уже до лифтовой шахты, когда сет-пторх, наклонившись, прошептал мне на ушко:

— Не оглядывайтесь, нэра. Он всё же идёт за нами.

Тихонько вздохнула. Во мне упрямо жила подленькая мыслишка, что он с нами не пойдёт!

В лифт сэйб шагнул в самый последний момент. Застыл вплотную к двери, глядя поверх моей головы, куда-то в пространство.

Выйдя из лифта, мужчина снова “набычился” и отстал.

Мы шли к временному месту пребывания сет-пторхов. И я гадала — что будет дальше?!

— Нэра, сейчас не пугайтесь и не удивляйтесь ничему. Помните, я собирался обустроить вам место, в котором вы могли бы уединённо отдохнуть? — Самым светским тоном начал пторх.

— Да. А что меня должно напугать?

— Допустим … я совершил ошибку, не уточнив — как вы относитесь к Арахнидам.

— Ой … Арахниды … от слова арахна? Это такие … очень большие паучки, да?! — По коже поползли “мурашки”. И мелких-то паучков большинство людей побаиваются, испытывая к ним иррациональный страх. А тут … “паучок” ростом с лошадь?

“Мама … ” — Пискнул разум, представив это в красках.

— Нэра?! Что с вами?! Вы испугались Арахнида?! — Виноватый Урух резко остановился. — Простите. Виноват. Но Арахнид в мирной ипостаси выглядит совершенно как “льюдь”. Я правильно выразился?!

Деликатная шутка сняла напряжение.

— Немного неверно. Правильнее говорить — “человек”. Во множественном числе — “люди”.

— ЧелАвик … льюдьи… — Старательно выговорил сет-пторх. — Если вас не затруднит, поучите меня вашему родному языку?! Он такой … необычный.

— Буду рада… — Улыбнулась я. — А как можно определить Арахнида?!

— Довольно просто. У них вот тут, — Урух показал на рот и подбородок, — Жвала. А вот тут, на висках, вторичные глаза.

Как-то сразу полегчало. Одно — встретиться с огромным пауком. И совсем другое — если Арахнид выглядит вполне человекообразно.

Мы подходили к лесенке в корабельную Обсерваторию, когда нам встретился невысокий, худощавый мужчина. Он учтиво посторонился, почти прижимаясь к стене.

Урух тоже затормозил:

— Нэра Эйхард. Для меня честь — познакомиться с одной из представительниц самой загадочной расы. — Арахнид с интересом рассматривал меня.

Посомневавшись, вежливо ответила:

— Взаимно, нэр …?!

— Нэр С,Цефф, к вашим услугам. Не буду вам мешать. Если захотите просто пообщаться — я почти всегда в рубке. Надеюсь вам понравится моё творение.

— Благодарю… — Только и смогла ответить ему. — Ээээ … нэр Урух, а о чём сейчас говорил нэр С,Цефф?!

— Я, пользуясь тем, что нэр С,Цефф давнишний знакомый отца, попросил его обустроить для вас уютное местечко. Вам неприятно? — Молодой мужчина расстроенно наморщил нос.

— Нет. Не думаю. Надо посмотреть. Идём! — И сама потащила удивлённого птица наверх по лестнице.

Осторожно заглянла в помещение. Вроде бы ничего экстремального сразу не увидела. Вошла … ничего…

— О… Нэр С,Цефф — на высоте! — Восхитился крылатик, обернувшись и разглядывая что-то за моей спиной.

Я тоже повернулась и, застыла, неприлично открыв рот.

Справа от входной двери, с полукруглого потолка до пола, мягко переливалась жемчужно-перламутровым блеском стена из плотного … шелка? Осторожно дотронулась до невесомой завесы. Гладкая, тёплая …

Отодвинув штору, вошла в уютный уголок…

Большая, кровать парила в полуметре от гладкого пола графитового цвета и напоминала облако, и цветом, и формой. Кровать пряталась под дымкой балдахина. Такого тонкого, что он казался утренним туманом.

В воздухе витал едва уловимый аромат. Неназойливый. И очень приятный.

— Нэра, позволите войти?! — Голос сет-пторха доносился глухо, словно издалека.

— Да. Прошу вас. Входите! — Я сама отвела штору в сторону. Урух с любопытством рассматривал импровизированную комнату. — Нэр Урух … я не знаю, как вам выразить признательность! Тут так … волшебно! Уютно! И почти не слышно звуков!

— Это свойство паучьего шелка. Он глушит звуки. Его очень сложно разрезать. Почти невозможно сжечь. Кроме того, в таком гнедышке хорошо отдыхается. Я рад, что вам комфортно.

— Нэр Урух… — Я замялась, не зная с чего начать.

— Вы хотите узнать — как … сэйб?!

— Да. Надо его … как-то …

— Устроить?! — Урух усмехнулся, — Не беспокойтесь. Я, как временый хозяин этих апартаментов, помогу ему устроиться.

— Но … разве ваши соотечественники не должны сюда прийти?!

— И они и сэйбы уже покинули флагман и улетели собственно на подписание договоров. И я, и сэйб — теперь ваши супруги.

— Ясно… — Кивнула я, — Да! Вот ещё! Сколько мы должны нэру С,Цеффу за это чудо?!